Призрак с хорошей родословной - Дарья Калинина

— Как видите, мне повезло, — грустно улыбнулась Любима. — Хотя еще и неизвестно, что понимать под везением.

И она замолчала, видимо, возвращаясь мыслями к тем далеким дням, когда сама она была еще очень молода, а рядом с ней был любящий ее мужчина.

— Значит, его звали Георг? — спросила у нее Мариша.

— Да, — кивнула Любима, и глаза ее подернулись поволокой. — Боже мой, а ведь все могло быть совсем иначе. Если бы не та дурацкая случайность на дороге, если бы меня не сбила машина, если бы я не потеряла память, если бы… Да что там говорить! Прошлого не вернешь! У Георга теперь своя жизнь, и я не могу ничего изменить.

— И, расставшись с Георгом, вы вернулись к Виктору?

— А куда мне было деваться? — спросила Любима. — Я рассудила, что в конце концов он мой муж. И хотя мы были в разлуке столько лет, но ведь это не по своей воле, так уж сложились обстоятельства. И Георг сказал, что Виктор должен позаботиться обо мне. Хотя бы первое время. В общем, я приехала в Питер, как и рекомендовал мне мой друг, и пришла к Виктору, ни на что особо не надеясь. После того как меня бросил мужчина, который клялся мне в вечной любви, я уже не особо верила, что Виктор меня примет. И клянусь вам, я хотела всего лишь просить его о помощи на первое время. У меня ведь действительно ничего не осталось из того, чем я обладала в прошлой жизни. Ни квартиры, ни работы, ни даже подлинных документов. А тех денег, которые дал мне мой бывший друг, хватило бы только на месяц очень скромной жизни. Пришла, и… и все вдруг вернулось, словно и не было этих лет разлуки. Мы неожиданно вновь почувствовали себя молодыми и безоглядно влюбленными друг в друга.

Любима закончила свой рассказ. Глаза у нее увлажнились, и в них появилось какое-то странное выражение, которое мы приняли за сентиментальность.

— А почему вы не обратились за помощью к своим родителям? — спросила Катя. — К своим родственникам в конце концов?

— Разве я вам не сказала? — удивилась Любима. — Мои родители умерли еще до того, как я вышла замуж за Виктора. Ту квартиру, которая осталась после них, мы с Виктором обменяли на жилье, где он и живет сейчас. Так что, выгони он меня, мне даже голову было бы негде преклонить.

— Очень опасно исчезать из жизни мужчины, — подтвердила Катька. — Тут же появится какая-нибудь юная соискательница и застолбит участок.

— Вот именно, — кивнула Любима. — Теперь я удовлетворила ваше любопытство? Вы оставите меня наконец в покое?

— Пожалуйста, — пробормотала Мариша.

И Любима, гордо выпрямив спину, удалилась прочь, поспешив к своему мужу, который как раз начал проявлять беспокойство по поводу ее отлучки.

— Как он ее обожает! — с легкой завистью вздохнула Катька. — Ни минуты без нее прожить не может. Видать, исстрадался в разлуке, бедняга.

— Сволочь он, — отозвалась Мариша и, когда мы удивленно посмотрели на нее, пояснила: — Теперь я понимаю, что он и не думал разыскивать пропавшего сына. Его очень даже устраивало, что мальчик пропал. Зачем ему больной сын? Вот красавица жена — дело другое. С такой не стыдно и на людях показаться.

— И она вокруг него хвостом метет, — заметила я. — Чисто лиса! Учитесь, девушки, как нужно с мужчинами обращаться, чтобы они вас и через двадцать лет приняли, и даже молодую жену ради вас прочь погнали. Высший класс!

— Я иду на реку! — крикнул нам Виктор. — Вернусь с уловом! Ждите!

И ушел вместе с резиновой надутой лодкой, снастями на сома и женой. Да, Любима, как и полагается преданной подруге, тоже отправилась с ним. А мы пошли будить Прапора и Женьку, которые сладко уснули после обеда.

— А может, и нам сходить на рыбалку? — предложил Прапор. — Все равно тут больше заняться нечем.

Определенный резон в его словах был.

— Впрочем, кто не хочет, может пополоть сорняки в огороде, тоже дело полезное, — продолжил Прапор.

И после этих слов последние сомнения насчет прелести рыбалки у всех улетучились. Мы с подругами мигом вспомнили, что Прапор так и не поймал еще сомов, обещанных нам всем еще живой Любкой в первый наш приезд в деревню.

— А нам очень хочется посмотреть, как ты вытащишь огромную рыбину! — льстиво глядя Прапору в глаза, сказала Катька. — Просто очень!

Нам с Маришей полоть чужой огород тоже вовсе не улыбалось, поэтому мы молча и быстро отправились за снастями, чтобы у Прапора просто не было другого выбора — взять нас с собой.