Убийство на бис - Алексей Макеев

Увидев указатель «Самохваловка», он сбавил скорость и свернул к деревне, с волнением в душе заранее предвкушая нечто заповедно-запретное, что сейчас вполне может заполучить. В чрезвычайно горячечном настроении проехав через село, Стас остановился у ухоженного кирпичного дома, окруженного вполне приличного вида штакетником, лишь кое-где лишившегося кем-то выдранных планок.

Он достал из багажника сумку и, будучи не в силах оторвать взгляда от стройных ног своей попутчицы, при ходьбе волнисто колышущих подол юбки, направился следом за ней во двор. Едва Крячко прошел через калитку, как тут же хриплым басом завозмущался здоровенный кудлатый барбос, привязанный в дальнем конце просторного двора. Они с Еленой уже подходили к крыльцу, как дверь сеней внезапно распахнулась, и из дома вышел здоровенный мужик, обалдело замерший при виде Станислава.

Ничуть не смутившись его появлением, Елена уперла руки в боки и язвительно произнесла:

— О-о-о! Явился — не запылился! Что, вытурила бедненького крашеная кошелка и он решил вспомнить о жене?

Но ее «благоверный», пребывая во все том же крайнем изумлении, этого даже не услышал, таращась на чужака в потертой кожаной ветровке.

— Эт-то кто еще тут?!! — наконец опомнившись, заносчиво заорал он, подавшись вперед. — Эй, ты, чувырло подзаборное! А ну вали отсюда, пока цел!..

Крячко, и без того уже понявший, что случился облом, в принципе, и сам собирался уходить. Но вот этот бахвальски-вызывающий, хамоватый тон его разозлил. Он поставил сумку на дорожку и спокойно поинтересовался, хотя внутри все разом закипело:

— А ты, дятел, из какого дупла вылез?

— Ты ч-че?! В рыло захотел?!! — выпучив глаза, муж Елены ринулся на Стаса, как видно надеясь, что тот испугается и побежит.

Однако этого не произошло. И тогда мордастый агрессор, дабы не потерять наступательного порыва, попытался всей своей массой с разбегу сбить незваного гостя с ног. Но в последнее мгновение Крячко отшагнул в сторону. Нападавший по инерции пролетел мимо него и, не удержавшись на ногах, повалился на землю, нелепо взбрыкнув в воздухе ногами. Елена, до этого момента испуганно наблюдавшая за атакой своего «благоверного», не выдержав, громко рассмеялась.

Тот, побагровев, с перекошенным от ярости лицом вскочил на ноги и, выхватив из кармана нож с выкидным лезвием, снова приготовился к броску. Стас, снисходительно усмехнувшись, негромко, но твердо пообещал:

— Руку сломаю в локте и плече! — указав пальцем, где именно прямо сейчас кости и суставы ревнивца утратят свою целостность и потребуют наложения гипса.

Агрессор тут же замер и, что-то ворча, попятился. Он вдруг понял, что незнакомец слов на ветер бросать не привык. А Стас, спокойно взглянув на Елену, невозмутимо поинтересовался:

— Он, что, всегда такой больной на голову?

Та, окинув взглядом супруга, растерянно вертящего в руках опасную «игрушку», чуть поморщившись, безнадежно махнула рукой:

— Всегда… Он всю жизнь — молодец, красавец, образец. А я… А я для него пожизненно второй сорт.

— Чего ты несешь-то? — возмутился ее «благоверный». — Это когда я тебе такое говорил?

— Мне — нет. А вот своим дружкам-собутыльникам — постоянно. Да и девкам тоже. Тамарке вон Зубасовой, Маринке Леббе… Ты думаешь, что мне никто ничего не передает?

— Во-о-н оно что!.. И вот ты надумала найти себе мужичка, чтобы с ним оттянуться и заодно со мной расквитаться… Так, что ль? — со злорадством подхватил «благоверный».

— «Оттянуться», «расквитаться»… — в голосе Елены звучали горечь и сарказм. — На это только ты горазд. Да просто хороший человек меня до дому довез, помог покупки донести. А ты сразу — хайло на него разевать. И вообще, какие у тебя могут быть претензии? Что толку, что мы с тобой прожили четырнадцать лет? Ни ребенка, ни хозяйства — ни-че-го! Думала, может, со временем как-то переменишься, за ум возьмешься… Нет, надежды уже никакой. А мне — что теперь? Лучшие годы позади, а впереди — одна пустота!..

Она смахнула слезу и молча поднялась на крыльцо. Когда за ней захлопнулась дверь, Крячко, не говоря ни слова, лишь выразительно посмотрел на ее до крайности обескураженного «благоверного» и молча направился к калитке. Тот и без слов сразу же понял, что о нем думает незнакомец. Ревнивец поспешно отвернулся, чтобы не видеть его презрительного взгляда, и отбросил свое оружие, словно нож жег ему руки. Судорожно выдохнув:

— Ленуська! Ленуська! Я это… Я сейчас все объясню! — он побежал в дом.

Сев в машину и запустив двигатель, Стас покрутил головой и рассмеялся — надо же, какое приключение! Грешным делом, заглядевшись на свою попутчицу, он чуть не забыл, что ему было поручено Петром. Тут можно было верить в это или не верить, но определенно без вмешательства каких-то высших сил не обошлось — блудный муж Елены появился вопреки всяким ее и, тем более, его ожиданиям.

«Что имеем — не храним, потерявши — плачем… — мысленно резюмировал Крячко, имея в виду ревнивца. — Ишь, как заметался — либо жалко стало? Только кого — ее или себя?..»

Машина летела по нескончаемой дороге, а Стас все вспоминал про казус в Самоваловке, внутренне досадуя на то, что его столь пламенные душевные порывы закончились ничем…