Оплаченные фантазии - Марина Серова

«Неужели задумал ретироваться обратно к лестнице и сбежать?» – подумала я, но возражать не стала. В конце концов, траты ему предстояли немалые, есть над чем поразмышлять.

В отделе был наплыв покупательниц. Можно подумать, что снег, выпавший точнехонько первого декабря, всех застал врасплох. Еще вчера шуба никому не была нужна, а сегодня все поняли, что впереди – три долгих зимних месяца. Продавщицы только и успевали подавать «шкурки» для примерки. Освободившись, одна из них подошла ко мне и спросила:

– Чем я могу вам помочь? Вы ищете что-то конкретное?

– Знаете, там внизу, в витрине, на манекене надет соболь. Хочу такой же.

– К сожалению, вашего размера нет. Вчера продали. Но есть другие интересные модели. Вот эта, например. – Девушка продемонстрировала мне широкое манто с огромным воротником-шалькой и воланом по низу.

– Нет, ну что вы мне предлагаете! Разлетайка какая-то. Я буду в ней, как боярыня Морозова.

– То есть вы хотите приталенную шубу?

– Девушка, я хочу того соболя, что на витрине! Разве он не продается?

– Продается, но он сорок четвертого размера. На очень худую и высокую девушку. А посмотрите-ка на эту норку. – Продавщица предложила симпатичную шубку, но она стоила дешевле соболя. В моем случае это было плохо.

После некоторых колебаний я все же решила ее примерить. Если Жупанов намерен сегодня же раскошелиться, то нельзя упускать момент. Стоило мне надеть норку, и сразу стало понятно – этот мех мне не идет. В отличие от той короткой норковой дохи, в которой я вчера засветилась перед Сашкой, эта шуба была темнее. Я терялась в ее темно-коричневом цвете, становилась совершенно безликой. И сидело манто как-то мешковато, полнило меня.

– Клава, но ты же хотела другой мех? – справедливо заметил незаметно подкравшийся ко мне спонсор.

– Да, но соболя моего размера нет, – я обиженно надула губки.

– Плохо, очень плохо, – слицемерил пластический хирург.

Невооруженным глазом было видно, что на самом деле такой расклад его устраивает. Он тщетно скрывал улыбку, радуясь тому, что обстоятельства неожиданно приняли его сторону.

– Будем искать, – заверил меня Андрей Александрович, снимая с моих плеч манто, – мечты должны сбываться. Девушка, возьмите, пожалуйста, шубу. Соболя у вас, значит, нет?

– Нет, – подтвердила продавщица с явным сожалением. – Посмотрите еще что-нибудь.

Я отрицательно мотнула головой. Остальной ассортимент мне был неинтересен. Опускаться до овчинки я не собиралась. Жупанов не настаивал на покупке. Изголодавшийся вконец, он повел меня в кафе, расположенное на четвертом этаже супермаркета. Честно говоря, я и сама ощущала аппетит. Мой спутник то и дело оглядывался по сторонам, боясь наткнуться на знакомые лица. Возможно, он даже получал извращенное удовольствие от такой адреналиновой встряски.

Когда мы устроились за столиком в самом дальнем уголке кафе, я спросила:

– Андрей, значит, видеозапись ты забрал?

– Что? Ты про шантажиста? Не волнуйся, все нормально, на этом вопросе поставлена точка, – Жупанов обошелся без лишних подробностей.

Хорошо хоть не стал хвалиться, что сэкономил на выкупе приличную сумму. А что касается мультика про Винни-Пуха, то, промучившись сутки, наверное, он понял – никакой записи на самом деле не было. Не удивлюсь, если Андрей Александрович даже втайне гордился собой. Осмелился поступить по своему усмотрению – и не прогадал. А то, что его приятель не смог вернуть обратно десять тысяч – не смертельно. Конечно, это много за несуществующую запись, но гораздо меньше, чем можно было бы выбросить на ветер. Главное – на меня подозрения не пали. Или пали?

Настроение у хирурга резко испортилось. Неужели его так расстроил неудачный шопинг?

– Андрей, а почему ты такой хмурый?

Жупанов просканировал взглядом окружающее пространство, подвинул стул за колонну и сделал откровенное признание:

– У меня пошла сплошная черная полоса.

– А как же я? – Я сделала вид, что едва не подавилась салатом. – Выходит, я – тоже черная полоса?!

– Ну что ты, – Жупанов поцеловал мою руку. – Клавочка, ты – светлое пятно...

– Клякса, значит?!

– Прости, я опять что-то не то сказал. Только ты, зайчонок, одна меня и радуешь.

– А кто огорчает?

– Да вот сын, к примеру. Не хотел говорить, но раз уж зашла о нем речь, то придется сказать, чтобы ты не питала насчет него никаких иллюзий...

– Что он натворил? – поинтересовалась я, изо всех сил стараясь ничем не выдать себя.

– Ты не поверишь! Стал посещать казино, – сказал Андрей Александрович, внимательно наблюдая за моей реакцией.

Я думала, Сашка что-нибудь соврал. Оказывается, он сказал родителям правду. Скорее всего, и обо мне упомянул. Ведь это была моя инициатива – посетить игорное заведение. А я сижу здесь, ем «Греческий» салат и разыгрываю из себя святую невинность.

– Да ты что?! – Я постаралась сымитировать искреннее удивление.

– Да, вот так. Оказывается, вчера на ночь глядя, он отправился в «Крестовый король» и просадил там немалые деньги.

– С ума сойти!

– И я о том же. Хотя отчасти я его понимаю...

– Ты тоже бываешь в казино? У вас это семейное?

– Нет, это дед – картежник, а я к картам совершенно равнодушен. Я хотел сказать, что Сашка таким образом снимает стресс.

– Стресс?

– Да, ты же его бросила. Правда, он от нас это скрывает, мать жалеет...

– Но о том, что проигрался в казино, он рассказал?

– Нет, я узнал это из другого источника.

– Какого, если не секрет?

– Утром мне позвонил один знакомый и сказал, что столкнулся с Сашкой в «Крестовом короле». У нас состоялся очень неприятный разговор. Общение с этим товарищем для меня хуже горькой редьки, политой касторкой.

Я сразу поняла, что речь шла о Петровиче. Ксюшин отец появился в казино поздно, поэтому не видел меня вместе с Сашкой. А Шурик молодец, не стал болтать дома языком!

– Надеюсь, это все твои неприятности?

– Если бы, – Жупанов бросил вилку в пустую тарелку, – у меня все время такое ощущение, что за мной следят. Ты ничего такого не заметила?

– Нет. Наверное, это нервы.

– Может быть, может быть, хотя идет настоящая травля моих сотрудников...

– Да кому это надо?

– Клавочка, я же говорил тебе: кое-кто хочет закрыть мой бизнес.

– Кто?

– Есть заинтересованные лица, – туманно ответил пластический хирург, – но я не хочу посвящать тебя во все эти детали...

– Почему? Ты мне не доверяешь?