Монета Александра Македонского - Наталья Александрова

В полном молчании я покинула отделение, Роберт увязался за мной.

– Ну, что вам от меня надо? – проговорила я раздраженно, выйдя на улицу. – Что вы преследуете меня? Это в конце концов неприлично!

– Я должен объясниться! Я не имею никакого отношения к халдейским священникам! – заговорил Роберт, слегка задыхаясь, потому что я припустила от больницы так быстро, как только могла.

– Да ну? – усмехнулась я на бегу. – Верится с трудом…

– Мои предки, как и ваши, были вавилонянами, и с детства я слышал о знаменитом эликсире жизни, изобретенном вавилонскими жрецами. Говорят, он помогал совершенно безнадежным больным, спасал умирающих. Я окончил медицинский институт, много лет занимаюсь фармакологией, изучаю историю лекарств и в различных старинных фолиантах то и дело встречаю упоминания об этом эликсире. Прежде я не очень верил в его существование и тем более в чудодейственные свойства, но хотел изучить его в лаборатории, а от своих родственников узнал, что в вашей семье хранится последний флакон с эликсиром. Поэтому я решил завязать знакомство и попросить хоть каплю этого эликсира для исследования…

– И не нашли ничего лучше обмана! – закричала я. – Что, нельзя было по-человечески к делу подойти, поговорить…

– Виноват… – Он низко опустил голову. – Честно говоря, я боялся встретить отказ, а ставка так велика – возможно, этот эликсир может спасти тысячи человеческих жизней. Но сегодня я понял, что эликсир существует и слухи о его целительной силе ничуть не преувеличены, и решил любой ценой поговорить с вами…

– И как же вы это поняли?

Теперь мы стояли по разные стороны тротуара, мимо проходили люди, так что я нисколько Роберта не боялась.

– Я узнавал о состоянии Никодима Никодимовича, и мне определенно сказали, что он при смерти и вряд ли доживет до утра. Потом я увидел, что вы пришли к нему, а потом… потом сестра сказала, что больному стало гораздо лучше, что с ним буквально чудо произошло! Ну, тут уж я смог сложить два и два – ваш визит и его чудесное исцеление!

Ишь как обрадовался, что все верно вычислил! Может, он думает, что я сейчас растаю и паду к его ногам вместе с эликсиром? Вот просто возьму и отдам первому попавшемуся проходимцу то, что мои родственники берегли тысячу лет? Или две?

То ли я от злости проговорила эти слова вслух, то ли Роберт прочитал мои мысли, но он как-то сгорбился, понурился и тяжко вздохнул. Я ощутила мимолетное удовлетворение, но тут же решила, что действую неправильно.

Разумеется, я ничего не знаю об этом человеке, и вел он себя со мной нечестно, но нужно порасспрашивать о нем Никодима Никодимовича, навести справки. Ладно, этим я займусь потом.

– Роберт, этот разговор очень важный, нельзя его вести на улице, – строго сказала я.

– Так поедем куда-нибудь, посидим и поговорим в спокойной обстановке! – оживился он.

Ну что за человек! Твердит о важном деле, а сам норовит девушку в ресторан заманить!

Роберт снова прочитал все по моему лицу и стушевался.

– Я подвезу вас… – пробормотал он. – И… вы позволите вам позвонить?

Так-то лучше! Теперь играть будем по моим правилам. А правила мои такие: никому не доверяй и никому про себя ничего не рассказывай. Исключение сделаю только для Никодима Никодимовича, он и так про меня много знает.

Роберт довез меня до дома, я попрощалась с ним холодно, потому что не могла простить ему обман. Пускай цель у него благородная, но для того чтобы влезть ко мне в доверие, он притворился не тем, кто есть на самом деле, выдумал больную сестру… нет, так дело у нас не пойдет, я не доверяю ему до конца. Да и вообще я давно уже поняла, что нужно рассчитывать только на себя.

Первым, кого я увидела, войдя в квартиру, был грач. Он сидел в прихожей на старом обшарпанном шкафу, больше похожем на гроб, поставленный вертикально. Я заметила грача только потому, что привычно подняла голову в надежде отыскать кота, ведь это было его излюбленное место.

– Мардук? – изумилась я. – Как ты сумел выбраться из клетки?

Грач подошел к краю шкафа, осторожно переступая с лапы на лапу, и поглядел на меня неуверенно.

– Тебе не опасно находиться на свободе, когда по квартире гуляет этот злодей и террорист Казимир? – забеспокоилась я.

Грач снова ничего не ответил, только взмахнул крыльями и полетел в комнату. Я пошла за ним и увидела такую картину.

Большая старинная клетка, в которой до сего времени сидел грач, валялась на полу. Прутья кое-где были погнуты, дно частично отвалилось. Посреди комнаты в восторге бегал Казимир. Он прыгал, валился на спину и дрыгал в воздухе всеми четырьмя лапами – словом, вел себя как ошалевший котенок.

– Казимир! – со всей возможной строгостью спросила я. – Что здесь происходит?

Котище давно посматривал на грача – все же Мардук птица, а коты, как известно, до птичек большие охотники. Но я думала, что грач сумеет за себя постоять, опять же клетка старинная, прочная, а раньше хорошо умели делать вещи.

Вот тебе и прочная.

– Ты зачем сломал клетку? – заорала я. – Где теперь мы будем Мардука держать?

Казимир перевернулся со спины на живот и посмотрел на меня удивленно – что ты, мол, всполошилась, все нормально…

Затем он прыгнул вперед и со звоном покатил по полу какой-то кругляшок.

– Что это у тебя? – Я вспомнила, как точно так же кот играл с ключиком, который выскочил из сломанной кофеварки. – Где ты это взял?

Кот ловко обошел меня, как нападающий футбольной команды, и рванул дальше, не теряя своей игрушки. Я включила свет и увидела, как тускло блеснул кругляшок и закатился под кресло. Тяжеленное деревянное кресло с подлокотниками и резной спинкой.

– Да что же это такое, – пропыхтела я, двигая кресло. – Казик, ну прекрати же! Ты не котенок!

Кот все же сумел протиснуться в щель раньше меня и прикатил ко мне свою игрушку.

Ага, игрушку. Как только она оказалась у меня в руках, я сразу поняла, что это такое.

У меня на ладони лежала монета. Та самая монета, из-за которой в последнее время со мной столько всего случилось. Та самая, из-за которой погибли мои родители и родная тетка отдала меня чужим людям. Вот она какая… Тускло блестевшая, чуть потертая монета, на одной стороне ее был выгравирован портрет молодого воина в богатых доспехах, надо думать, это и есть великий полководец Александр Македонский, на другой распластал крылья орел.

И эту монету мне, по словам Никодима Никодимовича, предстояло хранить, как хранила ее моя тетя Валерия Львовна, как до нее хранили многие поколения нашей семьи.

А Валерия Львовна поступила очень умно. Как говорится, если хочешь что-то спрятать, храни это на виду, никто не обратит внимания. Те двое злодеев, которые залезали в эту квартиру неоднократно, и подумать не могли, что такая ценность хранится в клетке птицы. Не зря моя тетка назвала грача Мардуком, он очень хорошо стерег монету.