Дульсинея Тамбовская - Ирина Хрусталева

– Петь, а поесть у нас нечего? – спросила Светлана у парня, который уткнулся в какой-то журнал. – У меня желудок уже в трубочку свернулся и урчит, зараза. Я утром только кофе выпила, а завтракать не стала, ничего в горло не лезло после ночной попойки.

– Пиццы немного осталось, – буркнул тот. – Только она уже холодная.

– Давай холодную, – махнула Света рукой. – Голод не тетка.

Парень отложил журнал, встал со стула и, взяв полиэтиленовый пакет, вытащил оттуда остаток пиццы, небрежно завернутый в бумагу. Света впилась зубами в холодный кусок и с аппетитом съела все до крошки.

– Да, голод не тетка, это точно, – вздохнула она, с сожалением глядя на пустой пакет. – Я бы сейчас таких кусочков еще штуки три съела… или пять. Мы сегодня с Николосом должны были в ресторан пойти, – с сожалением проговорила она. – Что он теперь обо мне думает? Небось мошенницей считает. Пропала вместе с его машиной, и трава не расти.

– А что ему думать-то? – усмехнулся Петр. – Ему прекрасно известно, где ты и что с тобой.

– Как это известно?! Откуда? – вытаращила глаза Светлана. – Он пошел за цветами, когда ты нагло влез в его машину и угнал ее вместе со мной. Кстати, что это была за гадость, которой ты мне брызнул в лицо?

– Нервно-паралитический газ, – коротко ответил тот.

– Я подумала, что умираю. Да, кстати о птичках, – спохватилась она. – Я видела своими собственными глазами, как Николос пошел в цветочный магазин, чтобы купить для меня букет. А тут ты… как кирпич на голову, чтоб тебе провалиться! Откуда он мог что-то знать? А-а-а, я все поняла, – усмехнулась Света. – Это ты меня нарочно злишь?

– Не будь такой наивной дурой, – скривил губы Петр. – Все было спланировано заранее.

– Что значит – заранее? Что ты городишь?

– А вот так, – усмехнулся Петр. – И ничего я не горожу. Твой Николос дождался звонка, это было сигналом, и сразу же поехал к цветочному магазину, где его ждал я. Как только он вошел в магазин, якобы за букетом для любимой женщины, я угнал его машину вместе с тобой.

– Ты врешь, – прошипела Света. – Ты нагло врешь! Николос не мог так поступить со мной, я ему нравлюсь.

– У него таких, как ты, хоть пруд пруди, – хмыкнул Петр. – Нравится она ему, как же! Он все сделал по приказу: и познакомился с тобой, и цветы дарил, и в рестораны водил, постарался, чтобы ты влюбилась в него, и все остальное. Даже свет в доме твоей подруги погас не без его участия.

– Как это не без его? – хлопнула Светлана глазами, все еще не веря своим ушам.

– Да очень просто, – пожал плечами Петр. – Отключил рубильник, где нужно, чтобы потом свободно прийти в дом под видом электрика. Остальное – дело техники, он прекрасно знает, как на него женщины реагируют. Пара комплиментов, номер телефончика, свидание с цветочками, и дело в шляпе.

– Зачем ты мне все это рассказываешь? – нахмурилась Светлана. – Тебе доставляет удовольствие делать женщине больно?

– Какая разница, когда ты об этом узнаешь, сейчас или потом? – равнодушно пожал парень плечами. – У них с Красавчиком хобби такое: бабам головы морочить, а потом бросать. Они даже ставки между собой делают, у кого больше женщин перебывало. А тут – и задание выполнил, и еще одной дурой список пополнил.

– Не пополнил, я с ним не спала, – недовольно проворчала Светлана. – А Красавчик, это кто? – поинтересовалась она.

– Родной брат Николоса, правая рука Джакотто. Они вместе много всяких дел проворачивают, – хмуро проговорил Петр. – Деньги пачками считают.

– Скотина, подонок, сукин сын! – прошипела Светлана. – Ну, попадись мне только на глаза, я их тебе быстро выцарапаю! – Она дымилась от злости. – А как красиво говорит, как ухаживает, вот зараза! А я-то, я-то, идиотка, уши развесила, – ругалась девушка. – Слюни распустила, как последняя лохушка. Петь, а почему ты вдруг решил все это мне рассказать? Зачем? – задала она парню неожиданный вопрос.

– Просто так, – пожал плечами тот. – Ты сама вспомнила про Николоса, про ресторан…

– А тебе не обидно, что тебя держат на таких ролях? – спросила Светлана. – Сколько тебе заплатят за то, что ты меня здесь сторожишь? Долларов пятьсот? Или шестьсот? – усмехнулась она.

– А тебе какое дело?

– А если бы мы с тобой договорились, и ты бы меня отпустил, моя подруга тебе бы не такие деньги заплатила. Она бы тебе нормальные бабки дала!

– А потом мне бы голову оторвали, и, заметь, совершенно бесплатно, – проворчал Петр.