Муж из натурального меха - Дарья Калинина

– Этот человек прощелыга и негодяй, каких еще поискать.

– Это теперь знаете вы и знаю я. Но Олисов берег свое имя, так что сделал бы все зависящее, чтобы ни один человек в мире, кроме членов его банды, не узнал бы о совершаемых им махинациях. Так вот, когда бандиты получили от своего хозяина карт-бланш на любые действия, они задумали похищение.

– И по ошибке похитили не ту женщину: вместо Инги украли Лильку!

– Этим двоим не везло настолько, что будь они поумнее, давно бы уже задумались и остановились. Но они оказались упертыми: и не теряли надежды, что все еще образуется. Конечно, как только у них появилась возможность рассмотреть свою жертву, они сразу же поняли, что украли не ту женщину, но дело было уже сделано. И они рассудили, что у них есть, чем вас шантажировать.

– Невероятная глупость, – покачала головой Инга. – Мы ведь могли отдать им флешку, а информацию скопировать на любой другой носитель. Как только Лилька оказалась бы у нас, мы сразу же сообщили бы об их делишках в полицию. На что они рассчитывали?

– Видимо, у них был какой-то план. И боюсь, что вашей подруге – Лиле отводилась в нем совсем не такая уж безобидная роль.

– Думаете, они могли и ее прикончить?

– Думаю, что они обязательно бы это сделали.

Алена сидела до того молча, словно бы в задумчивости, но неожиданно покачала головой:

– Все равно не понимаю.

– Чего?

– Вы говорите, что этот Олисов действовал уже не один год.

– Достаточно продолжительное время.

– Но как же органы опеки не замечали, что одна и та же женщина то и дело появляется с разными детьми, получает из государственной казны разнообразные блага, а затем исчезает, чтобы появиться у них уже с другими детьми. Как они этого не замечали?

– Не спрашивайте меня об этом. Этот вопрос будет задан тем самым сотрудникам из органов опеки, с которыми работал Олисов. Полагаю, что у многих из них не найдется, что нам ответить.

Отвечать пришлось многим. На скамье подсудимых оказались упомянутый Олисов, двое его ближайших подручных – Витек и Боксер, а остальные участники преступной компании принялись дружно валить всю свою вину на этих троих, уверяя, что действовали по принуждению, что их запугивали, угрожали и неоднократно били. Возможно, это было правдой, поэтому суд отнесся довольно снисходительно ко всем этим «мамочкам», оставив их на свободе, но обязав их вместе с тремя главными зачинщиками выплатить государству причиненный ему ущерб.

Детей у «мамы» Нины, конечно, отобрали сразу же после открытия уголовного дела. Но когда встал вопрос, куда девать этих «братьев-сестричек», неожиданно подал голос Василий Петрович.

– А отдайте их нам, – заявил он. – Пусть живут у нас в поместье. Места в Дубочках полно, свежий воздух, чистые продукты. Мы с женой будем только рады, если все воспитанники приюта поживут у нас в летнее время.

Так и получилось, что Анютка с другими приемными детьми на все лето оказались в Дубочках. Присматривать за сиротами вызвалась Катюша, которая тоже пока что не знала, куда ей податься, и потому попросила разрешения остаться в поместье. И если сначала Алена возражала и беспокоилась, что девочке, которая еще не до конца оправилась после общения с ненормальным Суриковым, такая нагрузка будет чрезмерна, она быстро успокоилась, когда увидела развязку.

Как только Катюша в первый раз появилась перед своими воспитанниками, у нее появилось двое помощников. Первым вызвался помогать девушке Митя. И это было понятно, потому что Митя вообще редко когда отходил от Катюши дальше, чем на несколько шагов, и дольше, чем на несколько минут. Но уже буквально через пару часов их незамутненного счастья в поместье появился неповоротливый тяжеловес, в котором Катюша не без удивления признала своего школьного приятеля – Юрку.

– Вот, – пробасил тот, – узнал, что с твоей матерью случилось, и приехал. Отец, конечно, волосы на себе рвал, но я все равно приехал. А это кто с тобой?

Юрка смерил Митю взглядом, тот в ответ смерил взглядом Юру, и оба соперника одновременно решили, что они не отступят. Так что Юра тоже остался в Дубочках. Долго ли он здесь пробудет, неизвестно, но Алена с Василием Петровичем против присутствия третьего из получившегося любовного треугольника не возражали. Чем больше детей, тем веселей в итоге.

– Настоящий детский лагерь у нас получился.

Многим сиротам так понравилось в поместье Василия Петровича, что осенью они просто не захотели никуда уезжать, так и остались здесь. Анютка была в числе других, кому понравилось в поместье необычайно. Девочка быстро стала всеобщей любимицей, но сама, если ее спрашивали, кого она любит больше всех, отвечала важно и неизменно одно и то же:

– Я больше всех люблю нашего Пушка!

Котенок платил Анютке взаимностью. И вдвоем они могли весело играть целый день напролет. Глядя на то, как девочка с удовольствием возится с котенком, Василий Петрович о чем-то задумывался. И однажды, когда Лилька в очередной раз пришла к нему с жалобами на свою несчастную судьбу, отсутствие женихов и трудности жизни в глуши, а потом начала стонать, с каким удовольствием уехала бы она куда подальше, в места, где водятся нормальные мужчины, Василий Петрович предложил ей:

– А продай «Вальхаллу» нам с Аленой!

Лилька даже оторопела.

– Зачем вам это?

Но Василий Петрович, не отвечая ей на этот вопрос, уже что-то сосредоточенно подсчитывал:

– Сколько у тебя там животных осталось? Еще не все перемерли?

– Живут. Волки, лисицы, медведи. Олени, лоси, косули – этих вообще полно. Пушных зверей стало меньше, но и куницы есть, и соболи, и белки…

– Я понял. И сколько ты хочешь за все свое хозяйство?

Лилька назвала цифры. Василий Петрович присвистнул и назвал свою цену. Поменьше. Лилька принялась торговаться. Этот торг длился почти неделю, после чего Василий Петрович получил в свое владение «Вальхаллу», а Лилька тоже кое-что получила. Видимо, это кое-что было чем-то хорошим, потому что оно заставляло лицо Лильки наконец-то светиться от удовольствия.

Когда Лилька уехала, Алена наконец решилась спросить у мужа:

– Вася, зачем ты купил звероферму? Я думала, что тебе не нравится идея держать диких зверей в клетках.

– Видишь ли, этих зверей в дикую природу уже все равно не выпустишь. Но немного облегчить их жизнь я могу.

– И что ты задумал?

– Хочу организовать зоопарк.

– Что?

– Точней, звериный парк.

– Разве зоопарк – это не то же самое?

– То же, да не то. Это будет парк нового типа. Животные будут там находиться в вольерах, где будут воссозданы природные условия их обитания. А так как животные у нас будут наши, местные, то и придумывать ничего особенно не придется. Огородим часть леса, разделим вольеры, чтобы хищники не поели бы у нас всех травоядных раньше времени. И готово! Дети смогут своими глазами наблюдать за жизнью диких животных нашей полосы.