Подлинная история носа Пиноккио - Лейф Г. В. Перссон

«Ужасная женщина, – покачал он головой. И на всякий случай вышел в прихожую и проверил, на месте ли предохранительная цепочка на входной двери. – Хотя столь хлипкое препятствие вряд ли остановит такую, как Утка Карлссон», – констатировал он с содроганием.

62

После разговора с Уткой Карлссон Бекстрём на всякий случай решил покинуть свою квартиру до тех пор, пока не заполучит домой специалиста по замкам, который сможет обезопасить ее от проникновения настолько, что собственный дом будет крепостью для него.

После позднего, но по-настоящему плотного завтрака он отправился на прогулку в город. Желтое солнце, синие небо, двадцать градусов в тени – а что еще мог требовать настоящий швед в такой день? Бекстрём прошел почти всю набережную Норр-Меларстранд, пока отыскал стратегически хорошо расположенный ресторанчик под открытым небом. Там он сразу же заказал себе охлажденную водку с тоником и просидел пару часов, сквозь солнечные очки наблюдая за дамочками, которые проходили мимо, одновременно прикидывая, какими из пришедших в его голову идей стоит заняться перед завтрашней встречей с Мадам Пятницей.

«Ты счастливый человек, Бекстрём, – подумал он. – Женщины сходят с ума от тебя, и таких становится все больше и больше. Суперсалями в отличном состоянии перед завтрашним днем, а адвокат Эрикссон наконец получил по заслугам».

Потом пришла пора ехать домой и отдохнуть перед намеченными на вечер мероприятиями. Бросив быстрый взгляд на часы и прикончив четвертую порцию водки с тоником, он сказал обслуживавшей его девице заказать такси. Естественно, получил ослепительную улыбку в ответ.

Вечером, когда Бекстрём сидел перед компьютером и занимался большой и постоянно растущей группой лиц, принадлежавшей к клубу его почитателей в Сети, ожил телефон. Не обычный мобильник, а другой, который он использовал исключительно для своих внешних контактов, и как раз сейчас звонил, вне всякого сомнения, самый выгодный из них, его старый знакомый и компаньон Густав Хеннинг. Успешный торговец произведениями искусства, известный по телевизионным программам на тему антиквариата. Среди близких его величали Гегуррой.

Гегурра для начала извинился за то, что давно не давал о себе знать. Несколько недель он находился по делам за границей и только предыдущим вечером вернулся на любимую родину и в ее великолепную столицу.

– Национальный день, – констатировал Гегурра с пафосом, – каждый настоящий швед должен праздновать в Швеции. Все иное невозможно. Каждый просто обязан поступать так.

Сам он провел праздник у своего знакомого по бизнесу, в домике в шхерах. С селедкой и шнапсом и под пластинки Эверта Таубе и Юсси Бьёрлинга, которые проигрывали на старинном граммофоне. Хозяин даже сохранил свой старый сортир на случай, если у кого-то возникнет такая потребность.

– Национальный день празднуют в Швеции. Так должен делать каждый настоящий швед, – повторил Гегурра.

«И явно тот или иной цыган», – подумал Бекстрём, который лично и много лет назад помог Гегурре уничтожить последние следы его цыганского происхождения и буйной молодости, когда на Юху Валентина Андерссона-Снюгга имелось досье в архиве криминальной полиции Стокгольма.

– Чем я могу помочь тебе? – спросил Бекстрём. Он пребывал в самом радужном настроении, пусть содержимое коричневого конверта, который его друг строитель дал ему, значительно уменьшилось за несколько дней.

– Во-первых, я собирался доставить себе удовольствие и угостить тебя приличным ужином, – сказал Гегурра. – Уже завтра вечером, если у тебя будет время. Кроме того, у меня есть к тебе небольшое деловое предложение, которое я собирался обсудить.

– Звучит просто замечательно, – оживился Бекстрём, уже видя перед собой традиционный конверт Гегурры. Такой толщины, какой от жадного строителя не стоило и ожидать. – Что я могу сделать для тебя?

– Мне думается, мы оба не окажемся в накладе. Пожалуй, можем помочь друг другу, – сказал Гегурра. – Но я предлагаю поговорить обо всем при встрече. Что думаешь о «Подвале Оперы» завтра в восемь вечера?

– Звучит хорошо, – ответил Бекстрём.

«Что значит – помочь друг другу?» – подумал он, как только закончил разговор. Каким образом Гегурра мог помочь ему?

63

В отличие от Бекстрёма Дан Андерссон провел Национальный день Швеции в своем офисе в штаб-квартире СЭПО в большом здании полиции на Кунгсхольмене. Он сидел там с раннего утра и постоянно контролировал ситуацию с тридцатью объектами защиты, за которые нес ответственность в этот день, и в самом верху в его списке, как обычно, стояли король, королева, кронпринцесса и еще четверо членов королевской семьи.

Как часто случалось ранее, он, похоже, беспокоился напрасно. По мере того как время катилось к вечеру, он мог вычеркивать одну позицию в своем перечне за другой, а с королевской четой все обстояло столь хорошо, что он уже в два часа дня сделал это. Тогда они покинули праздничные мероприятия в музее Скансен и отправились на прием в Стокгольмский дворец, где особенно нечего было опасаться.

Около пяти пополудни, по большому счету, все закончилось. Ничего неординарного не произошло, и сам он решил поехать домой, потренироваться немного, посидеть в баньке и закончить день ужином со своей супругой. Но его мечтам не суждено было сбыться. Взамен ему пришлось остаться на работе еще на пару часов из-за ответа, который он получил из разведотдела по поводу информации Йенни Рогерссон о бароне Хансе Ульрике фон Комере, избитом неизвестным преступником на парковочной площадке перед дворцом Дроттнингхольм семнадцать дней назад.

«Черт знает что», – подумал Дан Андерссон и отправил послание своему главному боссу Лизе Маттей, попросив о встрече с ней уже на следующий день.

Он получил ответ от нее на мобильный через пять минут, когда вошел в лифт, чтобы спуститься в гараж, сесть в автомобиль и поехать к себе домой на один из островов озера Меларен.

«14.00. ЛМ», а больше ничего и не требовалось от нее, подумал Дан Андерссон, подтверждая, что принял сообщение. Особенно, если речь шла о Лизе Маттей, которая постоянно присутствовала на работе, совершенно независимо от того, где находилась.

64

Прежде чем они расстались поздно вечером в среду, Омар проводил Ару до дома, где тот жил, на прощание обнял его и посоветовал сидеть тихо. Он также дал Аре номер мобильного телефона, по которому тот мог позвонить, если что-нибудь случится. И кроме того, предложил встретиться уже на следующее утро и обещал к тому времени разобраться с кое-какими проблемами своего старого друга.

– Я заскочу к тебе около восьми, и мы позавтракаем вместе. Что ты думаешь об этом? – спросил Омар.

– Никаких проблем, – ответил Ара. – Я свободен завтра, буду только рад.

Прежде чем заснуть, Ара посидел немного со своим телефоном и прослушал новые сообщения, появившиеся ранее вечером. Всего их оказалось три, все оставил знакомый газетный репортер, и с каждым разом его голос звучал все мрачнее и мрачнее.