Не девичья память - Наталия Антонова

— И никто не может. — Он уронил голову на руки, и Мирослава ощутила на своей руке тяжесть его головы и… тяжесть, которая была у него на душе.

— Может, — тихо сказала она.

— И кто же?

Как только он поднял голову, она сунула ему в руки чашку:

— Пейте.

— Я спросил.

— Я слышала и отвечаю, вы сами можете себе помочь и самое верное лекарство у вас сейчас — Сережа.

— И то верно. Что это я разнюнился, как баба! — Он грохнул по столу кулаком. Но тотчас опомнился: — Простите меня.

— Не за что мне вас прощать, Матвей. Сейчас за мной машина приедет, и мы вас отвезем.

— Куда? — удивился он.

— Как это куда?! К Сереже. Вы ему нужны. Да, и Вере Семеновне вы нужны. Вспомните, что она уже не девочка. Так что основные заботы и о материальном положении, и о сыне лягут на ваши плечи.

— Да, я знаю. Завтра же на работу выйду. Начальство в курсе того, что произошло… В общем, пошли навстречу.

Волгина, как и обещала, отвезла Делягина на квартиру к Филатовой и, по его настоянию, поднялась вместе с ним, увидела, как обрадованный ребенок со счастливым криком повис на шее отца, как разгладились тени на лице Веры Семеновны.

— Ну, я пойду, — сказала она и, видя, что отец и сын ее не слышат, чуть ли не на цыпочках отправилась в прихожую.

Проводившая ее до двери Филатова, вытерла уголки глаз платком и шепнула:

— Спасибо вам за Матюшу. Сереженька так тосковал об отце.

— Надеюсь, что все у вас наладится, Вера Семеновна, — сказала Мирослава, — по крайней мере, я очень этого вам желаю.

— И вам дай бог счастья, — отозвалась хозяйка квартиры, прежде чем они распрощались навсегда.

Вероника Полянская чувствовала себя ужасно, никогда она не предполагала, что может оказаться в камере. Ее мучила тревога о детях, как они там, и главное, как муж объяснит им отсутствие мамы.

Невольно вспомнился тот далекий поздний вечер, вернее, уже ночь. Часы пробили час ночи, а Ани все не было. Никогда ее сестренка не позволяла себе такого. Сначала Вероника металась по квартире, а потом стала обзванивать больницы. Анечки нигде не было. И она тихо умирала от ужаса, завладевшего всем ее существом.

Лишь под утро раздался долгожданный звонок, но когда Вероника распахнула дверь, легче ей не стало…

Она увидела стоящую на пороге Анну в разорванном платье и с синяком на скуле. К тому же сестра была пьяна и едва держалась на ногах. С большим трудом Веронике удалось буквально вытрясти из Анны рассказ о том, что с ней случилось.

Олег Коршунов — одноклассник пригласил девочку в кино, Аня обрадовалась, еще бы — Олег был предметом воздыхания большинства девчонок из их класса и не только. Они посмотрели двухсерийный трогательный фильм «Есения». Во время сеанса Олег нежно пожимал руку девушки и один раз даже чмокнул ее в щеку. У Ани сердце сжималось от счастья.

Потом они вышли на улицу и говорили о фильме, о превратностях любви и любовались луной.

Уже пройдя половину пути до дома Анны, Олег сказал, что может дать ей почитать книгу «Мастер и Маргарита», книгу, которая тогда была невероятно популярна и люди брали ее у знакомых хотя бы на одну ночь. И Аня, не ожидая подвоха, легко согласилась зайти к нему домой за книгой, хотя и было уже поздно. Но она надеялась, что только возьмет книгу и сразу побежит домой, и сестра не станет ее ругать.

Однако все случилось совсем иначе. Мамы Олега дома не было, зато были их одноклассники Виталий и Павел.

Они сидели в гостиной и, судя по их виду, уже прилично выпили.

— Ты чего так долго? — недовольно спросил Павел. — Ведь договорились же!

— Смотрите, кого я привел, — оборвал его Олег.

— Привет, — вяло приветствовал ее Виталий и тут же переключился на Олега, — зачем ты притащил девчонку?

— А ты не знаешь, зачем притаскивают девчонок? — развязно засмеялся Коршунов.

Потом началось что-то невообразимое, Олег начал стаскивать с нее одежду, а когда она стала сопротивляться, больно ударил ее несколько раз.

Все дальнейшее было сущим кошмаром, ее повалили на диван. Олег был первым, потом Павел, у Виталия, к счастью, ничего не получилось, и он постоянно ныл, что Аню надо отпустить.

Но Коршунов еще не наигрался со своей жертвой, он принялся силой вливать в рот девушки водку, а потом снова навалился на нее.

В конце концов абсолютно пьяные парни вытолкнули ее из квартиры, предупредив, что убьют, если она кому-то расскажет о случившемся.

Вероника отвезла сестру в милицию, подала заявление, которое долго и упорно не хотели принимать, ссылаясь на то, что сестра ее пьяна. Но Вероника была настойчива, сестру напоили насильно, и она до этого была девственницей.

После прохождения всех унизительных процедур Аня была на грани нервного срыва и, привезя домой сестру, Вероника вызвала знакомого врача. Девочку накачали успокоительными, и она забылась тяжелым сном.

Сначала делу был дан ход, но потом его закрыли, следователь в приватной беседе заметил, что Веронике лучше всего смириться для ее собственного блага и блага сестры, потому как задействованы связи влиятельных людей, и ничего у нее не получится, кроме новых неприятностей.

Из школы Аня ушла, вроде бы по болезни, и никто ничего не узнал, кроме директора и завуча школы.

Вероника изо всех сил старалась восстановить психическое здоровье сестры, она даже возила ее на лечение в столицу губернии.

Но все улучшения были временными. Аню мучила депрессия, а спустя два года она начала пить. И в конце концов ее не стало, она свела счеты с жизнью, перерезав себе вены, когда сестры не было дома.

Первое время Вероника чуть сама не сошла с ума от горя, она начала винить во всем, что случилось с сестрой, себя. Если бы не Алла Матвейчук, добрые соседи и сослуживцы, Вероника не перенесла бы свалившегося на нее горя.

Но время шло. Кровоточащие раны хоть с большим трудом, но все-таки затягивались.

Полянская встретила человека, которого искренне полюбила. Вероника вышла замуж, родила детей, но память об Ане по-прежнему постоянно преследовала ее. И надо же было такому случиться, однажды она случайно встретила Олега и обрушилась на него с обвинениями, он же, нисколько не стушевавшись, жестоко высмеял ее, вволю покуражившись, и тогда вне себя от ярости Вероника стала обдумывать план мести.

Тут-то, как никогда, кстати, она застала у соседки племянницу.

От разгоряченной ссорой Веры Семеновны Вероника узнала о прошлом Табачниковой.

План созрел в ее голове мгновенно. Она догнала Ирину, и та, нисколько не удивившись, выслушала запыхавшуюся от бега Веронику и согласилась ей помочь… За хорошие деньги, разумеется.