Капля чужой вины - Геннадий Сорокин

В середине декабря у меня были худшие показатели в отделе, но как только Мара стала изобличать Часовщикову, появилось свободное время, которое я полностью посвятил работе на участке. За оставшиеся две недели мне удалось выровнять положение и даже обогнать кое-кого из коллег по числу раскрытых преступлений. На совещании по итогам года начальник уголовного розыска пригрозил, что если я и дальше буду работать спустя рукава, он примет «жесткие меры». Какие именно, не уточнил.

Шаргунов, узнав о совещании, предложил мне перейти в уголовный розыск Центрального РОВД. Я отказался.

В начале января к работе на заводе приступил новый главный инженер. Он быстро разобрался с объемами поставки муки и решил навести в этом деле порядок. Главного технолога хлебокомбината и Маркину вызвали к директору и предложили уволиться по собственному желанию. «В противном случае я приглашу для ревизии сотрудников ОБХСС», – пригрозил преемник Горбаша. Почему он решил избавиться от двух технологов из четырех, я так и не понял. Наверное, Полубояринов проявил волю и отстоял сотрудниц, с которыми работал дольше всего. Бывший главный технолог Лысенко перевелась в управление хлебопекарной промышленности на незначительную должность, Маркина уехала в соседний город. С переездом ей помогал водитель-дальнобойщик, с которым она возобновила отношения.

Прошел месяц, потом второй. План по выпуску продукции хлебокомбината не изменился. Поставки муки не сократились. Все вернулось на круги своя, только с другим составом участников. Стоило ли огород городить, изгонять в провинцию хорошенькую женщину Татьяну? Она из всех технологов была самой безобидной.

Избавившись от потенциальной соперницы, Калмыкова расцвела, стала намекать, что нам неплохо бы узаконить отношения, но переезжать ко мне в общежитие категорически отказывалась. Я же не собирался лишаться собственного жилья, полученного с таким трудом.

Двадцать третьего февраля, в священный мужской праздник, часов в шесть утра в дверь настойчиво постучали.

– Андрей Лаптев, вставай! – раздался знакомый голос. – У нас – ЧП! Там это… в теплоузле… Полубояринов велел за тобой послать!

Как ошпаренный я вскочил с кровати, как был, в одних трусах, выскочил в коридор. За дверью стояли выпившие мужики с моего этажа. Вчера они весь вечер маялись от безделья, не знали, чем заняться, к утру разжились спиртным и решили пошутить.

– С праздником! – поздравил меня Мистер Понч.

Я хотел высказать все, что думаю о нем и его шутке, но не успел рта открыть, как один из парней протянул новенький полиэтиленовый пакет:

– Это тебе гостинец от Татьяны. Она вчера приезжала кое-какие вещички забрать. Тебя дома не было, она пакет нам оставила. В нем была бутылка коньяка, мы не удержались – выпили. Если что, сегодня скинемся и новую купим.

– Я сегодня на дежурство заступаю. В другой раз купите.

В пакете оказались записка и игрушечная собачка, купленная в столе заказов универмага.