Идеальная мать - Эйми Моллой

Мисс Нос. Это была Нэлл. Колетт хорошо помнила тот скандал. Ее мать была среди тех боровшихся за права женщин активисток, которые высказывались против официальной версии и пытались представить эту ситуацию в ее истинном свете. Не как историю, столь настырно навязанную прессой: девушка, склонная к неразборчивым сексуальным связям, соблазнила своего влиятельного начальника. А как историю молодой женщины, которую обманул влиятельный мужчина.

Она снова взглянула на часы над столом Элисон, стараясь не обращать внимания на жжение в сосках. Так просто не бывает: она впервые забыла молокоотсос, и именно сегодня он мог ей действительно понадобиться. Она так расстроилась, пока смотрела новости про Нэлл, что забыла сцедить молоко перед выходом. А потом она уже опаздывала, к тому же пришлось возвращаться за забытым кошельком. Теперь она поняла, что забыла молокоотсос, который всегда носила с собой, на барной стойке в кухне. И Тэб опять опаздывал, хоть он и обещал быть вовремя. Он знал, что ей нужно было быть дома к двум.

«Сегодня обязательно надо закончить вовремя, — написала она Тэбу утром. — У Чарли встреча».

Это была не просто встреча, а ланч с редактором еженедельного журнала «Нью-Йорк Таймс». Он пригласил Чарли в последний момент, чтобы обсудить возможности эксклюзивной публикации отрывка из его нового романа.

«Нет, Колетт, я не могу так рисковать, — сказал Чарли накануне. — Если ты не можешь перенести встречу с Тэбом, я найму няню».

«Я вернусь вовремя. Обещаю. Тэб тоже обещал. Я не опоздаю».

Она взяла сумку и пошла в туалет, громко цокая каблуками по деревянному полу. В ближайшей к выходу кабинке кто-то был, она села на унитаз в следующей и достала телефон. Нэлл ответила: «Да в жопу их. Им однажды удалось меня уничтожить. На этот раз не выйдет. Я не позволю, чтобы Беатрис это видела».

Когда Колетт подошла к раковине, женщина, выходившая из другой кабинки, улыбнулась. Но посмотрев на грудь Колетт, она изменилась в лице. Колетт взглянула в зеркало. На белой шелковой блузке расплылись два больших серых пятна. Женщина быстро помыла руки и ушла. Колетт включила сушилку для рук и поднесла блузку к горячей струе воздуха, но стоило пятнам высохнуть, как они появлялись вновь. Она положила в лифчик туалетную бумагу, которая топорщилась под блузкой.

Прижимая к груди сумку и чувствуя, что из груди все еще течет молоко, она вернулась в холл. И услышала, что ей пришло смс. Достав из сумки телефон, она увидела сообщение от Чарли: «Мне нужно идти. Ты, наверное, в пути. Оставил Поппи внизу, у Сони. Все будет нормально, мы договорились. Можешь ее там забрать».

— Колетт, — рядом с ней стояла Элисон. — Они тебя ждут.

Колетт отключила звук на телефоне и, не отрывая сумки от груди, вошла к Тэбу в кабинет. Что это за Соня? Та девушка со второго этажа, с которой они виделись максимум дважды на вечеринке жителей их дома? Тэб сидел, откинувшись на спинку кресла и погрузившись в телефон. Он кивнул на один из кожаных стульев, которые стояли напротив него и не извинился, что заставил ее ждать:

— Садись.

— Как дела? — спросила она.

— Отлично, — ответил он, но голос его звучал сухо, на лице не было улыбки.

— Аарон, зайди к нам.

Дверь сразу же распахнулась, как будто Аарон ждал, что его позовут. Он кивнул ей, подошел к столику с документами и положил себе на колени стопку папок. Она увидела, что на верхней было написано имя Мидаса.

— Так, Колетт, — Тэб сурово взглянул на нее. — У нас большие проблемы.

У нее упало сердце. Они все знали.

Знали, что она была с Уинни в тот вечер и что она взяла папку. Они сделали анализ крови, которой она испачкала документы пару дней назад, и обнаружили ее ДНК. Они откуда-то узнали, что она взяла флешку, которая до сих пор лежит у нее дома, спрятанная в старой сумке в шкафу. Смятая туалетная бумага пропиталась молоком, оно просочилось сквозь лифчик. Она пыталась придумать, с чего начать, как объяснить, почему она скрывала от них правду, почему она не могла не заглянуть в дело Мидаса. И тут Тэб заговорил.

— Эта книга просто ужасна, — сказал он и потер глаза.

Она выдохнула:

— Понятно.

Тэб откинулся на стуле:

— Коли, что случилось? Почему все так плохо?

Что случилось? Она не ожидала, что забеременеет. Мало спала. Переживала из-за здоровья Поппи. Боялась, что Мидас мертв.

— Частично причина может быть в том, что у тебя сейчас намного меньше свободного времени. Раньше было не так. Немножко сложно было планировать встречи…

Тэб покачал головой:

— Нет, дело не в этом. А в том, что совсем не похоже, что эту книгу написал я.

— А это и не ты написал.

Аарон бросил быстрый взгляд на Колетт, а Тэб медленно повернулся к ней на стуле.

— Что ты имеешь в виду?

У нее пересохло во рту, она пожалела, что не захватила с собой воды:

— То, что эту книгу написал не ты, а я.

— Колетт, — предостерегающе сказал Аарон, — я не уверен, что…

— Извини, — сказала она. — Я, конечно, с радостью переделаю книгу, но нам нужно составить расписание, чтобы подробнее обсудить те эпизоды твоей жизни, которые ты хотел бы в ней видеть. При всем уважении, Тэб, с тобой невозможно было нормально встретиться.

— Думаю, что мэр имеет в виду другое, — сказал Аарон. — У нас ничего не получится.

— Я поняла. Так давайте это исправим.

Аарон начал говорить, но Тэб перебил его:

— Коли, мне очень жаль, но мы вынуждены нанять другого автора.

— Другого автора?

Аарон подался к ней:

— Мы уже поговорили с редактором. Мы наймем другого человека, чтобы исправить книгу. Кое-кого поизвестней. Того журналиста из «Эсквайра».

— Вы серьезно? Вы с ним договорились, не предупредив меня?

— Послушай, Колетт, — Аарон пощипывал себя за переносицу. — Эта книга станет важнейшей частью предвыборной кампании мэра перед повторными выборами. Ты прекрасно это знаешь. А то, что ты написала, нельзя показать ни издателю, ни избирателям. Мы и так по уши в дерьме с этим похищением ребенка. А какой-то сумасшедший девелопер дал кучу денег нашему оппоненту. Нам сейчас и так непросто

Она пыталась найти правильный ответ, но просто промолчала. Все было кончено.

Ей больше не надо было изображать, что она может одновременно справляться и с ребенком, и с этой работой. Она сможет сидеть дома с Поппи.

— Ты уверен? — спросила она Тэба, но ответил Аарон.

— Боюсь, что да, — у него звякнул телефон, — и нам, к несчастью, пора. Тэб смотрел в окно, избегая ее взгляда. — Пришли из банка, — сказал Аарон, застегивая пиджак, и указал на дверь. — Колетт, спасибо тебе большое, — сказал он как ни в чем ни бывало, будто они только что договорились о совместном бранче. — Мэру было приятно с тобой поработать.