Дефиле над пропастью - Ольга Володарская

– Если соберетесь покидать дом, – продолжил Верник, – возьмите с собой спутника мужского пола, чтоб защитил. Не думаю, что Колесников нападет на вас, но береженого, как говорится…

– Я у Глеба, своего жениха. Если соберусь выйти, он будет со мной. – Алиса взяла со стола чашку с остатками кофе, сделала глоток. – Но это он, да? Убийца?

– Доказательств этому пока нет, кроме отпечатка и вашего свидетельства – вообще ничего. Не знаем, где он обитал последнее время. Поэтому пока не можем провести обыск в его жилище. Он бы что-то дал… – Тут кто-то его окликнул, и Верник свернул разговор. – Как будут хорошие новости, я вам сообщу. До свидания.

Алиса попрощалась с ним и, отключившись, убрала телефон.

– Ты слышал? – обратилась она к Глебу. Он находился совсем рядом, когда она говорила со следователем.

– Да. И знаешь, что я думаю? Надо нам уехать за границу. Там нас твой дядя Федор точно не найдет.

– А мне можно? Я же свидетель.

– Плевать! Уедем, и все. Я сегодня закончу свои дела. Те, что невозможно закончить, перенесу. И мы поедем с тобой в аэропорт, купим билет на ближайший рейс и…

– А как же мои дела? Я не могу вот так.

– Алис, ты собираешься замуж за обеспеченного человека. Не беспокойся, я покрою твои убытки от пары несостоявшихся съемок.

– Тогда мне нужно собраться.

– За паспортом заедем по дороге, а вещи купим там, куда прилетим. Предлагаю выбрать примерное направление.

– Хочу на море.

– Значит, полетим на море. Для меня, конечно, главное, чтобы ты была в безопасности, но важно еще и твое счастье.

Алиса подалась вперед и обвила руками его шею. Какой он славный, ее Глеб!

Как она жила без него?

Сколько мужчин было до Глеба, а никто так не тронул. И не заставил задуматься…

Как раз последнее было ценнее всего. Алиса до того, как близко познакомиться с Глебом, считала, что человек, в принципе, примитивен. Даже тот, кто изобрел, к примеру, сложнейшую компьютерную программу или вывел сложнейшую формулу. Его мозг заточен так, чтобы функционировать в определенном направлении. То есть тот, кто программирует или изобретает, может делать только это. И интересоваться этим же. Да, возможно, он имеет хобби и плавает под парусом, ищет клады, собирает пазлы, лепит, сочиняет стихи, варит из металлолома фигуры, готовит экзотические блюда (нужное подчеркнуть), но все равно живет он своими программами и формулами. Это его мир, который он изредка покидает. Как домашний кот, иногда выбирающийся на прогулку по двору. Сама она была такой. И все ее мужчины. Но Глеб буквально взорвал ее мозг. Оказалось, что есть такие люди, мир которых простирается так далеко, что не видно его конца. Он был тем котом, который не только покидает двор, но и улицу, на которой его дом находится, город, материк, планету…

Вселенную!

– У тебя снова телефон звонит, – услышала Алиса голос Глеба.

– Кто там? – спросила она, не желая отлипать от него, чтобы глянуть на телефон.

– Данила… – И после секундной паузы: – Ответишь?

– Нет.

Она почувствовала теплоту его губ на своем лбу. А затем услышала вопрос:

– Что ты хочешь на завтрак?

– Гренки.

– Куски булочки, вымоченные в молоке и яйце?

– Да. И чтоб они были политы вареньем.

– Клубничным?

– Желательно. Но я согласна на любое.

– Ты помнишь, что именно им мы поливали тосты в том отеле, где провели первую ночь?

– Конечно. У тебя на подбородке застыла капля…

– И ты ее слизнула.

– На глазах у всех, – закончила за него Алиса. Это было ИХ воспоминание. Одно из многих. Но наиболее ценное. То, что было связано с теми двумя днями в Стокгольме, в файлах памяти автоматически перемещалось в папку «избранное».

– Буду жарить гренки, – сказал Глеб, поцеловав Алису.

– А я сварю кофе.

И они принялись за приготовление завтрака.