Зона Топь - Марина Туровская

Когда я надела эти два красивых безобразия, то сама поверила в свою сексуальность.

— Очень хорошо. — Ириша повертела меня перед зеркалом. — Волосы уложишь, наденешь дорогие побрякушки. Блузку на пупке можешь заколоть булавками.

— Не дождутся. Лучше я не стану сегодня ужинать, а завтра завтракать.

— Кредит стоит подобных жертвоприношений. — Ириша серьезно смотрела на меня. — Я решила поехать с тобой. Для морально-аморальной поддержки. Тем более я козла Чернецкого знаю, так сказать, весьма близко, полгода он ко мне сюда бегал, пока муж беспробудно пил и у него не стоял.

Встав в «эротическую» позу, я вертанула попой, имитируя танец живота.

— Тогда завтра едем вместе.

Утром меня разбудили осторожные шаги и стук в дверь.

— Машенька, там к тебе соседка, Ириша, пришедши. — Голос тети Лили был непривычно ласков. — Она на кухне, кофэ пьет.

— Встаю!

Быстро приняв душ, я надела спортивный костюм, подхватила приготовленную сумку и сбежала на первый этаж, на кухню. Ириша, сидевшая у окна в пестром платье, курила и покачивала ногой в новых босоножках.

Вошедший Саша встал столбом, и взгляд его помутнел от восхищения. Ириша, привыкшая к специфическому вниманию, села удобнее, и юбка платья задралась еще на десять сантиметров выше.

— Машка, я морально и физически готова для нашей аферы!

Лиля с испугом посмотрела на Иришу.

— Ирочка, а яишенки или рыбки не хотите?

— Не хочу, — Ириша отодвинула чашку. — Пора ехать на святое дело.

— А не очень рано? — Я, зевая, накладывала в чашку третью ложку кофе. — Все-таки семь утра.

— А он, наш богатый козлик, пташка ранняя. Большие деньги просто так не зарабатываются, старается дяденька. Когда не в загуле. — Иришка отпила у меня кофе. — Крепкий какой. Ну, с богом!

Тетка Лиля автоматически перекрестилась сама и перекрестила нас.

Саша так и стоял столбом с чашкой кофе в руках.

Парковка на территории кемпинга была заставлена машинами, но мое, теперь постоянное, место оставалось свободным.

Сразу же в дверях гостиницы показалась Марина, подбежала к машине.

— Ах, Машенька, как ты вовремя приехала, Чернецкий будет с минуты на минуту.

— Знаешь, Машка, а давай-ка дадим банкиру устроиться, позавтракать, водочки с дороги принять. А мы пока пойдем купнемся.

Марина ревниво заглянула в машину. Пышная, ярко накрашенная и дорого одетая Ириша произвела на нее должное впечатление. Сама Марина одевалась в платья, которые вышли из моды лет двадцать назад. Такой же были прическа и тканевые тапки-туфли. Разговаривала она, как говорят официанты в плохих фильмах, льстиво.

— А вы с Машенькой приехали?..

— Это она со мной приехала. — Ириша закурила очередную тонкую цветочную сигарету и взяла с заднего сиденья огромную шляпу из черной соломки, которая прекрасно сочеталась с шифоновым пестрым сарафаном. — Будем из Чернецкого добывать кредит на вашу ночлежку. И заметьте, Марина, работаю я из любви к искусству.

— Да мы отблагодарим…

— Марина, сделай нам к двенадцати легкий обед. — Я достала сумку с одеждой и полотенцами, выставила на траву. — А Иришу трудно отблагодарить, она сама в состоянии купить весь кемпинг и выстроить еще один такой же.

— А если?..

— Но ее деньги в ценных бумагах! — перебила я вопрос Марины.

До озера мы прошлись пешком.

Жара в начале мая — явление не редкое, но в этом году было особенно тепло, и вода прогрелась до плюс семнадцати. Озеро бликовало частыми волнами чистой воды, шум леса перекрывало птичье пение.

Подойдя к берегу, мы разделись и, чуть повизгивая, осторожно вошли в воду. Осмелев, мы с громкими криками окунулись, и Ириша поплыла вперед. Я сделала несколько плавательных движений вдоль берега, как всегда боясь утонуть.

Когда я вышла из воды и потянула из сумки полотенце, передо мной встали два кубообразных парня в легких костюмах. Смотрели на меня без доброжелательности.

— Ты чего орешь?

— Купаюсь, — объяснила я, дрожа от холода.

— В два голоса?

— У меня подруга. Вон она, обратно плывет. А что такое? Вроде бы мы никому не мешаем.

— Мешаете. — Один из парней потер руки. — Мы здесь за кустами рыбу ловим, а вы ее пугаете.

— Нашли время рыбу ловить, в субботу утром. — Ириша красиво выходила из воды. — Сюда сейчас человек тридцать набежит, всех разгонять замучаетесь.

Из-за кустов выглянул круглый дядька среднего возраста. Ириша, пренебрежительно на него взглянувшая, достала из сумки свое полотенце, стала вытираться и вдруг резко повернулась.

— Паша, ты? — набросив на плечи полотенце, она подошла ближе к кустам. — Что ты здесь делаешь?

Охранники расправили плечи. Они оценили легкое общение Ириши с их боссом и кисло заулыбались.

— Рыбу ловлю, — кокетничая, ответил дядька. — А ты похудела, Ириша, похорошела.

— Еще бы. Я, Пашка, со своим алкоголиком развелась, детей при хорошей учебе устроила и теперь занимаюсь своим слегка запущенным внешним видом.

Мне выставляться было не перед кем, и я, закутавшись в полотенце-простыню, быстро сняла мокрый купальник и надела спортивный костюм.

Пашка в мою сторону не смотрел, полностью сосредоточившись на Ирише. Та нарочито по-женски промакивала полотенцем капли воды на груди.

— А мы сюда по твою душу приехали, Чернецкий. Кредит будем просить.

— Не надо о делах. — Банкир втягивал животик и, понизив голос, старался говорить интимно: — Ты до вечера останешься?

— Останусь. — Ириша сняла с плеч широкое полотенце, освобождая роскошную фигуру в тугом модном купальнике с как бы небрежными разрезами. — Жди нас в ресторане часов в шесть. Но учти, бизнес-план мы тебе все-таки всучим.

— Всучай.

Развернувшись, Ириша надела прямо на купальник свою одежду — сарафанчик в шестьсот евро, огромную шляпу и босоножки за полтысячи.

Мне оставалось только подобрать свой мокрый купальник, повесить сумку на плечо и поспешать за Иришей. Умеет она разговаривать с мужчинами, умеет. Мне еще учиться и учиться.

Днем мы валялись на диване, смотрели телевизор. Ириша потягивала шампанское, я себе не могла позволить алкоголь, боялась увлечься.

Дабы скоротать время, я прихватила женский журнал и на три часа залегла в ванне, обмазавшись кремами по пояс… Проснулась от вопля Ириши.

— Ты утопила мой любимый журнал, а я в нем даже картинки не посмотрела!

Тяжелая бумага глянцевого журнала распласталась по дну ванны, щекоча мне ноги.