Русский вор - Евгений Сухов

На пролетах лестницы, застывшие в мраморе, их приветствовали Дионис с чашей в руках и Ариадна, увенчанная венцом. Все складывалось как нельзя лучше. В чем-то с Дионисом они были похожи — тот тоже в свое время похитил прекрасную Ариадну, чтобы вступить с ней в брак.

Прошли в номер, благоухавший свежими букетами хризантем. Леонид, едва справляясь с нарастающим желанием, обнял девушку за плечи и притянул к себе.

— Ты торопишься, милый, — с придыханием заметила Элиз. — Сейчас ты напоминаешь нетерпеливого гимназиста. Давай пройдем в комнату.

Неожиданно в глубине комнаты полыхнуло пламя от свечей.

«Что за дьявол!» — невольно выругался Варнаховский.

В проеме двери, сжимая в правой руке револьвер, а в левой — канделябр с тремя свечами, стоял Всеволод Рачковский. Лицо его выглядело суровым. Отстранившись, Элиз с ужасом наблюдала за приближающимся агентом.

— Рачковский, может быть, вы мне объясните, что все это значит?! — гневно произнес Варнаховский, чувствуя себя совершенно беспомощным под направленным в грудь пистолетом.

— Все изменилось, поручик, вы теперь лишний. Что поделаешь, у большой политики свои правила. — В его голосе прозвучали нотки сожаления. — Если бы вы стали болгарским царем, тогда мы оберегали бы вас, как могли; а так получается, что на политическом поле вы стали лишней фигурой и даже компрометируете августейшую фамилию.

— Чего же вы медлите? Стреляйте! Только ради всего святого, не трогайте Элиз, она здесь ни при чем, вы сами прекрасно это знаете.

— Знаю, поручик, знаю, — произнес Рачковский, опуская револьвер, — и поэтому я здесь. Несколько дней назад мною была получена депеша с приказом разыскать и убрать вас. Признаюсь откровенно, в какой-то степени я даже привязался к вам. А потом, меня всегда поражали ваши хитроумные мошеннические комбинации. С таким даром вам прямая дорога в заграничный отдел разведки. Жаль только, что в Петербурге посчитали по-иному, а убедить директорат в обратном я не сумел.

— Что же вас останавливает?

— Вы мне симпатичны, Варнаховский, я пришел предупредить вас. Считайте мое появление в гостинице неким подарком к вашим прежним заслугам. У вас всего лишь несколько часов. Утром я просто обязан буду отдать приказ о вашем устранении. Вас будут искать по всей Европе; уверен, что вам не удастся спрятаться даже в тюремном замке. Агенты первой экспедиции не успокоятся до тех самых пор, пока не устранят вас.

— Спасибо за предупреждение, князь… Не ожидал от вас подобной любезности.

Рачковский грустно улыбнулся.

— Знаете, я сам не ожидал от себя подобного. Во всяком случае, прежде я ни разу не нарушал приказа.

— Куда же вы советуете мне съезжать?

— Полагаю, что лучше всего в Америку. Это едва ли не единственное место на земле, где вас не будут искать. Кроме того, таких, как вы, там наберется немало. Если вы промедлите хотя бы на час, — Рачковский развел руками, — то вам не поможет даже Богородица.

— Я вас понял. Как вы меня нашли? Шереметев?

Рачковский печально улыбнулся:

— Мы с ним старинные приятели. А теперь позвольте откланяться… — Протянув канделябр Варнаховскому, князь сказал: — Это вам.

И походкой прирожденного аристократа вышел из номера.