Не девичья память - Наталия Антонова

— Вы что-нибудь знаете о Ферапонтове Василии Игнатьевиче? Бизнесмене…

— Да, известная личность в Н-ске, хотя бизнес у него давно в столице. Начинал, как и большинство, с не совсем прозрачных дел. Но криминала за ним давно не водится.

— Спасибо.

— Подождите! А каким образом вы связали его с Коршуновым?

— Ферапонтов собирается жениться на бывшей девушке Олега.

— На Шаповаловой?!

— Нет, на Митрохиной.

— Интересно.

— Почему?

— Она ему в дочери годится.

— Ах, это…

— И не только. Она… как бы это поточнее высказаться?

— Божья коровка?

— Вот-вот! Такую ударишь, а она другую щеку подставит. Короче, мямля.

— Я так понимаю, девушка не в вашем вкусе, — усмехнулась Мирослава.

— Да уж. Не пойму, почему с ней встречался Коршунов…

— А у него не было садистских наклонностей?

— Кто ж его знает… Но знакомые ничего такого не замечали. Вы и у Ферапонтова такие наклонности подозреваете?

— Нет, Ферапонтов другое дело. Он себе дочку ищет…

— Вообще-то, если Василий Игнатьевич на ней женится, можно считать, что девчонке повезло.

— Я тоже так думаю.

— Еще вопросы имеются?

— Нет, Максим. Спасибо. Вы мне очень помогли. Просто я сначала предположила, что Ферапонтов обозлился и решил наказать Коршунова. Но потом, узнав о нем побольше, поняла, что навряд ли…

— Да, человек он серьезный и после ряда обстоятельств верующий.

— Спокойной ночи.

— Спасибо, — усмехнулся Максим, — у меня сегодня дежурство.

— Тогда тем более — желаю спокойной ночи…

Мирослава отключилась и подумала о том, что жизнь — странная штука… И наверное, тем, кто верует в вечную жизнь, комфортнее в жизни земной и проще жить по справедливости, чем тем, кто ощущает жизнь летящим мигом между рождением и смертью, шансом познать все наслаждения любой ценой, чтобы потом рухнуть в бездну.

Она и не заметила, как за окном совсем стемнело.

В серебристой паутине лунных лучей каплями ночной росы мерцали звезды. Ветер доносил из темноты пряный аромат осенних цветов. Внезапно тишину нарушил резкий звонок стационарного телефона.

Мирослава подняла трубку:

— Да?

— Добрый вечер, — раздался голос Трофимова, — я сегодня поздно приеду, не волнуйтесь.

— Я собственно…

— А Лиза сегодня на юбилее у подруги.

— Хорошо.

— Я хотел вас попросить накормить Ваську. Продукты я сегодня с утра в холодильник загрузил.

— Не волнуйтесь, Богдан, умереть коту с голоду я не дам.

— Спасибо.

Мирослава решила немного почитать перед сном, она просмотрела полки трофимовской библиотеки, и глаз ее зацепился за «Клеопатру». В толстой книге под тисненной золотом обложкой оказалось сразу три романа о египетской царице — Генри Хоуссэя, Георга Эберса и Генри Хаггарда.

— Интересно, интересно, — пробормотала Мирослава и, прихватив книгу, отправилась к себе.

Прилегла на кровать, укрылась пушистым клетчатым пледом и раскрыла первую страницу… Заснула она на пятидесятой, довольная автором и сладко мурлыкавшим Василием, пристроившимся у нее в ногах.

Много позже сквозь сон она расслышала звук подъехавшего автомобиля, но не проснулась до конца. И только спрыгнувший кот встретил припозднившегося хозяина, потерся о его ноги и снова вернулся на нагретое место к Волгиной.