Дорога к убийству - Энн Грэнджер

— Старая ведьма, — буркнул Тоби. — С нее все началось. Она обвинила Элисон и убедила этого динозавра Барнс-Уэйкфилда, что дальше убийцу искать не надо.

Маркби задумчиво потягивал пиво.

— Да. По-моему, Джесс Кемпбелл думает почти так же и сильно огорчается, что не нашла оснований предъявить обвинение миссис Притчард или Тревис, как ни назови. Если же посмотреть на дело без эмоций, у Дороти Притчард была тяжелая жизнь. Ее первый муж, Тревис, был никудышным добытчиком и, в конце концов, бросил ее. Она жила в бедном районе, где мало работы для неквалифицированной женщины, поэтому ей ради пропитания пришлось стать уборщицей. Представляете, что она испытала, когда сын, единственная радость, признался в нападении на ее же работодательницу Фреду Кемп? А потом оказалось, что он убил ее? Естественно, она постаралась скрыть правду. Это дурно, но вполне по-человечески, по-матерински. Теперь, когда Тед почти наверняка надолго сядет в тюрьму, она лишится даже его посещений. Будет вековать в том самом заведении с никуда не годными руками, ей больше нечего делать и нечего ждать. На развлечения у нее никогда не было времени, даже на чтение, и теперь уже вряд ли появится хобби. Живущие в доме престарелых люди значительно старше ее. Даже если они захотят поболтать, то она не из тех, кто заводит долгие беседы. По-моему, вполне достаточное наказание, согласны?

— Может быть, я бы ей больше сочувствовал, если б она частично признала ответственность за случившееся с Элисон… — начал Тоби и умолк.

Маркби покачал головой.

— Можно мысленно переиначить неприятные моменты жизни. Так и поступила Дороти Притчард. Именно поэтому она до сих пор утверждает, что если мисс Кемп и убили, то это сделала именно Элисон. Даже если часть ее серых клеток понимает, что и она виновата, другая твердо верит в легенду, будто они с Эдмундом не совершили ничего дурного в фатальное воскресенье. Никто не уговорит Дороти сменить пластинку. Сначала ее мальчика сбили с пути и он попал в колонию. Потом соблазнила Фиона Дженнер, хитростью заставила писать злые письма. Услышав о Фионе, она не зря разразилась очередной тирадой о молодой женщине, которая «получила по заслугам». Некоторые завидуют богатым, а миссис Тревис питала страшную ненависть к тем, кому повезло больше, чем ей. Она ненавидит Элисон точно так же, как прежде.

Мать оказала сильное влияние на маленького Эдмунда. Испытывая вдобавок постоянное унижение в школе, что запомнилось даже старой учительнице, мальчишка пришел к мысли, что мир обязан предоставить ему компенсацию за счет обеспеченных членов общества. Он посчитал своим правом потребовать от Элисон расплаты — буквально — за все беды, которые она на него навлекла. Порой к убийству ведет долгая дорога. Эдмунд Тревис был несчастным мальчишкой с уязвленным до предела самолюбием. Во многом по вине своей матери. Эта дорога приводит к убийству.

— Элисон на него беду навлекла! — вскричал Тоби. — Это не уязвленное самолюбие, а сумасшествие! Бедняжка Элисон ни в чем не виновата.

— Так он смотрит на дело, — терпеливо повторил Алан. — Элисон принадлежит к баловням судьбы. Такие видят, как люди, подобные Теду с матерью, борются за существование, и ничем не помогают. Разумеется, это нисколько его не оправдывает. Я только говорю, что он так понимает.

— Ненормальный, — настаивал Тоби.

— Нет. Нормальный, как мы с вами.

— Как там Элисон? — обратилась Мередит к Тоби, видя, что тот готов сражаться до победного. Пора сменить тему.

— Держится неплохо. Шанталь после похорон улетучилась, что разрядило обстановку. Как мы знаем, Элисон приходилось нередко справляться с травмирующими ситуациями. На самом деле она вполне крепкая, когда требуется.

— Фиона тоже так говорила, — пробормотала Мередит.

— Она и с анонимками успешно разобралась бы, если б была одна, — продолжал Тоби. — Если бы это, кроме нее, никого не касалось, приняла бы меры, может, даже обратилась в полицию. Но поскольку она боялась, что Джереми узнает о них, ничего не смогла предпринять. Теперь вопрос, конечно, отпал.

В паб вошла хохочущая компания. Крошечный зал заполнился, вечер был в самом разгаре. Кто-то даже заказал запеченные овощи. Тоби огляделся, скорчив гримасу.

— Жизнь продолжается.

— Да, — кивнул Маркби. — Продолжается.

— Помните, — спросил его Тоби, — как мы заметили здесь Теда Притчарда? Обычно он не выпивал в этом пабе. Постоянный посетитель «Перьев». Думаете, случайно заглянул в тот вечер или следил за нами?

— По-моему, следил, — без промедления ответил Алан.

— Думаете, слышал, как мы говорили про Корнуолл? — продолжал Тоби. — Указал на нас с Мередит Джорджу Мелвишу?

— Он этого не говорит, — сказал Маркби. — Но возможно.

— А со мной что, по-вашему, сделал бы, покончив с Мередит?

— И об этом тоже не рассказывает… пока, по крайней мере. — Алан рассеянно уставился вдаль. — Может быть, насчет вас он не особенно беспокоился.

Мередит бросила на него укоризненный взгляд, он прикинулся, что не заметил.

— Намек понял, — смиренно сказал Тоби. — Я бы не додумался, что это и есть Эдмунд Тревис. Хотя все-таки мог бы решиться совсем покончить с делом, заманив меня на встречу в лесу, где обычно встречался с Фионой.

— Вполне вероятно, — согласился Маркби.

— Что Элисон теперь будет делать? — поинтересовалась Мередит, вновь сменив тему.

Тоби просветлел.

— Как вы знаете, я получил новую должность. В Варшаве. Уеду в конце месяца. Как только устроюсь в квартире, Элисон приедет немного развеяться. На досуге подумает, как быть с поместьем Овервейл. Полагаю, продаст. Сама говорит, имение слишком большое и пробуждает страшные воспоминания. Что дальше, не знаю. Но она способная, сообразительная. По-моему, все будет хорошо по прошествии времени. — Он взглянул на часы. — Кстати, о времени, надо вернуться. Я ей обещал, что уйду ненадолго.

— Надеюсь, до отъезда увидимся, — сказала Мередит.

Тоби усмехнулся:

— Конечно. Да и Варшава не так далеко, чтобы я не мог вернуться, сплясать на вашей свадьбе.

Он пожал Маркби руку, направился к двери, оглянулся, махнул на прощание. Алан положил руку на спинку стула Мередит. Луч вечернего солнца упал на обоих, тогда как остальной зал выглядел сумрачным, пыльным, населенным тенями. Тоби взглянул на них в последний раз с грустной улыбкой и вышел.

— Что скажешь? — спросила Мередит. — Элисон всего сорок восемь. Симпатичная женщина. Может быть, Тоби необходимо, чтобы за ним присматривал кто-то постарше. Учитывая его склонность к браку с членами семьи…

— Хватит! — взмолился Алан, прикрыв ей рот ладонью. — Перестань его сватать. Нечего раздумывать. Забудь о нем. Думай о нас.

Джесс Кемпбелл закрыла дверь, оглядела съемную квартиру. Ненавистное место. Впрочем, если посчастливится, жить здесь осталось недолго. Финансовый аспект проработан, вполне можно потянуть ипотеку. И сделать Мередит предложение насчет коттеджа. Завтра надо позвонить и сказать.