Время черной звезды - Татьяна Воронцова

– Оружие.

– Это первое, что приходит в голову, правда? А после этого уже ничего и не приходит. Оружие. Какое отношение к оружию имеет владелец автозаправочных станций?

– Этот – никакого, – фыркнули из «табуна». – Для нас ему пришлось…

– Молчать! – рявкнул, обернувшись, Квадратный.

Его, как и остальных, разбирало любопытство, однако он еще не созрел для того, чтобы вывалить на всеобщее обозрение секреты хозяина.

– Таким образом, мы приходим к мысли о наличии в игре еще одной фигуры, до сих пор никакого участия в преследовании Вероники не принимавшей и, возможно, даже не подозревавшей о ее бегстве. Кстати, – перебил сам себя Деметриос, – как ей удалось бежать? Почему ее не остановили еще в Москве?

– Я был в отъезде, – процедил Яворский. И не сдержавшись, добавил: – Вот сучка!

– Из каких соображений ты скрыл факт ее бегства от своего делового партнера? Давай, Максим, удовлетвори любопытство приговоренного к смерти. Исполни мое последнее желание. Если это серьезный парень, имеющий доступ к оружию и способный организовывать регулярные поставки заинтересованным лицам из Саудовской Аравии – где потом всплывает это оружие, отдельный интересный вопрос, я бы не исключал Сирию, – то у Вероники не было ни единого шанса уцелеть. Тебя пугала необходимость рассказать ему не только о том, что она увела деньги, но и о том, каким образом она их увела? Я угадал? Информация. Ты не знал, как много ей удалось понять из того, что она увидела.

– А ты это знаешь? – тихо спросил Яворский. – Она тебе рассказала?

Никто не сообразил, в чем дело, но все вдруг замерли, обратившись в слух. Там, снаружи, творилось что-то странное. Загадочное и зловещее. Трое мужчин, включая Квадратного, в едином порыве устремились к окну. Раздвинули шторы. Яворский по-прежнему восседал на диване, ибо не пристало командиру группы захвата суетиться, как мальчишка, но с тревогой ожидал доклада своих подчиненных.

Наконец нервы у него не выдержали.

– Ну что там?

– Ничего, босс, – после долгой паузы ответил один из ряженых. – Никого и ничего.

– Откуда же эти звуки?

С улицы доносились песнопения, как в церкви во время литургии. Ангельский, точнее, женский хор выводил на греческом языке не то гимны, не то псалмы – чужаки не различали нюансов.

Яворский повернулся к Иокасте, собираясь повторить вопрос, но увидел выражение ее лица и прикусил язык. Побледневшая жрица, как и все остальные, смотрела через запыленное стекло на улицу, и в глазах ее расцветал смертный ужас. Черными цветами. Кружка, из которой она поила Деметриоса, выскользнула из онемевших пальцев, но не разбилась, а покатилась с грохотом по паркетной доске.

Безотчетно Макс перевел взгляд на соперника, справедливо полагая, что уж он-то должен быть осведомлен о природе и причинах наблюдаемого явления.

– Так что ты говорил о потенции? – без выражения спросил Деметриос, покидая табуретку и направляясь к дивану. – Давай отмотаем назад, это важный вопрос.

Яворский вскочил. Попятился, на ходу занимая оборонительную позицию.

– В каком смысле важный?

– В прямом. – Деметриос медленно наступал, глядя ему в глаза. Прямо и твердо, как во время допроса. – Сколько дамочек ты способен обслужить без перерыва на обед? Не исключено, что в самом ближайшем будущем от этого будет зависеть твоя жизнь, Максим. От того, как долго ты продержишься.

– Что за бред?

Но глазки-то забегали…

– Священная охота, – прошептала Иокаста.

Брови Яворского поползли вверх.

– Ты серьезно? Там, снаружи, те самые женщины, о которых писали философы древности? Женщины, разрывающие на части животных? Женщины… – Он сделал усилие и все же вытолкнул из себя: – Насилующие мужчин?

Ему никто не ответил.

Одетые в камуфляж бойцы переглядывались, ухмылялись и покашливали. Разве можно, в самом деле, воспринимать как угрозу женщин, жаждущих секса? Их смущал только страх Иокасты, явно непритворный, но ведь у жрицы могли быть свои причины…

Громко стукнула входная дверь, и все, как по команде, повернулись в сторону прихожей.

Шум, какой бывает, когда волоком торопливо тащат по полу не особо ценную тяжесть… удар по межкомнатной двери… бац! В проем влетел, точно им выстрелили из пушки, и приземлился посреди комнаты труп обнаженного мужчины. Только он. Люди, зашвырнувшие в дом мертвое тело, как вошли, так и вышли. Очень быстро. Обе двери после их молниеносного визита остались распахнуты настежь, поэтому все находящиеся внутри услышали приказ:

– Выходите по одному.

Звучный женский голос, спокойный и ровный. Иокаста с Деметриосом молча переглянулись. Они узнали этот голос. Все же прочие после минутного оцепенения, обследовав, узнали мертвеца. Этот был тот бедняга, которого подразумевал Яворский, заявляя в самом начале операции: «Окно снаружи контролируют мои люди». Смерть наступила от потери крови, ему перерезали горло. Но не сразу. Его половые органы были в таком состоянии, что воображение включалось само собой. Из заднего прохода торчал деревянный фаллос.

– Господи Иисусе, – проскрипел Яворский.

Его лицо, еще недавно такое гладкое и самодовольное, стало рыхлым и отечным. К щекам прилила кровь.

– Выходите! – прозвучало с улицы. – Если не хотите умереть точно так же.

– Эй, босс, – окликнул человек, сообразивший еще раз выглянуть в окно. – Кажется, нам лучше выйти. Если выйдем добром, может, и уцелеем, а если нет…

Вся компания уставилась на труп с фаллосом в заду.

Приободрившийся от выпитой воды Деметриос фыркнул, оборвал с себя остатки майки и, промакивая одним из лоскутов кровь с нижней губы, затрясся от беззвучного смеха. Он примерно представлял, что увидит Яворский, подойдя к окну. Женщины. Много женщин. Все разные – разного роста, возраста, телосложения, – но одинаково разгоряченные танцами на зимнем ветру, одинаково опасные и возбужденные.

– Стойте. Погодите. – Слово взял Квадратный. – Зачем выходить? Ведь у нас есть заложник. – Он указал на Деметриоса. – Просто скажите им, босс, что мы вобьем ему кол и в зад, и в рот, и в печень, если они не уберутся отсюда к чертовой матери.

– Ага, – кивнул Деметриос, накидывая на плечи рубашку и пытаясь попасть руками в рукава, гримасничая от боли и смеха, как спятивший клоун. – Валяй, скажи им. И послушай, что они ответят. Хорошо послушай.

– Им нужны мужчины, – в воцарившейся тишине промолвила Иокаста, ни к кому в особенности не обращаясь. – Все мужчины, находящиеся здесь, в том числе Деметриос. Если вы убьете его, вам, оставшимся, придется возлечь с большим количеством женщин, и, значит, возрастет вероятность того, что ваша мужская сила пойдет на убыль раньше, чем менады почувствуют себя удовлетворенными. Деметриос от природы силен, к тому же как жрец владеет специальными техниками ритуальных совокуплений. Я уверена, он проявит себя наилучшим образом даже после того, что вы сделали с ним… и, возможно, его стойкость спасет ваши жизни…