Не откладывай свадьбу на завтра - Влада Ольховская

Поэтому путешествовала Агния на поезде и впервые – с новым паспортом, сделанным буквально за пару дней. С новой фамилией – Вербицкая.

– Как будто так и надо, – философски рассудила Жин-Жин, узнав, что фотограф Туманова осталась в прошлом. – Тебе идет его фамилия.

Она и Андрей никуда не поехали, им и в Москве было неплохо, главное ведь вдвоем! А Макс вернулся в Лондон, куда приглашал их сразу после Парижа.

Но сначала нужно было познакомиться с пополнением в семействе Казановых. Изначально Вадим планировал присутствовать при родах, но Даша прибегла к праву вето.

– Незачем туда смотреть, – мрачно заявила она. – Еще вдруг спеть захочется, знаем мы таких индивидов!

– Но, Дашик…

– Спорить с беременной женщиной опасней, чем тыкать черенком от швабры в глаз носорогу, – вкрадчиво сообщила Агния. – Просто оставь ей право на уединение и молись, чтобы твой хищный детеныш не откусил руку акушерке!

– Исходя из твоей логики ваш с Данилой детеныш кого-нибудь задушит и сожрет целиком…

– Скорее, плюнет ядом в глаза, – обыденно прокомментировал Даниил.

– Вербицкий, ты больной…

– Не без того.

В элитной клинике имелись специальные комнаты отдыха, где родственники рожениц ожидали окончания процесса. Там располагались удобные диваны, телевизор, стол, библиотека, вазы с орхидеями. Впрочем, оценила это великолепие одна Агния. Даниилу было все равно, а Вадим метался по помещению раненым бизоном.

Наконец дверь отворилась, в комнату заглянула медсестра.

– Вы мошет войти! – на ломаном русском произнесла она.

Вадима не нужно было просить дважды. Он бросился к выходу настолько резко, что перепуганная женщина отскочила с чисто французским воплем. Не факт, что цензурным.

– Мдя… а я думала, Вадим у нас крут и бесстрашен, – протянула Агния.

– Огонек, не путай жизненные ориентиры. Он крут и бесстрашен, если нужно кому-нибудь челюсть сломать. Когда речь идет о рождении его ребенка, он у нас робок и пуглив, как горная лань. Ладно, пошли смотреть, кого там родила царица в ночь…

– Сейчас утро.

– Неважно.

До нужной палаты они добирались неспешно, давая новоявленным родителям возможность побыть наедине. Когда они добрались до цели, врачей уже не было. На кровати полулежала уставшая, замученная и вместе с тем крайне счастливая Даша. А Вадим осторожно держал на руках нечто маленькое, завернутое в розовое одеяло.

И контраст поражал: контраст между тем Вадимом, которого привыкла видеть Агния, и тем, который стоял перед ней сейчас. Ей показалось, что глаза его блестят больше обычного. Возможно, это была игра света.

Вот и циничный старый холостяк!

– Эй, дайте тете Агнии посмотреть! – Девушка подошла поближе.

Младенец был забавный: покрасневший от недавнего плача, но спокойный, с легким черным пушком на голове.

– Зная тебя, я весь в сомнении, – опасливо покосился на нее Вадим.

– Да ладно тебе! Мы с этим ребенком в одном подвале отсиживались, пока над нами дом горел!

– Вот поэтому я и в сомнении!

– Вадик, не бузи, – улыбнулась Даша. – Дай ей подержать Настю!

– Она Настя? – удивилась Агния, осторожно принимая младенца.

– Анастасия Вадимовна, – гордо объявил начальник охраны.

– Солидно.

Ребенок был совсем легкий, но вместе с тем этот вес отличался чем-то особенным, неуловимым… он был живым.

А экстремальная малышка должна получиться! Особенно если учитывать, что за девять месяцев своей жизни она пережила охоту мафии, пожар, попытку секты украсть ее на органы и стала объектом шантажа! А если добавить к этому наследственность родителей, то и вовсе ядерная смесь получится.

Только об этом Агния и думала, желания поменяться с Дашкой местами не возникало. И ей казалось, что это логично, пока она не обернулась к Даниилу:

– Дани, смотри какой киндер!

Никогда еще она не видела у него такого мечтательного взгляда. Вот и кто сказал, что сентиментальность присуща только женщинам? Еще большой вопрос, кому она ближе!

– Агния, ты только не смейся, но… я хочу такого же!