Дети Белой Богини - Наталья Андреева

Вероника позвонила около полуночи. Он ждал этого и вот уже несколько часов неподвижно си­дел возле телефона. Боролся с соблазном спус­титься вниз, дойти до ближайшей палатки и ку­пить сигарет, потому что ожидание становилось невыносимым. А вдруг она вообще не позвонит? И больше не придет. Никогда.

Он все сделал так. И не так. Пошел напролом и получил то, что хотел. Смешно было думать, что его предложение Аглая Серафимовна примет с восторгом. И вообще, примет его всерьез. Так и вышло. Но Вероника удивила. Поэтому он все-таки ждал звонка. И когда телефон зазвонил, жад­но схватил трубку.

- Я не могла раньше, - тут же сказала Веро­ника. - Мои разговоры по домашнему телефону мама подслушивает. Звоню с мобильника. Ты меня слышишь?

-Да.

- Я буду говорить громко. Я в ванной. Вклю­чила воду. Тебе это не мешает?

Воду? Шума льющейся воды он почти не слы­шал, а вот ее голос... Что не слышал, то угадывал.

- Я хорошо тебя слышу.

- Мы с мамой поругались. Знаешь, что она сказала?

- Что?

- «Уж лучше бы ты вышла замуж за Горанина! По крайне мере он скоро станет мэром!»

- Значит, она на это согласна?

- На что?

- На твое замужество? С Германом?

- Я не согласна. Мама хочет вновь отправить меня за границу, к дедушке. Но я не хочу туда ехать. Там совсем плохо. Скучно. Хорошо, что они с отцом заняты выборами. Мой отъезд отложили до следующей недели. Мне надо с тобой встре­титься, но из дома меня не выпустят. Мама ото­брала ключи от машины и запретила Мише меня выпускать.

- Ну, Миша - это не проблема. Наш человек.

- Знаешь, что я придумала? -Да?

- В воскресенье выборы. Они всю ночь будут сидеть в штабе и следить за подсчетом бюллете­ней. Надо контролировать ситуацию. Ты понима­ешь?

- Еще бы!

- Мама тоже будет там. Держать связь с Мос­квой. Она хочет уехать отсюда. Во что бы то ни стало.

- Понимаю.

- Я всю ночь буду одна. Приходи, Миша тебя впустит.

- А во сколько?

- Лучше совсем ночью. Часа в два.

И тут у него в голове молнией мелькнула мысль: «А что если...?» Отличная ловушка! Ло­вушка для Германа! . - Хорошо. В воскресенье ночью я приду.

- Мы можем сбежать потихоньку. Миша нам поможет. У него есть ключи от маминой машины. Она уедет с отцом на служебной. А мы на «Тойоте». Миша вывезет нас из города. Он обе­щал. Сядем на проходящий поезд на ближай­шей станции и поедем в Москву. У тебя есть деньги?

- Есть немного.

Он сразу же подумал о счете в банке, кото­рый жена открыла на его имя, когда он получил выходное пособие. Интересно, сколько там де­нег?

- Главное, добраться до Москвы. А там я об­ращусь к дяде. Он любит меня, он поможет.

Большое безумие. Он еще не решил, что де­лать. Но до воскресенья есть время. Сегодня толь­ко вторник. Или нет, уже среда.

Она передумает. Не может не передумать. А если нет?

- Значит, до воскресенья мы не увидимся? -уточнил он.

- Скорее всего, нет. Если что, я позвоню. Все хорошо. Ведь все будет хорошо?

- Обязательно.

- Я целую тебя. Ты слышишь?

- Чувствую. Как целуешь.

- Мама стучит в дверь. Все, пока.

-До...

Гудки. Итак, воскресенье. Все складывается. Машу убили в ночь с субботы на воскресенье. С двух до четырех. На первом этаже больницы. В коттедже у мэра три этажа. Значит, есть и второй, и... первый! Какие же отвратительные мысли ле­зут в голову!

Надо создать все условия. Напроситься в гос­ти к Герману, притвориться, что слишком много выпил, и устроиться на диване в гостиной. А но­чью сделать рисунок. Вот тогда Герман попадет­ся. И мотив есть: измена Вероники. Горанин под­сознательно должен хотеть, чтобы ее не стало. Непременно попадется.

Ах, Аглая Серафимовна! Тот зять был плох, пока не появился этот! Вы, умная женщина, из двух зол всегда выбираете меньшее. Герман ка­зался злом, пока не появилась еще более ужаса­ющая перспектива. И вот вы уже кричите доче­ри: «Уж лучше бы ты вышла замуж за Горани-на! По крайней мере, он скоро станет мэром!» А никем он не станет. Вы были правы. Горанин - зло. Опухоль на теле города. Ее надо удалить. Срочно.