Гнездо ласточки - Татьяна Тронина

– Геля, я кому сказал. Иди сюда, – уже строго.

– Нет!

…Геля не помнила, как оказалась в лесу и почему отец погнался за нею. Но, по ощущениям, она уже довольно давно бегала между деревьев в поисках просвета.

Ну должен же где-то там кончиться этот дурацкий лес! Там, за лесом, должны стоять дома; там люди, там не страшно.

Там родная и любимая мамочка. И старшая сестра, и другие… Но в первую очередь, конечно, мамочка. Ах, как хотелось увидеть ее, обнять, прижаться. Мама всегда любила дочь, Гелю, и защищала ее от отца. Равно как и Геля изо всех сил пыталась каждый раз спасти маму от его гнева.

– Геля! Ангелина! – сзади, с яростью в голосе.

– Папа, нет. Папа, уходи! – взмолилась девочка, чувствуя, что силы потихоньку ее покидают.

И, главное, ведь непонятно, куда бежать!

Солнце садилось, золотые тени ложились на землю, а вот кроны деревьев уже окутывала тьма. Когда солнце совсем сядет, отец догонит ее – догадалась девочка, и от ужаса у нее подкосились ноги. Задыхаясь, Геля упала на колени.

Но в этот момент она услышала переливчатый стрекот, свист. Какая-то птица. Небольшая, с белым животом и черной спинкой, черными длинными крыльями, черным хвостом, стрелой пронеслась мимо, плеснув Геле в лицо прохладным воздухом.

Пролетела, понеслась дальше. И тут Геля вспомнила, что это ласточка. А ласточки обычно вьют гнезда на домах. Может, есть смысл побежать за ласточкой и таким образом выйти к людям?

Собрав последние силы, Геля поднялась, направилась вслед за птицей.

– Цвик-цвик. Цвик-цвик. Трррр! – пела та звонко и весело. – Цвик-цвик!

Геля старалась не упустить ласточку из виду, хотя это было и трудно – золотые тени становились все короче, со всех сторон подбиралась холодная тьма.

– Цвик-цвик! Трррр! – пронзительно пела ласточка.

Раз – и лес вдруг закончился.

Ласточка взлетела ввысь и растворилась в темно-синем небе, превратилась в маленькую черную точку.

Но она уже не была нужна Геле.

Ведь девочка смогла выбраться из леса. Страх отступил, потому что Геля знала – отец теперь ее не догонит.

Она огляделась, пытаясь сообразить, где находится.

И услышала мамин голос:

– Очнулась! Доченька моя…

И узнала мамин запах, и почувствовала мамины поцелуи на щеках, и еще что-то горячее капало ей на лицо.

* * *

Отзывы в Интернете на балет «Красная Шапочка»:

ЛИЛИЯ АКСЕНОВА: «Пошла только ради моего любимого NN. Как ему там, на новой сцене? Что сказать… он великолепен, как всегда, я его обожаю!»

ВЕСНУШКА: «Слышала много негативных отзывов перед премьерой, но, неожиданно, мне понравилось. Рекомендую!»

РЫЖИЙ КОТ: «Пошел только затем, чтобы посмотреть на Новый театр изнутри. Первое впечатление?.. БоХато. Вот куда налоги из бюджета идут».

КАСТАНЕДА ДЛЯ РЫЖЕГО КОТА: «Дурик, меньше о чужих деньгах думай, ни копейки из бюджета на строительство Нового не пошло, театр построен на деньги спонсоров!»

РЫЖИЙ КОТ ДЛЯ КАСТАНЕДЫ: «А у спонсоров деньги откуда??? Надо не Новые театры строить, а пенсии увеличивать…»

ЕЛЕНА: «Не поняла этой идеи – построить еще один мегатеатр в Москве. Выброшенные деньги!»

Лайонел: «Претенциозное и пошлое здание Нового театра, отвратительная акустика, бездарная постановка, танцовщики-дилетанты, престарелый NN… Никому не советую идти в этот театр, на этот балет!»

КАТЯ Т.: «А мне понравилось. Театр красивый, но без этого имперского блеска, без ненужной позолоты и пафоса… NN – волшебник, исполнительница роли Красной Шапочки тоже хороша, но Бабушка… Это Нечто! Гениально. Лесник тоже хорош, однако, как мне показалось, NN затмил всех мужчин в этом спектакле… Очень рекомендую».

АННА ОЗЕРОВА: «С самого начала следила за историей Киры Г., автора музыки к балету. Сочувствовала ей как жертве семейного насилия… Но даже представить не могла, насколько меня тронет ее музыка! Это волшебство, это сказка. Честно говоря, была уверена, что все великие музыканты остались в прошлом, что не будет ничего гениальнее музыки, которая звучит в «Лебедином озере» или «Щелкунчике», но нет. Моя душа плакала и смеялась во время всего действа! Кира, я болею за тебя!»

ГРАНИН: «Сколько помоев уже успели вылить на этот спектакль, сколько гадостей мы успели услышать о создателях «Красной Шапочки»! Знатоки, которые были приглашены на генеральную репетицию, либо твердили «фи», либо уклончиво пожимали плечами. А публика на премьере – в восторге! По окончании балета зрители устроили настоящую овацию, которая не затихала около часа…»

АЛОНСО: «Свободу Кире Гартунг!»

ФИНОГЕН: «Отвратительны эти люди от искусства, которые думают, что им все позволено, что талант оправдывает любые преступления. Пусть эта Гартунг и обладает определенными способностями. Но то, что она сотворила, – это ужасно. Убить родного отца!»

Л.Р. Ш.: «Были всей семьей на премьере, очень понравилось!»

ДЖОРДЖИЯ: «Понравилось. Рекомендую всем. Единственный минус – бестолковый гардероб и слишком дорогие билеты!»

* * *

Когда шла премьера в Новом театре, как раз происходило предварительное слушание по делу Киры. На нем она подтвердила свое ходатайство о рассмотрении ее дела судом с участием присяжных заседателей.

Кира никогда не сталкивалась с юридической машиной, мало что понимала в тонкостях закона и поэтому послушно следовала всем указаниям адвоката.

Сам по себе судебный процесс показался ей сплошной морокой и крючкотворством. Чего стоил отбор присяжных заседателей – та еще тягомотина! Кто может быть допущен в присяжные, кто не имеет права… Кто из них сам решит заявить самоотвод, а на кого напишут отвод…

А потом, когда будет сформирована коллегия присяжных заседателей, то они еще должны выбрать старшину, который станет руководить ходом совещания присяжных, и он же потом должен провозгласить вердикт.

И опять тонкости – на что имеют право присяжные заседатели, а на что не имеют…

Кире все это очень подробно объясняли. Но скоро она перестала слушать и вникать во все хитросплетения судебного процесса, поскольку поняла вдруг – от нее самой уже ничего не зависит.

Тим поддерживал свою молодую жену, как только мог, и если бы не его любовь, то Кира давно впала бы в отчаяние.

Тим рассказывал ей о том, как прошла премьера в Новом театре, приносил газетные статьи и рецензии. По всему выходило – вроде как неплохо. Но Кире было этого мало… Зачем ей это «неплохо», когда она честолюбиво мечтала совсем о других оценках?

Понятное дело, что часть людей оценивали не сам спектакль, а Новый театр. Не талант NN, а скандальную славу, тянущуюся за этим актером длинным шлейфом. Не способности Киры как композитора, а попытка осмыслить ее поступок – убийство отца. Некоторые и вовсе хвалили Новый театр лишь потому, что ненавидели старый – Главный…