Автора! - Наталья Андреева

— Вчера убили вашу жену.

— Аллу? Да, я написал в своем дневнике… Постойте-ка? Так она, что, умерла? — беспомощно посмотрел на Алексея профессор.

«Почему Надя не предупредила, что он не в себе? — удивился Леонидов. — Ему нужен психиатр. Он заговаривается».

— В вашем кабинете есть снотворное? — осторожно спросил он.

— Должно быть.

— Вы его употребляете?

— Какие-то таблетки пью. Но это, кажется, почки. У меня почки больные, да и сердце иногда шалит, но снотворное…. Я не помню, — виновато сказал Гончаров.

— Вы сегодня все время были в кабинете?

— Нет, что вы! Поработать не дали, да-а… Этот мужчина. Не сложившаяся личность. Я совсем ничего потом не помню, а Аллочка… Разве ее нет?

— Я пойду Надю позову.

Леонидов вышел из кабинета. На кухне Надежда в своем длинном траурном платье мыла посуду, стряхивая объедки в мусорное ведро.

— Давайте хоть я вам помогу, — вызвался Леонидов.

— Я привыкла, — стандартно ответила она, как отвечала на любые предложения о помощи всю свою недолгую жизнь. — Поговорили?

— Представляю, что было с Михйным! Он психиатричку не пытался вызвать?

— Нет, — улыбнулась Надя. — Если честно, дядя вчера выпил. С горя. Что с ним случается крайне редко. А сегодня днем он добавил. Вашему Михину не повезло, а после того как не был сдан зачет по Пушкину, его просто выставили из кабинета. Что было! Дядя, будучи нетрезвым, закричал на всю квартиру: «Завтра все выучите, молодой человек и придете пересдавать! А сегодня я вас слушать не желаю!»

Алексей невольно рассмеялся, представив себе эту сцену:

— Ну, Игорек, ну попал!

— А как с вами?

— Я сдал, и со мной поговорили. Он уже адекватен. В смысле алкоголя, но… Скажите, Аркадий Михайлович всегда был такой странный, или это Алла его довела?

— Можно и так сказать. Дядя любил ее, правда. Алла же этим злоупотребляла. У нее всегда были любовники. Не только Павел, но и другие. Не желая прозревать, мой дядя ушел в себя, придумал свой собственный мир, где все так, как он того желает. Поначалу они, конечно, ссорились. Но дядя — человек интеллигентный, тетя же была стервой. Вы уж меня извините. Со временем дядя научился не реагировать на Аллины грубости, нецензурные слова, делать вид, что он их не слышит. Это его способ защиты.

— Он и на самом деле не догадывался о связи Аллы с Клишиным?

— Не знаю. — Надя пожала плечами. — Он вел себя так, будто его лучший ученик и любимая жена просто хорошие друзья. И старался не попадать в щекотливые ситуации. Если же попадал, ссылался на плохое зрение. Я, мол, ничего не видел. Либо не так понял.

— Ну в какой-то момент он мог прозреть. Была вспышка, импульс. Он мог найти у Аллы ампулу с ядом?

— Все, что вы говорите, бред. Я ни одного слова не скажу против этого беспомощного человека, это жестоко.

— Он и в самом деле такой больной? Жалуется на почки, сердце. Выглядит неплохо, я же по сочинению Клишина представлял себе этакую старую развалину.

— У дяди уже был один инфаркт. Это из того, что я знаю. Прожить десять лет с такой женщиной, как Алла, и остаться здоровым, такого просто не могло быть.

«Не давать, — решил Леонидов, машинально дотрагиваясь до кармана пиджака, где лежали листки с продолжением «Смерти».

— Что ж, Надя, спасибо вам за содержательную беседу. Я, пожалуй, поеду. Возьмите мою визитную карточку, вдруг захочется позвонить. Разумный совет вашей маленькой семье не помешает.

— А как же кофе? — спросила Надя, вытирая руки о вышитое полотенце.

— Это был только предлог, — вздохнул Алексей.

Он протянул визитку, из тех, что были отпечатаны всего месяц назад, и то по настоянию Серебряковой. Она же сделала заказ в типографии. Алексей отказывался, но когда получил стопку глянцевых прямоугольников со своим титулом, испытал сладкий приступ тщеславия и желание раздавать их всем подряд, кому нужно и кому не нужно. Надя визитку взяла и прочитала вслух, что на ней было написано: «Леонидов Алексей Алексеевич, фирма «Алексер», коммерческий директор, телефоны: домашний, рабочий. Номер факса. Адрес электронной почты». Секретарь в приемной, у дверей охрана, да? А я-то думала, что вы такой же, как и мы, простые смертные! А вы, похоже, чуть ли не новый русский, — горько рассмеялась она.

— Что это меняет?

— Все. Мой принцип — не иметь в друзьях богатых людей. Я ничего им дать не могу, а самой брать… Подаяния не принимаю.

— Надя, Надя, — покачал головой Алексей. — Вы максималистка. Не к Михину же пойдете? После того, как с ним тут обошлись, он вряд ли будет за вас. Не проводите меня?

— Дел много. — Девушка кивнула на гору грязной посуды. — Вы просто захлопните дверь.

— Что ж. До свидания, Надя.

— Всего хорошего, — холодно сказала она.

Леонидов вышел на улицу в прескверном настроении. Зачем убил на это вечер? Помочь хотел хорошему человеку? Ишь ты, принципиальная! А с Клишиным спала! «Свинья, — тут же разозлился он на себя. — Она этого не отрицала. Но и не подтвердила. Думай, сыщик. Думай…»