Эксклюзивный мачо - Татьяна Полякова

– Ох, нелегкая это работа – из болота тащитьбегемота, – пробормотала я, устраиваясь в машине.

– Ну что? – спросил Тагаев хмуро, должно быть, неочень ему понравилось битый час сидеть в моей машине.

– Расследование похоже на добычу золота, – решилая быть доброй. – Намываешь тонны песка, чтобы найти золотую крупинку.

– Ты ее нашла?

– Может быть, а может, и нет. Пока не знаю. Главное,собрать побольше информации и тогда не­пременно обнаружится что-то ценное. Этимя сей­час и занимаюсь.

– Ну-ну, у меня тоже есть новость. За тобой “хвост”.

Я повернулась к нему с некоторым недоверием во взоре, нопоспешила тронуться с места. Если он серьезно, ни к чему задерживаться надолго,это вызовет подозрения.

– “Опель”, темно-синий. Пристроился за нами напроспекте, по крайней мере там я его засек. А сей­час стоит возле тумбы. Покаты была у девки, к твоей тачке направился парень из этого самого “Опеля”, песзалаял, и он вернулся.

– Тебя он мог заметить?

– Вряд ли, я между сидений устроился.

Я взглянула в зеркало, “Опеля” сзади не видно.

– Номер запомнил?

– Конечно.

Он его назвал, а я подумала, как скверно мне без моего другаЛялина, поделиться не с кем радост­ной новостью.

– Вдруг ему просто понравилась моя тачка? – пожалая плечами.

– Ага. И он тащился за нами через весь город.

– Ты же отправился за мной после нашей встре­чи в“Шанхае”, – съязвила я.

– Не я сам, парня послал.

– Зачем?

– Так… подумал, вдруг узнаю что интересное.

– Узнал?

– А как же. Слухи о том, что Кондратьев дал те­беотставку, сильно преувеличены. По крайней ме­ре, он не прочь тебя вернуть.Иначе не бродил бы под твоими окнами, точно пацан какой-то.

– Может, ему просто нравится там прогули­ваться.

– Конечно. Говорят, у вас старая любовь.

– С Дедом?

– Это ты его так зовешь?

– Его так все в конторе зовут.

“Опеля” я по-прежнему не видела, но покоя в душу это мне непринесло. Вздохнув, я позвонила Вешнякову и начала с покаяния:

– Я была у Марины Мироновой.

– Ольга… – простонал Артем.

– Чего ты? Потрепались по-бабьи. – Я коро­тенькопередала разговор.

– Посадить бы тебя на пятнадцать суток.

– За что? – удивилась я.

– За хулиганские выходки. Ты на службе своего Дедасовершенно обнаглела, но, уж коли ушла от него, отвыкай от дурных привычек.

– Знаешь, ты мне все чаще напоминаешь Ляли­на. Всевоспитываешь, воспитываешь… Новости есть?

– С Лапшиной беседовал, с Никифоровым. Го­ляк. Меня отэтого дела тошнит по полной програм­ме. Кстати, Тагаев заявлял, что пистолетему подбросили, только не говори, что я его подозреваемым видеть не хочу, я ужекого угодно хочу, лишь бы от дела отбодаться. Он, Тагаев то есть, в парикмахер­скуюзаезжал. Девчонки подтвердили, постоянный клиент, его хорошо знают. Тачка водворе стояла. Там рядом стройка.

– Так проверь, вдруг кто-то из рабочих что-то заметил.

– Проверю, – проворчал Артем.

– Почему бы нам на стройку не съездить? – по­далголос Тагаев, когда я простилась с Артемом.

– Вешнякова это не удивит, он мою дотошность знает, ноу других вызовет подозрение, оттого и не стоит. Ты не волнуйся, Вешняков своедело знает, найдет, если есть что искать.

– А вот и “Опель”, – хмыкнул он.

– Где? – Я уткнулась в зеркало.

– Сейчас на проспект выедем, и увидишь, там укрытьсясложней.

Не будь рядом Тагаева, и на проспекте я “Опель” вряд ли бызаметила, вели меня профессионально, и это пугало. Ломай теперь голову, когоэто озарило? Зря я не сказала о слежке Вешнякову, впрочем, это лишний поводуслышать наставления, а также про­сьбу ни во что не соваться.

Пораскинув мозгами, я свернула на светофоре и вскоре ужетормозила возле огромного здания с ко­лоннами.

– По любимому соскучилась? – спросил Тагаев.

– Тоска навалилась, пойду развею, а ты здесь посиди,развлеки собачку.

Дед утром вернулся из Москвы, об этом мне со­общила Ритка,когда я заглянула на минутку в при­емную, но видеться с ним я не собиралась, даи он был занят, о чем Ритка заговорщицки и прошептала.

– Я просто на тебя взглянуть, убедиться, что выглядишьраспрекрасно, – сказала я.

– Полно заливать-то. Чего надо?

– Надо, чтобы ты спустилась к охране и ласково такпопросила номерок пробить. Скажи, какой-то псих тебя по дороге окатил грязнойводичкой из лужи с ног до головы, а ты очень разгневалась.

– Зачем тебе это?

– Попробуй догадаться.

– Ладно, жди в баре.

Ритка явилась в бар через двадцать минут и вы­гляделаразгневанной фурией, точно в самом деле водой окатили. Я подумывала спрятатьсяза стойку, но меня бы это не спасло.

– Чего ты дурака валяешь? – зашипела она, схвативменя за руку. – Сашки Щеглова машина.

Моя физиономия расплылась в глупейшей улыб­ке. Сашка Щегловбыл парнем из охраны Деда, причем не из тех, кто является старой гвардией,воспитан­ной моим добрым товарищем Лялиным, он пришел вместе с новымначальником охраны, сменившим Лялина на боевом посту, а с ним мы не ладили. Ес­личестно, терпеть друг друга не могли. Вешняков с превеликим удовольствиемпосадил бы его хоть за­втра, и было за что.

Будь это кто-то из своих, могли бы потолковать по-дружески,а с этим разговор не получится.

– Черт, – не удержалась я. Ритка смотрела на меняс настороженностью, которую быстро сменил испуг.

– Что происходит? – спросила она.

Мне бы и самой очень хотелось знать это. Ста­рый змей, каквсегда, пудрит мне мозги, и в этом де­ле у него есть свои интересы? Или,приставив за мной “хвост”, он проявляет заботу о моей безопас­ности? Остаетсяуповать на последнее, но, как лю­бил выражаться один мой знакомый, “возможныварианты”.