Александр Солоник: киллер мафии - Валерий Карышев

– Пацаны, кто из вас старший? – спросил он, стараясь держаться как можно спокойней.

Качки замерли.

– Кто из вас главный, я спрашиваю? – повторил вопрос Саша.

Пауза затянулась – качки как завороженные уставились на лимонку. Наконец откуда-то сбоку раздался хриплый бас:

– Колян, говори за всех…

Вперед вышел тот самый невысокий, плотный пацан, который несколькими минутами ранее подбадривал Серегу.

– Ну я..

– Пацаны, – начал Солоник, стараясь вложить в собственные интонации как можно больше примирительности, – я против вас ничего не имею. Вижу в первый раз, и мне этого достаточно, чтобы понять: вас подставили. Если у него со мной какие-то проблемы, – Саша небрежно пнул ногой лежавшее перед ним безжизненное тело, – то это проблемы только его и мои. И решать их только нам вдвоем. Я не виноват, что меня полюбила его бывшая жена. Я ее не отбивал, и ее право, кого из нас выбирать. Если же у него, – говоривший снова бросил взгляд на бывшего Алениного мужа, который начал подавать признаки жизни, – если у него есть ко мне какие-то вопросы, пусть задает их сам, как и должен делать настоящий мужчина, а не впутывает посторонних. Я ведь один на стрелку приехал… Или я что-то не так сказал?

– А чо – все правильно говоришь, – качок, которого назвали Коляном, явно смягчился. – Нам до его семейных базаров и дела нет. Жена у него к тебе ушла или еще чего там… Пусть сам свои дела распутывает. Просто он нам денег дал – мол, надо одного фраера проучить, чтобы чужих жен не трахал. Да и земляк вроде, вот мы и подписались. Да если бы мы знали, что ты такой крутой человек, мы бы этого говнюка сами умудохали.

– Вот и добазарились, – улыбнулся Александр, пряча оружие. – Значит, все путем.

– Да о чем речь! Нам самим стыдно… Правильно я говорю, пацаны?

Пацаны согласно закивали.

– Базаров нет!

– Да, сразу видно, ты – человек авторитетный!

– Извиняй, что так неловко вышло…

– Забирай его с собой, если хочешь!

Саша неплохо разбирался в людях, а потому знал: если сейчас расположить их в свою пользу, этому самому Сереге придется и вовсе плохо. А потому, небрежно достав из кармана бумажник, отсчитал триста баксов и, протянув их Коляну, произнес:

– Вот и ладненько, пацаны. Накройте себе сегодня «поляну» и выпейте за то, чтобы всегда все путем заканчивалось, чтобы любой вопрос можно было утрясти мирно.

Качок было заартачился:

– Да ладно, зачем?! Мы и так перед тобой по кругу виноваты!

– Ничего не хочу знать, – отрезал Солоник, – бери, бери… А то обидишь.

– За кого хоть выпить, как тебя звать? – спросил любер, опасливо принимая деньги.

– За Александра Македонского, – ответил Саша, улыбнувшись.

Когда качки, поблагодарив Солоника, ушли, Саша наклонился к бывшему Алениному мужу и осторожно, словно боясь испачкаться, приподнял его.

– Значит, тебя Сергеем зовут?

Тот промычал что-то неопределенное.

– Значит, Сергеем, – голос Саши сделался сух и деловит. – А теперь говорить буду я. Если не любит тебя женщина, отпусти ее с миром. Ну что тут поделать? Другую найдешь, с которой тебе будет хорошо. Мы с тобой уже второй раз встречаемся. Если, не дай бог, попадешься ты мне в третий, то он наверняка станет для тебя последним… Усвоил мою мысль, Сережа?

Взгляд покинутого мужа был угрюм, а Саша подвел итог разборке:

– Понял, Сергей… По глазам вижу – понял. Но смотри – в последний раз тебя предупреждаю!

Едва Саша открыл дверь квартиры, Алена вся в слезах бросилась к нему на шею.

– Ой, наконец-то! А я уже решила, что с тобой что-то случилось.

– Почему это со мной должно что-то случиться? – удивился Солоник, вытирая слезы на ее щеках.

– Мне почему-то подумалось, что ты поехал в Люберцы с ним разбираться, – она так и сказала – с «ним». Видимо, ей не хотелось называть по имени человека, который доставил ей так много неприятностей. – У меня предчувствия нехорошие…

– Тебе просто показалось, – мягко улыбнулся Саша, стараясь вложить в эту улыбку как можно больше нежности и участия. – Но я действительно был сегодня в Люберцах.

– Ты! – ее голос дрогнул. – Видел его?

– Мне даже удалось с ним побеседовать. Вполне приличный молодой человек, и друзья у него замечательные – душевные и понятливые.

– Что он тебе сказал?

– Что больше никогда, ни при каких обстоятельствах не наберет твой номер телефона, не будет интересоваться, где ты, с кем… И вообще, давай больше не будем о нем вспоминать?

Алена хотела было что-то сказать или возразить, но Саша, не дождавшись ответа, поволок ее в спальню на огромную кровать…