Высшая справедливость - Филипп Марголин

Судья повернулась к Брэду:

– Покажи судье Прайсу снимки из папки.

Когда Прайс закончил просмотр увеличенных снимков с мобильного Гинни, он выглядел очень недовольным.

– Откуда вы достали это? – сердито спросил он. – Это документы из дела клиента в фирме, где я работал. Они носят конфиденциальный характер. Их изъятие равносильно воровству.

Мосс устремила на коллегу пристальный взгляд.

– А ты виновен в конфликте интересов, Миллард. Ты помогал купить корабль для ЦРУ? Если не помогал, то почему не отказываешься?

– То, что я делал или не делал в качестве атторнея клиента «Рэнкин, Ласк…», является секретной информацией.

Судья Мосс подалась вперед в направлении Прайса. Когда она заговорила, в ее голосе звучали стальные и угрожающие нотки, которые, должно быть, слышались некогда во время ее участия в уличных политических демонстрациях.

– Брэд собирается рассказать тебе все, что мы знаем о «Чайна си», поэтому сам решай, как действовать дальше. Если ты не отказываешься от покупки корабля, то я повторю на заседании в конференц-зале все, что он скажет тебе, и пусть судьи решают, как с тобой поступить.

Брэд, запинаясь, рассказал судье Прайсу – не упоминая имен Даны или Гинни – о том, что удалось выяснить по делу Вудраф. Прайс прослушал рассказ с отсутствующим видом. Если судья Мосс и ее помощник ожидали, что Прайс сломается и сознается во всем, то их постигло разочарование.

– Я ничего не услышал, кроме догадок и слухов, – выдавил из себя Прайс, когда Брэд закончил. – Этого у вас не примет ни один суд.

– Наши конференции отнюдь не судебные заседания, Миллард, – напомнила тихо Фелиция. – Слухи там не играют роли. Но играет роль здравый смысл, и мне кажется, наших коллег шокирует, так же как и меня, информация о том, что случилось на корабле, и о попытках тебя самого и твоего приятеля по колледжу прикрыть это дело. Возможно, частью этих попыток было и покушение на меня.

Скажи, Миллард, что ты будешь делать, когда член палаты представителей начнет против тебя процедуру импичмента? Какую ты и Деннис Мастерсон примените маскировку, когда правительство и пресса будут рассматривать это грязное дело под микроскопом?

С лица Прайса улетучилось выражение самодовольства, и Брэд мог сказать, что наконец разобрался в позиции судьи.

– Благодарю за помощь, Брэд. Почему бы вам не оставить меня и судью Прайса наедине, чтобы мы продолжили нашу беседу?

Брэда мучили противоречивые чувства. Он больше не хотел иметь дело с «Чайна си», но не хотел, чтобы его босс оставалась наедине с человеком, который мог ее убить. Мосс заметила его сомнения. Она улыбнулась:

– Все будет хорошо, Брэд. Ступайте. И скажите Кэрри, что я не хочу, чтобы мне мешали.

Брэд вышел и передал Кэрри указание Мосс. Завернул за угол и собрался войти в свой кабинет, когда ощутил вибрацию мобильного. Хотел было определить, кто звонит, но чуть не столкнулся с Гэрриет Лезак.

– Виноват, – извинился Брэд.

– Ничего.

Гэрриет быстро исчезла в конце коридора.

– О, Кейт! – приветствовал Брэд внезапно появившегося агента ФБР.

– Не рассусоливай. Просто скажи: да или нет. Гэрриет Лезак в кабинете?

– Она только что вышла. А что?

– Это злоумышленник. Настоящая Гэрриет Лезак убита несколько месяцев назад.

– Господи!

– Я спущусь в гараж суда. Вернусь через несколько минут.

После ухода Кейта Брэд вспомнил, что судьи Мосс и Прайс остались наедине, а Гэрриет двигалась в направлении офиса Фелиции. Он бросился в обратную сторону, рванул дверь приемной. Несколькими мгновениями ранее Кэрри сидела на своем месте, но сейчас ее не было. Затем он заметил ногу, торчавшую из-за стола. Брэд обошел стол и обнаружил секретаршу судьи распластавшейся на полу. Он быстро присел на колени и нащупал ее пульс. Убедившись, что она жива, Брэд кинулся к двери кабинета судьи Мосс и распахнул ее. Гэрриет стояла посреди комнаты, нацелив пистолет на Прайса и Мосс. Она повернула голову в сторону Брэда, и в тот же миг судья Прайс понесся через комнату со рвением, которое он проявлял десятилетия назад на футбольном поле. Гэрриет повернула к нему голову и выстрелила. Прайс пошатнулся, но он был достаточно близко, чтобы мертвой хваткой схватить Лезак. По инерции оба рухнули вниз. Когда они ударились об пол, правая рука Гэрриет прижалась к ее бедру, а ствол пистолета был направлен вниз, вдоль ее ноги. Прайс держал ее так крепко, что она не могла повернуть ствол в его направлении.

Брэд поискал взглядом предмет, способный послужить оружием. Затем схватил тяжелый молоток судьи, который Фелиции Мосс подарили в Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения. Прайс и Лезак все еще боролись на полу. Рана судьи сильно кровоточила, и он слабел. Лезак сумела немного оторвать его от себя и попыталась сесть. Брэд обрушил молоток на ее голову. От удара из головы брызнула кровь. Лезак повернула голову в сторону Брэда, и он нанес ей удар молотком в лицо с такой силой, что отлетела головка молотка.

Лезак обмякла, но все еще держала пистолет. Брэд наступил ей на запястье, и ее рука разжалась. Едва он отшвырнул ногой пистолет, как Лезак схватила его лодыжку и рванула ее вверх. Брэд опрокинулся ничком. Лезак сбросила с себя Прайса. В это время Брэд встал на колени. Лезак снова повернула к нему лицо. Рукоятка молотка была заострена там, где отлетела его головка. Брэд не колебался. Он вонзил острие в шею Лезак. Оттуда фонтаном забила кровь, и она старалась зажать рану ладонями. В это время открылась дверь и в комнату вбежал Кейт Эванс. За ним следовали два копа из полицейского подразделения Верховного суда вместе с рыжеволосой женщиной, которую Брэд раньше никогда не видел.