Али-Баба и сорок разбойниц - Дарья Донцова

Я тоже разглядывал главврача. Ираида Сергеевна в молодости,очевидно, была необыкновенной красавицей. Даже сейчас, справив пятидесятилетие,она выглядела великолепно, чем-то напоминая Николетту. Высокая стройная фигура,для сохранения которой Ираиде Сергеевне пришлось основательно ограничить себя веде, модная стрижка, безупречный макияж и элегантный деловой костюм. ТолькоНиколетта уже давно не работает, она забросила сцену, а Ираида Сергеевнаруководит клиникой, и, судя по тону, которым она только что разговаривала сПолиной, и по тому, с какой скоростью болтунья вылетела из столовой, главныйврач тут бог и царь.

Ираида Сергеевна села за столик и велела:

— Наташа, подай чай, как надо!

Мигом материализовалась официантка, керамические кружкизаменила на фарфоровые чашки с блюдечками, принесла красивые мельхиоровыеложечки.

— За всеми глаз нужен, — вздохнула ИраидаСергеевна, — только ослабишь вожжи, и моментально народ лениться начинает.Русскому человеку просто необходим кнут! Вы невероятно похожи на своего дядю!

Я сначала хотел было удивиться, откуда главврач знает моихродственников, но тут вдруг вспомнил, что явился в «Голубое солнце» в качествеплемянника Подвойского, и слегка испугался. Аристарх Владиленович выглядит нелучшим образом. У него весьма объемистое брюшко гурмана, масленые глазкисластолюбца и обширная розовая лысина, обрамленная по краям бахромой редкихпегих волос. Неужели я на него похож? Ей-богу, ничего приятного в заявленииИраиды Сергеевны для меня нет. Надеюсь, она просто решила соблюсти приличия,вот и завела разговор о семейном сходстве, в противном случае мне остается лишьзастрелиться.

— К сожалению, — мгновенно перешла главврач кделу, — я не могу предложить вам большую зарплату. В клинике работаютподвижники, получающие более чем скромное вознаграждение за труд. Но АристархВладиленович сказал, что денежная сторона вопроса вас не слишком волнует, выхотите собрать материал для диссертации?

Я усиленно закивал.

— Совершенно справедливо. Я холостяк, веду более чемскромный образ жизни, деньги трачу в основном на книги, ну еще помогаюматери-пенсионерке. Главное для меня — работа.

И вот теперь попробуйте упрекнуть Ивана Павловича во лжи!Ведь я сказал чистейшую правду! Зарплату я трачу в основном на Николетту илитературу, а работа для меня приоритетное занятие.

Лицо Ираиды Сергеевны озарила широкая улыбка.

— Мы с вами обязательно сработаемся, — пропелаона, — хочу вам сказать, что для нас большая честь заполучить в качествесотрудника племянника самого Аристарха Владиленовича!

— Ну что вы, — блеснул я светскимвоспитанием, — это для меня очень почетно оказаться в стенах стольпрестижного лечебного заведения, как ваше.

Ираида Сергеевна довольно рассмеялась.

— У нас…

Но тут ее слова прервал звонок мобильного.

— Прогресс способен довести нас до инфаркта, —бормотала докторица, роясь в сумочке, — с одной стороны, сотовый — благо,с другой — чистое наказание. Я ощущаю себя собакой на поводке, в любую минутумогут дернуть за ремешок! Да, слушаю! Кто? Ну вот! Вечно неприятности! Полнаябезответственность! Передай ему: если не приедет, я его уволю.

Сердито хлопнув крышечкой, она бросила телефон на стол, яневольно отметил, что он у нее такой же, как у Николетты, ярко-красный аппарат.Очевидно, Ираида Сергеевна тоже хотела быть модной в ущерб качеству.

— У нас, — продолжила она прерванную мысль, —можно набрать материала на десять докторских! Я велю предоставить вам историиболезней, а Полина научит вас пользоваться компьютером, даст пароль, и изучайтена здоровье материалы.

— Премного благодарен, — завел я, и тут вновь ожилкрасный телефон.

— Слушаю, — любезно сказала главврач.

Но, очевидно, на том конце провода ей сообщили что-тонеприятное, потому что с лица доктора сдуло всю приветливость, и она гаркнула:

— Уволены, все! Он — за хамство, вы — за глупость!

И аппарат вновь полетел на стол. Ираида Сергеевна нервносхватилась за сигареты. Я галантно поднес ей зажигалку и не сумел сдержатьлюбопытства:

— Проблемы?

— Нет сил, — протянула главврач, — каждыйдень что-нибудь случается: то трубу прорвет, то кефир с базы просроченныйпришлют, то санэпидемстанция прибежит, то сотрудники начудят. Вот, пожалуйста,снова форсмажор! В «лесном» корпусе, ну там, где больные живут постоянно,положен ночной дежурный. Пациенты наши тихие, это не буйное отделение, все спятспокойно. Но оставить их без пригляда я права не имею, вдруг пожар? Сегодняочередь дежурить Игоря Борисовича Воробьева, и что вы думаете? Он, простите,конечно, пьян! Так сказать, в стадии белой горячки. Выпросил у заведующейкорпусом четыре дня отпуска, а та, полнейшая безголовость, предоставила емусвободные дни без моего ведома. И результат? Воробьев в запое, заменить егонекем… Что же мне теперь, самой там сидеть? Как назло, у нас много сотрудниковна бюллетене, в Москве грипп, и нас коснулась эпидемия. Ума не приложу, какбыть! Нет, конечно, я уволю и Воробьева, и заведующую, но сейчас-то что делать?Лидия Евгеньевна сегодня дежурила, Алла Ивановна с температурой. ТатьянаСеменовна гриппует тоже, Екатерина Львовна вчера заболела, прямо беда!

И она снова потянулась за сигаретами.

— Да, трудная задача, — посочувствовал я ей.

Вдруг на лице Ираиды Сергеевны заиграла улыбка.

— Иван Павлович, выручайте, подежурьте в корпусе.

— Что вы, — замахал я руками, — ведь я неимею специального медицинского образования, только диплом психолога.

— А врачебная помощь никому и не понадобится, —принялась уговаривать меня Ираида Сергеевна, — наши постояльцы физическисовершенно здоровы. Тут больше хозяйский глаз нужен, ну так, для порядка. Вы неволнуйтесь, у нас никогда ничего плохого не случается. Ну право слово, неужеливам трудно?

Я замялся, не зная, как поступить. С одной стороны, страшнооставаться одному в корпусе с не совсем нормальными людьми, с другой — этоотличная возможность найти Катю и попытаться поговорить с ней.

Ираида Сергеевна нежно прикоснулась своей наманикюреннойручкой к моей ладони.