Поза да Винчи - Галина Полынская

Пока Таисия самоотверженно выгуливала Лаврентия, я решила позвонить своему любимому и неповторимому начальству, доложить о проделанной работе, заодно испросить дальнейших указаний касательно статьи: желательный объем и все такое. Ощущая себя буквально накоротке с Конякиным, позвонила ему домой.

– Да! – рявкнуло любимое начальство после третьего гудка. – Слушаю!

– Станислав Станиславович, – сахарно засюсюкала я, – здравствуйте, это Сена. Я вот только что…

– А, здравствуй, Сена!

– Здравствуйте. Я вот только что…

– Случилось что-то?

– Да нет, просто я только что вернулась из Гжели! Ездила смотреть этот дом с привидениями!

– Ездила? – заинтересовался С. С. – И что? Каковы результаты?

– Да, в общем-то, особо никаких, – я присела на подлокотник своего единственного кресла и поводила пальцем по узору обивки. – Никто толком ничего про него не знает, говорят всякую ерунду, что его нечистый построил, что по ночам он там дискотеки устраивает, что лет семь он уже брошенный стоит, что хозяева, которые там жили то ли поубивали друг друга, то ли сами поумирали – короче, не ясно ничего. Последний из опрошенных сказал, что в доме надо переночевать, чтобы понять происходящее, ведь все непонятное творится там именно по ночам.

– Ну, так в чем дело?

– В каком смысле?

– Если нужно переночевать, поезжай и ночуй!

– Вы серьезно? – растерялась я.

– Разумеется! Это будет материал месяца! Он нам нужен! Нужна настоящая сенсация!

– Вы хотите сказать, что я должна поехать и остаться на ночь в заброшенном доме, в котором не пойми чего твориться? – Я не могла поверить своим перепуганным ушам.

– Да, Сена, именно это я и хочу сказать! – отрезал Конякин. – Ты как журналист, как профессионал должна за версту чуять сенсацию и все силы употребить на то, чтобы сенсация попала в первую очередь на страницы нашей, нашей, Сена, газеты! Если ты боишься, хотя мне не ясно, чего именно там можно бояться, ты же сама прекрасно знаешь, как именно выдумываются все аномальные явления, возьми с собой подругу или друга. В понедельник, в крайнем случае – во вторник, жду статью как можно большего объема, тиснем на первую полосу. Да, и непременно фотографии! Получишь за статью двойной гонорар! Все, Сена, удачи, я очень занят!

И гудки… гудки… гудки… С раскрытым ртом и в полной прострации я просидела до возвращения Таисии и сладкого.

– Сена, мы пришли! – донеслось из коридора. – Ты где?

Я закрыла рот, положила трубку на рычаг аппарата, сползла с подлокотника кресла и поплелась на зов.

– Чего это с тобой? – Тае хватило одного взгляда на мою физиономию, чтобы заподозрить неладное. – Что успело стрястись за какие-то полчаса?

Она распрягла Лаврушку и повесила ошейник с поводком на специально предназначенный для этого крючок.

– Ты даже не представляя-я-я-ешь… – скорбно проблеяла я. – Я в шо-о-о-оке!

– Да что случилось-то? – Тая отодвинула меня в сторонку и направилась в сторону кухни. – Ты чай будешь?

– Мне бы мышьяку…

– Объясни ж ты, наконец, что стряслось? Не пугай меня!

Зайдя на кухню вслед за подругой, я без сил опустилась на табурет и передала содержание телефонного разговора с Конякиным.

– Он что, совсем рехнулся? – Тая зажгла газ и поставила чайник на плиту. – В конце-концов, он не имеет права заставлять тебя ночевать в заброшенном доме! С тобой же там может все что угодно случиться!

– А что со мной там может случиться?.. – мой голос предательски дрогнул.

– Говорю же – все что угодно, – пожала плечами подруга, открывая дверь холодильника. – Да вообще это форменный садизм отправлять девушку, да еще и одну…

– Конякин сказал, чтобы я взяла подругу или друга…

– Сен, даже если бы у меня завтра было свободное время, я бы все равно никуда бы не поехала, но так как сегодня я забила на работу, то завтра буду, скорее всего, на ней ночевать, чтобы точно все успеть в срок. Не мучайся дурью, фотки какие-никакие мы сделали, статью еще в электричке придумали, так что сляпай забойный репортаж, а Конякину скажи, что мужественно переночевала в этом дурацком доме. И всех делов. Бутербродик тебе сделать?

– Не надо, еще пирожки с чебуреками не переварила. Плохо ты, Тая, нашего предводителя знаешь, обмануть Конякина невозможно, он нас всех насквозь видит. Хочешь – не хочешь, а ехать придется.

– Да ты с ума сошла! Ты только вспомни этот жуткий дом! На окраине! У леса! Там днем-то страшно, не то, что ночью!

– У меня нет другого выхода, – уныло произнесла я. – Если С. С. сказал, что надо сделать, значит это надо сделать. Поговорю с Владом, может он рискнет составить мне компанию.

– Как знаешь! – раздраженно отмахнулась подруга и принялась нарезать колбасу. – Не понимаю, как можно позволять обращаться с собой подобным образом? Форменный свинтусизм!

– Вот такая у меня работа, – печально вздохнула я, – жестокая и беспощадная. Ладно, пойду звонить Владу.

Снявшись с табуретки, я поплыла в комнату.

– Не могу представить, что ты и впрямь сделаешь это! – понеслось мне в след.

– А ты представь! – огрызнулась я в ответ, хотя и сама не могла себе этого представить.

Присев на диван, поставила на колени телефонный аппарат и призадумалась, каким же образом стопроцентно уговорить Влада на эту поездку? План созрел в одну минуту. Накрутив номер, на всякий случай скрестила пальцы.

– Алё? – ответил голос Владика.

– Привет, это я.

– О, Сенчик, здоров. Придумала что-нибудь на выходные?

– Конечно, – коварно улыбнулась я, – еще как придумала. Надо твою девушку развлечь по полной программе, переключить ее настолько, чтобы от депрессии не осталось и следа. Одним Лаврентием тут не обойтись, поэтому я предлагаю следующую программу: мы едем за город и устраиваем самый настоящий ночной пикник в доме с привидениями. Представляешь, какие будут незабываемые ощущения?

И меня слегка передернуло в предвкушении этих незабываемых ощущений.

– Да, слушай, интересно, – оживился Влад. – И ты знаешь, где находится дом с привидениями?

– Конечно, я специально ездила сегодня его смотреть. Он прямо как декорация из фильма ужасов, вам понравится!

Меня снова передернуло всю с ног до головы.