Вожделенный мужчина - Алена Винтер

Мартин подождал, когда Рун откроет перед ним дверцу, и только тогда вышел из автомобиля. Следом, недовольно пыхтя, выскочил Рафаэль.

– Не думал, что на старости лет мне придется ездить с няньками, – пробурчал он и, оттолкнув Мартина в сторону, направился к дому.

Гойя почтительно открыл входную дверь, пропуская его, но Раф рыкнул на него:

– Вон твой хозяин, – он указал на Мартина, – передо мной можешь не стелиться!

– Они выполняют свою работу, – защитил ребят Мартин. – Почему ты бесишься?

– Мне не нравится, что эти задницы постоянно следуют за мной! Может, они и мой член будут поддерживать в туалете? – спросил Рафаэль и недовольно выдохнул воздух.

– Если понадобится, – резко ответил Мартин, – то они и это будут делать! Неужели ты не понимаешь, что я защищаю нас обоих?

– О себе беспокойся, – огрызнулся Раф. – Я сам знаю, что мне делать.

– Стивен Хоупс тоже знал, что делает. И был найден с тремя дырками в теле.

Мартин налил два бокала виски, один протянул раздраженному Рафу. Тот нехотя взял его и шумно отхлебнул. После того как Стива Хоупса обнаружили мертвым, Мартин стал слишком подозрительным. Так как Стив следил за Бруксом, Мартин предполагал, что именно Брукс и убил Стива, обнаружив за собой слежку. Под именем Чарльза Руэ Стив числился у Мартина водителем, и, когда его обнаружили мертвым, комиссар полиции Шнайдс, находившийся с Мартином в особых отношениях, сообщил ему об этом и попросил приехать на опознание. Сразу же после этого Мартин выбрал из своих людей Руна и Гойю для личной охраны. Он предполагал, что Брукс начнет охоту и на него. Кроме того, Кристиан-Жак и двое его подручных тщательно охраняли Клементину и Габриэля, не обнаруживая при этом своего присутствия.

Толстошеий Гойя подошел к Мартину и спросил:

– Вы еще собираетесь сегодня куда-нибудь ехать?

Мартин отрицательно покачал головой.

– Тогда я прикажу поставить машину в гараж.

Рун молча устроился в кресле, но Раф прикрикнул на него:

– Иди попей чаю, милок, мне нужно поговорить с твоим хозяином наедине!

Рун посмотрел на Мартина, спрашивая у него подтверждения, тем самым еще больше выводя Рафаэля из себя.

– Клементина и Габриэль уезжают из страны, – сказал Раф, с удовлетворением наблюдая за лицом Мартина.

– Как уезжают? Куда?

– Кристиан-Жак вчера прилетел из Бразилии. Габриэль и Клементина присмотрели себе квартиру в Рио-де-Жанейро. Судя по всему, в ближайшее время они собираются переехать туда жить.

Рафаэль присел рядом с Мартином и похлопал его по плечу, но Мартин отмахнулся от этой дружеской поддержки и порывисто встал. Он подошел к окну и посмотрел в сад. Столько денег тратилось на уход за ним, но этот сад никогда не будет по-настоящему живым, потому что не услышит детского смеха…

– Зачем все это, если она уезжает? – наконец спросил Мартин.

– Между прочим, кроме Клементины, у тебя есть племянник, – напомнил Раф. – О нем ты никогда не говоришь.

– Габриэль сам выбрал свой путь.

– И Клементина тоже. Оставь их в покое! – вспылил Раф, но Мартин уже не слушал его.

Он вспоминал, как маленькая Клементина смеялась в этом саду. Он видел перед собой ее огромные темно-серые глаза, полные отчаяния, когда она узнала, что он убил ее мать, и ее бледное прекрасное лицо, прикрытое черной вуалью, в день похорон Уильяма Паркера. Его сердце было переполнено обожанием, но оно эгоистично стучало в его груди, приказывая не отпускать ту, без которой он не представлял своей жизни.

Раф встревоженно глядел на погруженного в свои мысли Мартина, не решаясь окликнуть его. В конце концов он не выдержал и громко спросил:

– Что будем делать с Бруксом? Мне привлечь к его поискам Кристиан-Жака? – Он прикурил сигару, глядя, как густой дым волнами расходится по комнате.

– Нет, пусть присматривает за Клементиной, – Мартин подошел к нему. – Если Клементина права и Брукс действительно увлечен ею, то рано или поздно он объявится.

– Нам только на это и приходится надеяться, – ответил Рафаэль. – Он заставляет меня переживать за детей. Мне кажется, будет лучше, если они уедут.

Раф быстро отошел в сторону, увидев, какой яростью загорелись глаза Мартина.

– Не хочу об этом говорить, – прошипел он. – Завтра я улетаю в Майами, а ты остаешься здесь. Будешь заботиться о нашей девочке. Она всегда любила тебя больше.

На глазах у Рафаэля навернулись слезы, он глядел в спину уходившему Мартину, не зная, что сказать в ответ.

* * *

На улице было тепло, но Джордан надел теплую куртку, потому что его еще знобило после ранения. Он тщательно побрился и вгляделся в свое худое лицо. Из зеркала на него смотрели мрачные голубые глаза незнакомца. Он собирался увидеться с Клементиной, и она уже подтвердила, что придет на встречу. Он был настойчив и не допускал отказа, однако был удивлен тем, что она так быстро согласилась. Они договорились встретиться в недорогом кафе на Манхэттене, и он с нетерпением ждал ее появления. Заранее приехав на место встречи, он поставил свою машину у черного хода, заказал кофе и незаметно пристроился у окна. Наконец он увидел красный «Феррари», припарковавшийся на другой стороне улицы, и подъехавший следом за ним черный «Мерседес», остановившийся чуть дальше. Джордан понял, что у него совсем мало времени до того, как охрана войдет в кафе следом за Клементиной, и поспешил к дверям. Он схватил ее под руку и потащил к черному ходу. В кафе она сопротивлялась слабо, но, увидев машину, стала яростно вырываться.

– Успокойся, – понизил Джордан голос, – мы просто поговорим.

Она молча села на пассажирское сиденье. Джордан быстро отъехал на безопасное расстояние и остановился. Клементина за все это время не проронила ни слова, и он не пытался разговорить ее.

– Выпьем что-нибудь или останемся здесь? – спросил он, глядя перед собой.

– Лучше выпьем.

Джордан вежливо открыл перед ней дверь, и она усмехнулась, не упустив случая поддразнить его.

– Вижу, тебе пошла на пользу слежка за мной. По крайней мере, теперь ты знаешь, как нужно вести себя с женщиной!

Они вошли в небольшой бар и сели у стойки. Джордан исподтишка рассматривал ее, пытаясь понять, что в ней изменилось. Клементина была красива как всегда, но нечто неуловимое появилось в ее глазах, заставляя мужчин обращать еще больше внимания на ее прекрасное лицо.

– Надеюсь, ты привез меня сюда не для того, чтобы пялиться на меня весь вечер?

– Ты очень красива, – прошептал он и провел рукой по ее гладким волосам.

Она с грустью посмотрела на него. Джордан был бледен и подавлен, но глаза его горели дьявольским огнем. Клементина поразилась тому, каким болезненным он выглядит. Крепкий и самодовольный Джордан будто исчез, рядом с ней сидел худой, потрепанный жизнью человек, вызывающий жалость. Не понимая, что она делает, Клементина провела пальцами по его исхудавшей руке и с ужасом посмотрела на него: