Конец фильма - Фридрих Незнанский

— Остановите, пожалуйста, я выйду! — взмолился интеллигентный нарушитель.

— Поздно! — гневно зыркнул на него усатый постовой. — Сам виноват, не надо было нарушать!

Их легко обогнал верещавший сиреной «форд».

— И тачка у тебя хреновая!

— Водить надо уметь…

У светофора замерли несколько автомобилей. Джип обошел их по встречной и, не снижая скорости, проскочил перекресток на красный. Для водителя фуры это стало полной неожиданностью, лишь в самый последний момент он резко ударил по тормозам. Фуру развернуло поперек дороги, своим прицепом она снесла светофорный столб…

— …Мост перекрыли, но он ушел в тоннель в сторону «Белорусской»! рапортовала рация. — Веду преследование!

— На Ленинградку пойдет, — сквозь зубы процедил Грязнов. — Там есть где разогнаться.

Они как раз приближались к перекрестку, который почти полностью перегородила огромная фура.

— …Я знаю здесь все переулки, — сказал Гриша. — Быстро сворачивайте вот сюда, налево!..

На Цыгане был строгий деловой костюм. Он ехал в зеркальном лифте. Рядом стоял седой мужчина в темных очках.

Световое табло отсчитывало этажи — лифт спускался с двадцать пятого.

— Ты почему не сказал, что в нашей системе кто-то рылся? — почти не разжимая губ, спросил Седой.

— Кто рылся? — Цыган посмотрел на него как на привидение и сильно при этом наиграл. — Никто не рылся.

— Тихо-тихо, не надо… — Седой положил ему на плечо свою огромную лапу. — Мне сообщили, что в системе кто-то был. Его даже засекли, но он успел отключиться. Опытный, сукин сын.

— Впервые слышу…

— Вот-вот, ты отвечаешь за безопасность и ничего не заметил. Странно, да?

— Да, странно… Я все проверю.

— Вот-вот, может, ты устал? — Огромная лапа медленно прошлась по щеке Цыгана. — Может, тебе надо отдохнуть?

— Как скажете…

— Вот-вот, отдохни недельку-другую.

— Хорошо.

— Закончи все свои дела и отдохни. С понедельника. Подбросить тебя до дома?

— Нет, спасибо…

— Вот-вот…

Двери лифта распахнулись, и Седой вышел в светлый мраморный вестибюль.

Цыган прислонился спиной к зеркалу, прикрыл глаза. Руки его тряслись…

Вежливый намек шефа об отдыхе мог означать только одно — приговор. Когда его приведут в исполнение? Через пять минут? Завтра? На следующей неделе? И каким образом? Пристрелят? Утопят? Повесят?

У Цыгана не к месту разыгралась фантазия, с каждой секундой месть шефа в его воображении становилась все изощренней и ужасней.

— Веня, какого черта?! — вдруг донесся от входной двери голос Седого. — Ты где? Мы ж договорились, я опаздываю! Алло, алло!

Цыган с трудом отлепился от зеркала, сделал несколько неуверенных шагов по вестибюлю.

— Ты на машине? — пряча мобильник в карман, окликнул его сквозь вертящиеся двери шеф.

— Да…

— Подбрось, это вопрос жизни и смерти.

«Ну вот, начинается…» — мелькнуло в голове Цыгана.

— А что Веня? — дрожащим голосом спросил он.

— А Веня — мудак. — Седой с досады наподдал пустую банку из-под кока-колы. — Завтра же уволю его, к чертовой матери!

«Нет, кажется, сегодня меня не убьют», — с облегчением подумал Цыган.

Стрелка спидометра дрожала на отметке 150.

Обгоняя попутные автомобили, как бронепоезд телегу, джип мчался по Ленинградскому шоссе.

Милицейский «форд» сел ему на хвост, но расстояние все еще было довольно приличным.

— Водитель черного джипа! — закричал Гриша в громкоговоритель. Немедленно остановитесь!

— Так он тебя и послушает… — сверкнули в темноте глаза Грязнова.

Джип бросало из стороны в сторону. Он будто играл со своими преследователями в кошки-мышки, будто издевался.

— Стреляй по колесам! — приказал Денис.

Гриша опустил стекло, высунулся по плечи и, практически не целясь, пару раз выстрелил.

Заднее стекло джипа брызнуло яркой, блестящей в свете фар крошкой.

— Я сказал — по колесам! Он мне живой нужен!

— А я вам не Вильгельм Тель!

— Держи баранку, я сам!

Грязнов смотрел на Гришу с такой решимостью, что тот, будто загипнотизированный, без возражений взялся за руль.

Продолжая жать ногами на педали, Денис высунулся в свое окно и передернул затвор пистолета. Обойма была пуста.

— Есть патроны?

— Не дам! — замотал головой Гриша. — Я вас не знаю совсем!

— Что мне тебя, поцеловать? Дай сюда пушку!

— Рук нет, я руль держу!

В этот момент из проулка на полном ходу выскочил темный «жигуленок». Какое-то время он ехал параллельно с «фордом», а затем резко вышел вперед и, поравнявшись с джипом, резко боднул его в правый бок.

— Что он делает? — закричал Грязнов.

— Откуда он взялся? — в тон ему воскликнул патрульный.

«Жигуленок» продолжал бодать джип, выдавливая его на разделительную полосу, и, наконец, добился своего. Черная туша тяжело перемахнула через бордюрный камень и, заваливаясь на левый бок, со всего размаха влетела в дерево…

Джип капотом обхватил дерево, как жених невесту. Коротко стриженная голова утонула в надутой подушке безопасности.

— Старшина Петров! — козырнул усатый постовой, пряча пистолет за пазуху.

— Сержант Филиппов.

— Денис Грязнов, частный детектив.

— А я просто Саша, — сказал интеллигентный нарушитель. — Заслуженный мастер спорта по кольцевым автогонкам.

Все четверо, тяжело дыша, обступили искореженный джип.

— Отъездился… — констатировал старшина, приложив пальцы к шее коротко стриженного. — Анашой пахнет. Обкуренный, сволочь.

Он рывком распахнул дверцу, и труп, вывалившись из машины, распластался на траве.

— Нет, тебя я раньше не видел, — тихо сказал Грязнов, всматриваясь в его мертвенно-бледное лицо. — А это что?

— Кровь.

— Дырка от пули. Гриша, так ты в него попал!

— Куда попал? — Парень аж пошатнулся.

— Прямо между лопаток! А говорил, что не Вильгельм Тель!

— Пойду бригаду вызову…

Гриша одной рукой зажал рот, другой схватился за живот и побрел к «форду», но не дошел, его вырвало на полдороге.

— А поощрение какое-нибудь будет? — Автогонщик придирчиво осматривал вмятины на своем «жигуленке».