Укрощение свекрови - Наталья Александрова

– Ну да – на меня всегда можно взвалить чужую работу, всегда можно заставить пахать сверхурочно, да еще и накричать, чтобы выпустить пар… Но уж если ты это понял – прибавь зарплату.

– Ну зачем же ты так! – В голосе Гены зазвучала обида. – Я к тебе по-хорошему, по-человечески…

– А ты не забыл, дорогой, что у тебя, на минуточку, имеется жена?

– Это совершенно посторонний человек! – вскричал Гена с пафосом. – Мы с ней чужие люди!

– Вот ей ты это и скажи! – Я невозмутимо достала из кармана мобильный, набрала Генин домашний телефон и вложила ему в руку.

– Да, Лариса, это я, – залебезил шеф. – Нет, ничего не случилось! Я только хотел сказать, что не успел купить сметану…

Я с хохотом вылетела в коридор.

– Ты чего? – В дверях бухгалтерии стояла совершенно обалдевшая Ольга. – Что случилось?

– Гена анекдот рассказал, – ответила я, торопливо стирая с лица улыбку. – Ужасно смешной.

– Гена – анекдот? – Ольга захлопала глазами. – Не иначе, фирму скоро закроют!

Проходя по двору, я оглянулась по сторонам. Что-то давно не видно Иннокентия с его лошадью… пардон! – собачкой. Я даже соскучилась.

Я вовсе не тянула время на площадке, клянусь, я просто искала ключи, которые завалились за подкладку сумочки. Но дверь соседней квартиры открылась, и выглянул сияющий Иннокентий.

– О, Дарья! – бурно обрадовался он. – А чего это ты тут топчешься? Ключи потеряла?

– Вовсе нет! – Я обиделась, что сосед считает меня такой растяпой, но он не слушал, а поманил меня к себе.

– Хорошо, что пораньше вернулась, заходи к нам!

– С чего это вдруг? – от неожиданности я говорила не слишком вежливо. – Случилось что-то?

– Случилось, заходи, все расскажу! Ой, горит! – Из кухни пошел чад, и сосед бросился туда.

В прихожей стояла Анюта и смотрела на меня нелюбезно. Я сняла куртку и положила сумку на табурет. Нахальная собаченция прошла мимо и своротила табурет вместе с сумкой. И при этом кинула на меня такой взгляд, что сразу стало ясно: она сделала это нарочно.

– Слушай, ну что ты на меня наезжаешь! – возмутилась я. – Извини, но ты, дорогая моя, полная дура и ничего не понимаешь в человеческих отношениях! Твой хозяин на меня и не посмотрит никогда, так что нечего скалиться и рычать, никто его у тебя не отнимает!

– Почему это я на тебя не посмотрю? – Иннокентий выглядывал из кухни – руки в муке – и моргал недоуменно. – Напротив, ты мне очень нравишься.

– Да? – удивилась я. – Как это понимать?

– Да понимай как хочешь! – рассмеялся он. – Вот сейчас поужинаем, выпьем шампанского и поговорим о нас с тобой!

В полном обалдении я проследовала на кухню. Стол был накрыт на две персоны. Все как полагается – тарелки, рюмки, салфетки…

– Ты извини, что на кухне – у меня в комнате только письменный… – бормотал Иннокентий.

– За что же выпьем? – спросила я, глядя, как лопаются пузырьки в бокале с шампанским.

– Я наконец закончил книгу! – торжественно объявил Иннокентий. – Два года напряженной работы!

– Ты писатель? – Я едва не подавилась шампанским.

– Я историк, – ответил он, – книга называется «История Российской Государственной Думы». Очень серьезная монография.

– Да что ты? – искусственно оживилась я: тема его книги мне ни о чем не говорила. То есть я знала, конечно, что такое Государственная Дума, но не больше.

– Я как только с женой развелся, так сразу решил продолжать книгу, – разъехались мы, я один, никто не мешает…

– Ты был женат? – изумлению моему не было предела.

– Ну да, – удивился в свою очередь Иннокентий, – а что такого? Ты тоже была замужем!

«Но я – это совершенно другое дело…» – ума хватило не произносить вслух.

– Устроился преподавать на полставки, деньги кое-какие были, так и прожили…

– Так, значит, эти молодые парни… – до меня с трудом доходило очевидное…

– Студенты-хвостисты! Девчонки-то аккуратные, все в срок сдают, а парни гуляют, подрабатывают, не учат, а потом спохватываются! А ты что подумала?

Я была вне себя от злости. Ну Сандра, ну подставила! Разбирается она в людях, как же! «Все с ним ясно, нет никаких сомнений…» Тоже мне, психолог!

– А теперь я свободен, могу тебя куда-нибудь сводить и вообще… – гнул свое Иннокентий.

Я отвернулась и встретила насмешливый взгляд Анюты.

«Ну и кто же из нас полная дура?»

Эркюль Пуаро поправил усы и проговорил:

– Конечно, вы хотели бы знать, кто положил яд в чай госпожи баронессы?

Все присутствующие замерли в ожидании. Я перед экраном телевизора тоже замерла.

И в это время зазвонил телефон.

Я хотела не отвечать, сделать вид, что не слышу этого звонка, но телефон звонил так, как будто кто-то хотел сообщить мне о наступлении конца света.

Я вздохнула, убавила звук телевизора и сняла трубку, не сомневаясь, что звонит Сандра.

Но это была не она. Звонила мне Карина.

– Она меня достала! – выпалила она с присущим ей темпераментом. – Еще немного – и я ее убью!

– Притормози, подруга! – прервала я ее. – Поосторожнее с такими заявлениями, а то как бы не повторилась история с Вадимом! И собственно, о ком ты говоришь?

Хотя я прекрасно знала, кого Карина имеет в виду, я задала этот вопрос, чтобы переключить ее с истерических воплей на более сдержанные интонации.

– О Сандре, конечно, – ответила она действительно немного спокойнее. – Можешь себе представить – она набивается мне в подружки! Звонит по три раза на дню, диктует какие-то идиотские рецепты самодельных косметических масок, зовет вместе пройтись по магазинам, пристает с советами…

Я молчала, подняв глаза к потолку, – мне все это было хорошо знакомо!

– Представляешь, она заявила, что виновата передо мной и хочет искупить свою вину. Всучила какие-то дешевенькие побрякушки, висюльки из горного хрусталя, а на свадьбу грозится подарить какую-то фамильную пакость…

– На свадьбу? – заинтересованно переспросила я. – Так ты что, выходишь замуж?

– Да, я тебе еще не сказала…

– Неужели за того плешивого соседа?

– Да нет, ты что! За опера из полиции. Отличный мужик, зовут Василий…

– Ну, я тебя поздравляю! А насчет Сандры – терпи, подруга, теперь твоя очередь!

По экрану телевизора ползли финальные титры. Я так и не узнала, кто же отравил баронессу.