Ремейк кошмара - Антон Леонтьев

Появился тип с подносом, на котором находились бутерброд и бутылка воды — точно такая же, как и в ее…

Кошмаре? Жуткой реальности? Параллельной действительности?

— А яблоко у вас есть? — спросила Юлия, и тип снова исчез и вернулся с большим зеленым яблоком — точно таким, каким тогда подавился Васютка.

Совпадение — или знак, посылаемый ей подсознанием, которое и создает в ее больном мозгу эту крайне правдоподобную сцену?

— А красное у вас имеется? — спросила Юлия, и тип, усевшись на табуретку напротив нее, взглянул ей в глаза и сказал:

— Понимаю, что вы волнуетесь. И наверняка боитесь. И спрашиваете, кто мы такие и отчего вы здесь. Однако теперь все будет хорошо…

Юлия, чувствуя, что ее трясет от страха, ничего не ответила.

— Ну хорошо, получите вы свое красное! — заявил тип в сердцах, снова исчез и вернулся с желтым яблоком.

— Сорри, красные закончились. Желтое устроит?

Во сне бы, даже кошмарном, не закончились. Значит, это реальность. Схватив желтое яблоко, Юлия впилась в него зубами — и вдруг закашлялась, подавившись.

Значит, игра воображения…

Однако, судя по тому, с какой силой тип стал дубасить ее по спине, игрой воображения это не было.

Или же…

— Не хватало еще, чтобы и вы тоже подавились и умерли… — услышала Юлия его голос и от ужаса перестала кашлять.

— Откуда… Откуда вы знаете, что…

Она не завершила предложение, но это и не требовалось — тип, снова усевшись на табуретку напротив нее, сказал:

— Потому что я многое о вас знаю, Юля… Вы разрешите мне называть вас так?

Не Юлечка и, главное, не Юлюсик…

Держа в руке яблоко, она ничего не ответила, но тип, казалось, и не намеревался получить от нее ответа.

— Откуда… — повторила она, и мужчина, положив ей поверх руки свою ладонь, сказал:

— Меня нанял ваш отец!

Юлия подскочила в кресле, потому что ожидала всего, чего угодно, но только не такого.

Он в самом деле это сказал — или она вообразила, что сказал?

И, главное, вообразила, что вообще находится здесь…

— Я вам не верю! — крикнула Юлия и швырнула надкушенное яблоко в стену. То, оставив мокрый отпечаток, откатилось в сторону двери.

Ее отец, ее отец… тот, которого она убила… Это наверняка снова некий кошмар, наподобие подземелья с Квазимодо…

Знаки и символы, генерируемые ее подсознанием: не больше и не меньше.

— Юля, понимаю, что в последние недели и месяцы вам пришлось пережить то, от чего можно сойти с ума, но послушайте меня — я говорю правду!

«От чего можно сойти с ума» — но как можно сойти с ума, если уже сошла с ума?

Юлия оттолкнула руку типа. Он говорит правду… Все говорят ей правду… И что такое правда — не более чем неразоблаченная ложь?

А реальность — непознанная фикция?

— Как вас зовут? — спросила вдруг Юлия, и тип смутился. Интересно, смущаются ли галлюцинации? Или персонажи кошмарного сна?

— Это неважно… Ну, допустим, Роман…

Роман! Юлия была уверена, что этого типа звали как угодно, но только не так же, как ее мужа. И, подумав о своем супруге, она едва не заплакала от тоски.

— Так вот, Юля, мы вас вызволили, потому что нас нанял ваш отец!

Юлия не верила ни единому слову этого… этого лже-Романа.

— Я являюсь совладельцем детективного агентства «Золотая белка», и ваш отец, еще до своей смерти, нанял нас для проведения расследования причин гибели своей жены, то есть вашей матушки. А мне он доверил вести за вами негласное наблюдение и сделаться вашим телохранителем…

— Вы — коллега Юлии Ивановой? — быстро спросила Юлия, а лже-Роман моментально ответил:

— У нас нет сотрудницы с таким именем…

— Тогда вы не можете быть совладельцем детективного агентства «Золотая белка»! — закричала Юлия. — Вы самозванец, вы… вы… моя выдумка…

Лже-Роман, сверкнув глазами, поднялся с табуретки.

— Да если бы не мы и не мои люди, то вы бы так и остались в этой клинике и сгнили бы там заживо. Точнее, он бы в течение короткого времени сделал бы из вас ходячую мумию. Вернее, с учетом вашей ситуации, мумию сидящую…

Было заметно, что слова Юлии задели его за живое.

— Он? — спросила она, а лже-Роман, успокоившись, пояснил:

— Доктор Эдуард Андреевич Черных. Он известен тем, что содержит клинику, в которой из пациентов, конечно, не всех, а особых, делают «овощи». Этот Черных одиозная личность и явный прохвост. Мы с ним по одному делу иного клиента уже сталкивались. Совсем не удивлюсь, если у него на совести преступления и посерьезнее…

Рассматривая в упор лже-Романа, Юлия подумала, что он сам одиозная личность и явный прохвост. И что на его совести наверняка масса преступлений.

— Как может быть, что вы не знаете Иванову? — спросила она отрывисто. — Она же работает в вашем агентстве, ведь так? Или имеется два агентства с одинаковым названием — «Золотая….».

Слово «белка» она не смогла выговорить. Лже-Роман протянул ей бутылочку воды:

— Выпейте. По голосу слышно, что у вас в горле пересохло…

Юлия проигнорировала его руку, в которой была зажата бутылка воды. Кто знает, что в ней намешано…

— Все очень просто — эта особа самозванка и выдавала себя за работницу нашего агентства, ею на самом деле не являясь…

Утробно расхохотавшись, Юлия заявила:

— Я лично видела ее послужной список и резюме. И сама ее выбрала! И точно знаю, что она у вас работает. Если кто и самозванец — так это вы!

Лже-Роман, пройдясь по залу, поднял отброшенное Юлией яблоко, обтер рукавом рубашки и со смаком откусил от него.

— Это может означать только одно: эта особа заодно с… с Черных! Если исходить из того, конечно, что именно он является мозговым центром всей этой кошмарной истории.

Юлия уставилась на него и пробормотала:

— Вы стараетесь мне внушить, что доктор — преступник. Что Юлия Иванова самозванка и не работает в вашем агентстве. Хотя я понятия не имею, работаете ли в нем вы…

Лже-Роман, чертыхаясь, выскочил из комнаты, а Юлия заметила на столике оставленный им мобильный телефон. Еще до того, как она смогла подкатить на кресле к столику, тип вернулся и сунул ей под нос ламинированное удостоверение, на котором виднелась его фотография и надпись: Детективное агентство «Золотая белка».