Близнецы. Тариф на друга - Андрей Анисимов

– Наливай, Володя. Я хочу выпить за тебя. – Повторила Табаровская и подняла пустой бокал. Сазонов наполнил его шампанским и налил себе.

– А я хочу выпить за тебя, моя вечная любовь – Сказал он и, чокнувшись с Анной Яковлевной, выпил свой бокал до дна.

– Володя, я все знаю и горжусь тобой. – Прошептала она и вонзила свои огромный глаза в Сазонова: – Это ради меня. Правда?

Владимир Игнатович побледнел и, всматриваясь в подругу юности, пытался понять смысл ее слов.

– Ты убил Натана ради меня. Ты настоящий рыцарь. – Продолжала свою страшную речь Анна Яковлевна. Сазонов силился что-то сказать, но она не дала. Табаровская подошла к нему и, прижавшись всем телом, долго и горячо поцеловала в губы.

Он стоял в оцепенении, пока яростное желание не захватило его целиком. Тогда он поднял Табаровскую и понес на тахту. Она не сопротивлялась. Кружевной халат раскрылся и Владимир Игнатович стал целовать ей шею, грудь и живот, покрыл поцелуями ее ноги и нервные породистые руки.

– Я люблю тебя Анечка. – Шептал он все больше распаляясь и хмелея от ее близости.

– Я тоже тебя люблю. Ты настоящий герой. Теперь таких нет. Я очень жалею, что не поняла этого раньше. – Еле слышно отвечала Табаровская.

Владимир Игнатович стал рвать с себя одежду. Он скинул на пол пиджак, с трудом справился с брюками и оставшись при рубашке и бабочке, стиснул женщину в своих объятьях. Она вскрикнула и замерла. Сколько лет он ночами мечтал о ней. Ему хотелось крикнуть «Я победил». Но он лишь впивался в ее губы, глядел в огромные застывшие глаза и, зверея от страсти, пытался полнее ощутить свою власть над ее телом.

– Какое счастье спать с любимой женщиной. – Хрипловатым шепотом сообщил он, удовлетворенно устраивая свою голову ей на живот.

– Ты расскажешь мне как убил Натана? – Попросила Табаровская, поглаживая ему волосы, грудь, опуская свою ручку все ниже и ниже.

– Я не убивал. – Ответил он тихо.

– Не ты? – Разочарованно произнесла Табаровская.

– Его убил Костя. А вот сыночка подорвал я. – Со вздохом признался влюбленный Сазонов: – Но как ты догодалась?!

– Неважно, расскажи мне. – Настаивала Табаровская, лаская его плоть: – Расскажи все. Мне так хочется знать…

– Ты уедешь со мной? – Ответил он, постанывая от удовольствия.

– Хоть на край света – Ответила она, продолжая ласки. Сазонов зарычал и нашел ее губы.

– Сначала расскажи. – Попросила она, прикрыв ему рот пальцами.

– Натан разыграл комедию со своим похищением. Он решил просеять через сито друзей. Кто больше заплатит, тот и друг. Ну я и понял, что пора делать свой ход. И выиграл!. Мы с тобой теперь баснословно богаты. Ты когда-нибудь видела большой чемодан, полный долларов. Девка не могла его поднять. Прищлось вдвоем тащить на третий этаж. Мы можем жить в Париже, Лондоне, Рио. Можем купить дом в Венеции. Я буду одевать тебя у лучших кутюрье Франции. Мы с тобой еще покажем им Кузькину мать. Иди ко мне.

– Давай выпьем. – Предложила Табаровская. Сазонов проворно вскочил. Наполнил ее бокал шампанским, а свой коньяком и вернулся в постель.

– За нас. – Прошептал он и снова выпил залпом.

– Тебе не жаль Костю? – Анна Яковлевна сделала небольшой глоток и, поставив бокал на тумбочку, повернулась на спину.

– Не жаль. Мальчишка оказался циничным мерзавцем. Представляешь, он любил хорошую девушку, но женился из холодного расчета. А проигравшись, от страха за свою шкуру, пошел на убийство. Как мельчают люди с каждым новым поколением. Если бы ты вышла за меня, будь вокруг хоть сотня миллионерш, разве я бы тебя променял!?

– Ты, страшный человек Володя. – Табаровская посмотрела ему в глаза и испугалась. В это мгновение любовник что-то заподозрил, Анна Яковлевна прочла в его взгляде свой смертный приговор и поспешила добавить: – Я обожаю тебя.

Сазонов обнял ее и опять покрыв поцелуями, овладел. Он любил женщину долго, разглядывая ее и любуясь ее телом. Первый порыв страсти миновал и теперь, он наслаждался сексом изобретательно и неторопливо.

– У тебя же есть молодая. – Прошептала Табаровская. Говорят она похожа на меня.

– Она твоя тень. Поэтому я и подобрал ее из пыли. Она проживет и без меня. Я всегда просил ее причесываться как ты, она, дура не понимала. Господи, какая у тебя упругая грудь. Словно тебе семнадцать. Ты не рожала и оталась девочкой. Повернись спинкой. Вот так. Теперь подними ножки. Какие божественные ножки. Они мне тоже сняться много лет.

– А как твой Костя смог убить Веселого? – Спросила Табаровская.

– Не мешай, потом. Я дал ему пистолет Натана и поселил в доме напротив. Он следил за Веселым. Видел сыщиков. Когда те уехали, улучил момент и постучал в дверь квартиры, где Натан изображал похищенного. На звонки Натан не открывал. Мы так условились. Костя соврал, что приехал от меня, вошел и выстрелил. Теперь иди ко мне сверху. Я хочу тебя всю видеть.

– Как Костя пошел на это?

– Дай мне твои губы. Приоткрой ротик. Я же тебе сказал, он проигрался, паршивец и бандиты его достали. Ему нужны были деньги. Вот я и предложил сделку. Ты мне Натана, я тебе деньги. Подожди, я кажется сейчас приплыву.

– Давай еще выпьем. – Попросила Табаровская, когда Сазонов затих.

– Налей сама. Я засыпаю. – Прошептал он заплетающимся языком и задремал. Анна Яковлевна встала, наглухо закрыла окно и отправилась в ванную. Быстро приняв душ, она оделась в приготовленный заранее костюм, причесалась. Здесь же висела и ее сумочка. Табаровская взяла сумку, набросила ее на плечо, прошла на кухню и огляделась. Кухонный столик и раковина сияли чистотой. Табаровская редко готовила себе обеды Удовлетворенная осмотром, она. плотно закрыла форточку, проверила окна и на полный ход отвернула все краны газовой плиты. Быстро протерла их влажной тряпкой, выбросила ее в помойное ведро, босиком пробежала в прихожую и, взяв туфли, вышла на лестничную площадку. Стараясь не шуметь, защелкнула замок, обулась и побежала вниз. Часы показывали три часа ночи. Анна Яковлевна шла быстро. На Тверской еще было полно машин и встречались подгулявшие пешеходы. Женщина свернула в Каретный переулок и через пять минут позвонила в дверь Элеоноры Ивановны. Та, словно, дежурила в прихожей, моментально открыла, впустив ночную гостью.

– Ну что?

– Все в порядке. – Ответила Анна Яковлевна и прислонившись к стене, беспечно улыбнулась.

* * *

Бобров послал в Шереметьево свою бригаду, но операцией руководил полковник Шмаков. Сотрудники Никиты Васильевича предавались ему для усиления. Ерожин выдал Боброву фотографию Елизаветы Груздь под ручку с Владимиром Игнатовичем, и полковник успел ее размножить. Сам Никита Васильевич в аэропорт не поехал, и единственным человеком, знавшим Сазонова и Лизу в лицо был Глеб. Ерожин откомандировал его в помощь оперативникам. Михеев получил портативную рацию и очень боялся совершить оплошность. Он впервые работал с большой группой настоящих оперативников, и не хотел ударить в грязь лицом. Его шеф от участия в операции воздержался из осторожности. Присутствие подполковника, Сазонова могло испугать.