Свидетельницы зла - Галина Владимировна Романова

— Господи!

Володя помертвел. Вспомнились слова Вишнякова о том, что теперешние преступления имеют какое-то отношение к убийству шестилетней давности. Зря он сюда пришел. Надо было сдать этого клоуна майору.

— Бабка его не простила ему гибели правнука. Прекратила с Вовкой всяческое общение. Они не общались. Мать Вовкина умерла давно. Жена ушла. Сына убили. Один он, как перст один. А зарабатывает неплохо. Вот и тратит по барам. Бабу ему хорошую надо. Пардон, женщину.

Она махнула рукой, отвернулась от Володи и двинулась дальше по вытоптанной в снегу тропинке. И вдруг остановилась. Обернулась к нему. И крикнула:

— Двадцать третья его квартира. На третьем этаже. Только нет его. Уехал. Сама в окно видела.

— Спасибо. Я дождусь его, — крикнул он ей вслед. И тише повторил: — Непременно дождусь.

Прошло два часа. Клоун Вовка так и не появился. Может, в бега подался? А может, женщина что-нибудь перепутала? Может, не его она видела в окно?

И Володя решил проверить. Снова выбрался из машины на улицу. Дошел до среднего подъезда, беспрепятственно вошел. Ни домофона, ни кодового замка на старых дверях не было. Поднялся на третий этаж и замер возле обшарпанной двери со скромным номерком в самом верху. Двадцать третья квартира.

Он поднял руку вверх, чтобы позвонить, и тут случилось невероятное. Случилось что-то ужасное. Между лопаток его больно стукнули, одновременно ударив под коленки. Он упал на них, с силой ткнувшись лбом в дверь.

— Не двигаться, работает ОМОН! — крикнул кто-то над его головой.

И Володя тут же подумал, что нарвался на хозяина квартиры. И слова про ОМОН — это клоунская шутка. И тот ему сейчас просто-напросто раскроит затылок чем-нибудь тяжелым. Как Тане!

Вот он влип!

— Оставьте его, — произнес уже другой голос за его спиной. — Это не тот, кто нам нужен.

Голос показался ему знакомым. Володя задрал голову вверх. И едва не расплакался. Рядом с омоновцем стоял майор Вишняков. И смотрел на него…

Да, нехорошо смотрел, недобро. Ну и пусть!

— Что вы здесь делаете? — спросил майор, присаживаясь перед Володей на корточки. — Зачем вы здесь? Пришли навестить старого приятеля? Вы с ним всё же знакомы? Пришли предупредить его о засаде? Отвечать!

Он так громко рявкнул, что, кажется, даже омоновец напугался. Что говорить о Володе. Он принялся задыхаться, мямлить.

— Ну! — Вишняков схватил его за плечо и потянул вверх. Поставил на ноги. — Отвечать! Что вы здесь делаете?!

— Он снова напал! Снова напал на Таню! — просипел Володя, чувствуя, как перекашивает ему лицо от страха.

— Где? Когда? — Вишняков выпустил из пальцев его плечо. — Она же в больнице.

— Там он и напал. Отключил ей всю систему жизнеобеспечения. Хорошо, она уже может сама дышать, а так… А так не представляю, что было бы.

— Она бы умерла, — жестким голосом сказал Вишняков. Оглядел его с головы до ног. — А вы-то сюда зачем? Мстить?

— Типа того.

Он вдруг понял всю бессмысленность своей затеи. Понял, как слаб и уязвим. И застыдился.

— Я ей предложение сделал. Тане, — зачем-то сказал он Вишнякову. — И не мог этого так оставить.

— Ага, — кивнул он с усмешкой. — Захотелось лечь с ней на соседнюю койку в больнице.

— Нет.

— А легли бы. Если бы тут вместо нас был он. И хорошо, если бы не убил вас. Эх, Владимир… Как же меня ваша общая самодеятельность достала. Все фигуранты просто с ума сошли коллективно! Просто все вступили в какой-то сговор и творят черт-те что!

— Он клоун. Работает, в смысле, клоуном.

— Мы это уже знаем.

— И сына у него шесть лет назад убили. Артура.

— И это знаем. Не можем понять, за что он убил его бывших друзей. Мотива не знаем.

— А чего же тогда не арестуете его? Если знаете, что он убийца?! — вытаращился Володя.

— Потому что он очень осторожен. Обладает прекрасным даром перевоплощения. Прекрасно гримируется. Он словно просчитывает наши шаги заранее. Будто мысли наши читает. И в его руках сейчас может быть очень хороший человечек. И одному Богу известно, что он собирается с ней сделать. Если уже… Не сделал. Он очень жесток. И очень опасен.