Фокус-покус от Василисы Ужасной - Дарья Донцова

Лоре следовало внимательно читать бумагу передее подписанием, в особенности строки с самым мелким убористым шрифтом.

И никакие ее вопли типа «Мне дали всего стобаксов, и песню я не продавала» не помогли.

Вот так завершилась эта история, но неприятныйпривкус от нее остался. Очень многие люди были теперь уверены: Брюлов простоворует песни у дураков, поступает с наивными людьми, как с Лорой. Настоящиезвезды, такие, как Кристина Орбакайте, Диана Гурцкая, Борис Моисеев, Жасмин ииже с ними, никогда не обращались к Брюлову. Но Дэвид не унывал, на его векхватит таких, как Клавдия.

Кирилл закашлялся, потом спросил:

– Хорошая история?

Я пожала плечами:

– Подлецы встречаются повсюду, вкнигоиздательском бизнесе тоже, даже в советские времена случались скандалы.Один из писателей, фамилия его тебе ничего не скажет, сейчас он прочно забыт,но в шестидесятых, семидесятых годах двадцатого века считался чуть ли неклассиком, был главным редактором одного из «толстых» литературных журналов,выпустил новый роман. Талантливое, яркое, совершенно несвойственное емупроизведение. Книга вышла, и взорвалась бомба. Из провинции приехал мужчина,представил черновики и сообщил, что отправлял рукопись в то издательство,которым рулил N. Ему пришел отказ, а затем в свет вышла его книга под фамилиейN. Правда, в ней были сделаны кое-какие переделки. Герой превратился в героиню,главный злодей тоже стал женщиной, действие из рыболовецкого совхоза было перенесенов портовый город, но коллизии, сюжетные линии, характеры остались неизменными.Рассказанная тобой история меня не удивляет.

Так что было дальше?

Карно ухмыльнулся:

– А на одной тусовке Элен, модельер,которая многих из наших обшивает, подпила чуток и давай орать: «Эй, Архип, тычего с Дэвидом не обнимаешься? Зачем от него спрятался? Думаешь, правдуговорят, что он тебя не выносит?»

Элен, она такая, чуть выпьет – и несется покочкам. Лучше ей на язык не попадать. Услыхав вопли модельера, все гости началиперемигиваться и пересмеиваться. Архип же постарался сделать вид, что увлеченразговором с Олегом Газмановым. Сергеев хорошо воспитанный человек, он не изтех, кто прилюдно раздает пощечины и выясняет отношения, но есть у Архипа однокачество, достаточно сильно осложняющее ему жизнь. Во-первых, он вспыльчив исгоряча порой способен наломать дров, а во-вторых, он твердо считает, чтодерьмо – это дерьмо и руки ему подавать не стоит.

Сергей Крыжовников, знавший, естественно, обэтих особенностях компаньона, попытался купировать скандал и крикнул:

– Элен, иди сюда! Коньячку хочешь?

Модельер, любившая выпить, обычно с радостьюоткликалась на подобные приглашения, но в тот раз она с ослиным упрямствомпродолжала орать:

– Эй, ребята, Архип, Дэвид, чего вам делить,а ну поцелуйтесь! Быстро, быстро…

Понимая, что ситуация накаляется, ее попыталсяразрядить Моисеев. Борис – интеллигентный, мягкий человек, не любящий бурные,шумные выяснения отношений. К тому же для большинства эстрадных артистовтусовка – это не способ расслабиться, а тяжелая работа. Ремесло певцапредполагает публичность, статьи в газетах, фотографии, вот и приходится послеутомительного рабочего дня, навесив на лица улыбки, тащиться на очереднойшабаш. На вечеринках ведут переговоры, договариваются о гастролях, но, чтогреха таить, на них частенько вспыхивают скандалы.

Именно выяснения отношений, особенно смордобоем и фонтаном ненормативной лексики, поджидают журналисты. Борзописцевможно понять, ну какой интерес им описывать день рождения певички? А вот еслиприсутствующие начали обливать именинницу майонезом… Звезды тоже люди, и имсвойственны все человеческие недостатки.

Стоит кому-то из вас начать топать ногами вресторане или в магазине, продавцы и официанты постараются успокоитьразбушевавшегося клиента, и делу конец. Но если Алла Пугачева вдруг скажетсвоему парикмахеру: «Ну и ужас ты мне на голове соорудил», – то завтра«Желтуха» выйдет с огромной «шапкой»: «Примадонна разгромила салон».

Новость подхватит «Сплетник», он ужеопубликует иную версию: «Алла Пугачева разбила все окна в цирюльне и выкинулана мостовую стилиста».

«Мир эстрады» разовьет тему: «Аллочка удариланожницами парикмахера. Дело замяли за очень большие деньги». Последней выступитвроде бы приличная газета «Новости культуры», она предложит читателямдискуссию: «Допустимо ли поведение Пугачевой? Может ли примадонна калечитьмастера? Что позволительно звездам эстрады?»

И полетят письма в редакцию, их станутпубликовать: «Я, имярек, возмущена поведением Пугачевой! Как она могла изнасиловатьсвоего парикмахера? Вот лично я, мать и бабушка, мой трудовой стаж пятьдесятлет, никогда себе ничего подобного не позволяла! Осуждаю Аллу Борисовну, ивообще мне ее белые сапоги не нравятся!» Целый месяц разнообразные изданиябудут смаковать подробности ими же самими созданного скандала, потомпереключатся на новую тему, столь же актуальную, животрепещущую и правдивую,как предыдущая. Это издержки славы. Многие, как та же Алла Борисовна, ведутсебя умно, не обращают внимания на щипки прессы. Думаю, Пугачевой неприятночитать про себя и Филиппа гадости. Пусть желтые газеты строчат небылицы,Пугачева-то поет!

Собака лает, караван идет. Бывают у нееуспехи, случаются неудачи, но это естественно для творческого человека.

Впрочем, некоторые звезды сами провоцируютбезобразия, чтобы о них заговорили, им нравится шум.

Так вот, Борис Моисеев, очень не любящийскандалы, взял Элен за руку:

– Дорогая, хочешь, я поцелую Архипа, и мывсе мирно выпьем?

Присутствующие прыснули от смеха, обстановкаразрядилась, Элен схватилась за бутылку. Кирилл Карно во время описываемыхсобытий стоял около Сергеева и услышал, как тот сквозь зубы сказалКрыжовникову:

– С кем угодно поцелуюсь, а рядом сДэвидом даже стоять не хочу.

Слова Архипа достигли ушей не только Карно.

Через пару минут о них узнал Брюлов. Уходя стусовки, он сказал в гардеробе:

– Сволочь! Я убью Архипа…

Кирилл посмотрел на меня.

– Ну как? Хороша история?

Я пожала плечами:

– Чего не ляпнешь спьяну. Ты лучше скажи:значит, песни не твои?

– Нет, – прошептал Кирилл.

– Их пела девушка? Ну на той кассете. Акак ее зовут?

– Не знаю, хотя думаю, что Вера.

– Отчего ты так решил?

Карно снова схватился за сигареты.