Генералы песчаных карьеров - Владимир Колычев

Ахмад считал себя настоящим джигитом. И не важно, что в самой Чечне он не прожил и дня. Он родился в Краснодаре. В шестнадцать сел за решетку. И началось его путешествие по Союзу. После третьей отсидки он оказался в Москве, сошелся с братьями по крови. И до сих пор ни о чем не жалеет.

Раньше он угонял машины. Сейчас под ним целая «бригада». Больше десятка отчаянных джигитов, всегда готовых пустить кровь неправедным гяурам. Сам Ахмад недавно принял ислам. И считал себя ярым слугой Аллаха.

Сейчас под его ногой лежал и дергался неверный. Ахмад не сошелся с ним в вопросах веры. Несчастный русский коммерсант не считал ислам единственно правильной религией. Ну и к тому же он отказывался платить Ахмаду. А должок за ним солидный. Четыреста тысяч рублей.

И Ахмад должен вытрясти эти бабки, иначе Алихан поднимет его на смех. А смех – это смерть для храброго джигита...

Ахмад надавил ногой на горло. Жертва захрипела, забилась под ним. Ахмад убрал ногу.

– Платить будешь? – спокойно спросил он.

– Нет... Нет у меня таких денег! – с ненавистью и вместе с тем умоляюще смотрел на него русак.

– Ну, на нет и суда нет!

Ахмад зевнул с показной ленцой. Затем оторвал кооператора от пола, схватил его за волосы и поднес к горлу кинжал.

– Сейчас я тебя от уха до уха...

Всем своим видом он давал понять, что обязательно исполнит свою угрозу.

– Не надо! – чуть не родил от ужаса терпила.

– А деньги?

– Я найду деньги!

– Ну вот! – обрадовался Ахмад.

Он лично поднял жертву с пола, помог ему отряхнуться. И как лучшего друга пригласил за стол.

– Нет, я как-нибудь в другой раз, – попытался отказаться кооператор.

Ахмад сильно ударил его кулаком в солнечное сплетение. Русак согнулся в три погибели и рухнул на пол.

– Нельзя отказываться, когда тебя хорошие люди за стол приглашают. Грех это большой. А грешников наказывают, да... Ну так что, кушать будешь?

– Да-а...

Но застолья не получилось. Только Ахмад сел за стол, как позвонил телефон.

Звонок оказался тревожным. Русские братки наехали на совместное предприятие «Сыртэкс». А это очень доходная точка. И Ахмаду будет худо, если он не вернет ее обратно.

Впрочем, волноваться особенно нечего. Сейчас в Москве полным-полно диких банд. Крепкие пацаны выползают из подвалов, вооружаются монтировками и с ходу наезжают на кооператоров. Пусть наезжают. Только Ахмада пусть не трогают. А кто тронет, тому кранты...

На «Сыртэкс» могли наехать какие-то залетные. Но это могла оказаться и серьезная банда. Поэтому Ахмад взял с собой всех своих бойцов, которые оказались под рукой.

К «Сыртэксу» его «бригада» подтянулась на двух тачках. Ахмад первым вышел из машины. На входе в офис два бритоголовых качка в кожанках. Круто смотрятся. Но так же круто они и обсираются. Они только увидели Ахмада, и у них уже затряслись коленки. А когда он ринулся на них, они юркнули в здание и быстро закрыли за собой двери.

А двери тяжелые. Их одним махом не вышибешь. Ахмад посмотрел на ворота. На его тонких губах заиграла хищная улыбка. Ворота были приоткрыты. И через них он легко проникнет во двор, а там рабочий вход – деревянная дверь, которую любой салага легко вышибет ногой.

Он первым ворвался во двор, вслед за ним туда втянулись его джигиты.

Деревянная дверь открылась сама по себе. И во двор хлынула толпа крепких парней в кожаных куртках. Человек пять.

Ахмад хищно осклабился. Пять «быков» для него не помеха. Его бойцы уже выхватывают кинжалы. Сейчас они разберут этих придурков на запчасти.

Э-э, а это что такое?

«Быки» выхватывают из-под курток стволы. Пять «волын» – это действительно круто. Ахмад остановился как вкопанный. У него не было никакого желания утяжелить свою голову на девять граммов.

– Че за дела, пацаны, а? – громко спросил он. – «Пушки» уберите. Мы же с миром пришли. Давайте договоримся, да?..

– С ними договаривайся, – нехорошо улыбнулся один качок.

И кивком головы указал на ворота.

Ахмад обернулся и с ужасом увидел, как из-за штабелей досок выходят крепко накачанные парни. Их было много. Человек двадцать. Они без стволов. Но у всех в руках бейсбольные биты.

Проклятые гяуры! Они нарочно заманили Ахмада в засаду. На этом дворе нет посторонних глаз. Никто не вызовет ментов. Рассчитывать можно только на себя...

Ахмаду было страшно. Но он спрятал страх. Собрался сам и постарался настроить на боевой лад своих джигитов. Он готов был драться до конца... Но русаки лишили его этой возможности. Они всем скопом обрушились на него. И сразу две биты приложились к его голове. Ахмад мгновенно потерял сознание...

Очнулся он в том же дворе. Рядом валялись его бойцы. Некоторые уже пришли в себя, пытались подняться на ноги. Другие бездвижно валялись на земле с проломленными черепами.