Немой свидетель - Агата Кристи

– Да. Она страдает тем, что обычно называется «маниейпреследования» – недуг, довольно известный.

Пуаро участливо цокнул языком.

– Вы понимаете мою озабоченность?

– Естественно. Естественно. Но только я не совсем понимаю,почему вы пришли ко мне. Чем я могу вам помочь?

Доктор Таниос, мне показалось, смутился.

– Мне пришло в голову, что моя жена уже приходила – илисобирается прийти к вам с невероятным рассказом. Вполне может заявить, что ейгрозит опасность с моей стороны или… ну, что-нибудь в этом роде.

– Но почему она должна прийти ко мне?

Доктор Таниос улыбнулся – это была очаровательная улыбка, нов обычной ее приветливости проскальзывала некая тоска.

– Вы знаменитый детектив, мосье Пуаро. Я сразу же заметил,что вчерашняя встреча с вами произвела на мою жену большое впечатление. Самфакт встречи с детективом в ее нынешнем состоянии показался ей особознаменательным. Поэтому мне подумалось, что она будет искать встречи с вами,чтобы, так сказать, довериться вам. Таким образом обычно и проявляются подобныезаболевания: болезненная обидчивость, причем направленная против самых близкихи дорогих больному людей.

– Очень печально.

– Да, конечно. Я очень привязан к моей жене. – В его голосепослышалась глубокая нежность. – Я всегда считал, что она поступила отважно,выйдя замуж за меня, иностранца, оставив родную страну, своих друзей ипривычный мир. Но последние несколько дней я пребываю в полном смятении… Я вижуиз этого только один выход…

– Да?

– Полный отдых и покой – и соответствующее психиатрическоелечение. Я знаю превосходную лечебницу, которой руководит первоклассный врач. Яхочу увезти ее туда – это в Норфолке – немедленно. Полный отдых и изоляция отвнешней среды – вот что ей необходимо. Я совершенно уверен – месяца двахорошего лечения, и дела у нее сразу пойдут на лад.

– Понятно, – очень сдержанно отозвался Пуаро, так что труднобыло понять, какие чувства в действительности владеют им.

Таниос снова бросил на него быстрый взгляд.

– Вот поэтому, если она придет к вам, я был бы весьмаобязан, если вы тотчас дадите мне знать.

– Обязательно. Я вам позвоню, вы по-прежнему в«Дюрэм-отеле»?

– Да. Я сейчас же возвращаюсь туда.

– А вашей жены там нет?

– Она ушла сразу после завтрака.

– Не сказав вам куда?

– Не проронив ни слова. Что на нее крайне не похоже.

– А дети?

– Она их взяла с собой.

– Понятно.

Таниос поднялся.

– Большое спасибо, мосье Пуаро. Мне, наверное, не нужнопредупреждать вас, что если она начнет рассказывать вам душераздирающие историио том, как ее запугивают и преследуют, не нужно обращать на них внимание. Ксожалению, таково проявление ее болезни.

– Очень жаль, – с участием повторил Пуаро.

– Да. Хотя медикам известно, что это признаки известногопсихиатрического заболевания, невозможно преодолеть обиду, когда близкий идорогой тебе человек отворачивается от тебя, а любовь его превращается вненависть.

– Примите мое искреннее сочувствие, – сказал Пуаро, пожимаяруку своему гостю. – Да, кстати, – сказал Пуаро, когда Таниос уже был возледвери.

– Да?

– Вы когда-нибудь выписывали своей жене хлорал?

Таниос явно вздрогнул.

– Я… Нет… А может, и выписывал. Но последнее время нет. Она,по-моему, стала испытывать отвращение ко всем снотворным.

– А может, потому, что перестала вам доверять?

– Мосье Пуаро!

Таниос в сердцах развернулся и сделал шаг вперед.

– Это ведь тоже можно объяснить ее болезнью, – мягко заметилПуаро.

Таниос остановился.

– Да-да, конечно.

– Она может крайне подозрительно относиться ко всему, что выей предлагаете съесть или выпить. Возможно, боится, что вы ее отравите.

– Боже мой, мосье Пуаро, вы совершенно правы. Значит, вамизвестны подобные случаи?

– По роду своей деятельности я, естественно, время отвремени сталкиваюсь с подобными вещами. Но не смею вас задерживать. Возможно,она ждет вас в отеле.

– Верно. Надеюсь. Я крайне обеспокоен. – И он поспешно вышелиз комнаты.

Пуаро быстро схватил трубку. Он перелистал страницытелефонного справочника и заказал номер.

– Алло! Алло! «Дюрэм-отель»? Будьте любезны сказать, у себяли миссис Таниос? Что? Та-ни-ос. Да, правильно. Да? Понятно.

Он положил трубку.

– Миссис Таниос рано утром вышла из отеля. Она вернулась водиннадцать, не выходя из такси, подождала, пока вынесут ее багаж, и уехала.

– А доктор Таниос знает, что она забрала багаж?

– Наверное, нет.

– И куда она уехала?

– Трудно сказать.

– Вы думаете, она вернется?

– Возможно. Не могу сказать.

– Быть может, напишет?

– Может быть.

– Что нам делать?

Пуаро покачал головой. Он выглядел расстроенным.

– В данный момент ничего. Давайте побыстрее пообедаем иотправимся к Терезе Аранделл.

– Вы верите, что на лестнице была она?

– Не могу сказать. В одном я уверен – мисс Лоусон не виделаее лица. Она видела высокую женщину в темном халате – вот и все.

– А брошь?

– Мой дорогой друг, брошь – ненадежная примета. Ее можноотстегнуть. Или потерять – одолжить – и украсть, наконец.

– Другими словами, вам не хочется верить в виновность ТерезыАранделл.

– Мне хочется ее выслушать, это уж точно.

– А если миссис Таниос вернется?

– Я постараюсь ее не упустить. Джордж принес омлет.

– Послушайте, Джордж, – сказал Пуаро, – если та дама, чтоприходила сегодня, вернется, попросите ее подождать. А если, пока она будетздесь, придет доктор Таниос, ни в коем случае не впускайте его. И еще: если онспросит, здесь ли его жена, скажите, что нет. Вы поняли?