В погоне за бурным сексом - Дарья Калинина

— Посмотрим, — почему-то затаив дыхание, предложила Леся.

Кира молча кивнула. Ей тоже до смерти было любопытно взглянуть на машину психа-убийцы. Зачем? Да просто так. Чувство гадливости, когда они приближались к ней, соседствовало в двух душах с острым любопытством. Сами толком не понимая, что они хотят тут найти, подруги все же приблизились к машине. И принялись ее разглядывать.

В общем и целом машина была самая обычная. Пятен крови других жертв Игната на внутренней светлой обивке видно не было. Ошметков мозгов или клочков кожи бедных девушек тоже. Да и с чего подруги взяли, что они, эти жертвы, были? Даже менты всего лишь выдвинули подобное предположение. Но твердо ведь они ничего не утверждали.

— Смотри, — внезапно протянув руку, прошептала Леся.

Кира вздрогнула, ожидая, что подруга увидела нечто ужасное. Но Леся всего лишь показывала на лобовое стекло машины. Там на зеркале висело множество брелоков, игрушек и прочего барахла, какое некоторые водители любят развешивать в своих авто.

— Игнат любил игрушки, — пожала плечами Кира. — Ну и что с того? А Гитлер обожал животных. Кошечек там, собачек. Многие жестокие убийцы в обычной жизни сентиментальны на удивление.

— Да нет же! — произнесла Леся. — Я совсем о другом. Видишь лошадку?

Кира присмотрелась повнимательней. И в самом деле различила среди вороха игрушек маленькую серую лошадку с какими-то буквами на боку.

— Ну и что?

Вместо ответа Леся сунула руку в карман и вытащила оттуда ключи от своей квартиры. К ним в качестве брелока была прицеплена точно такая же лошадка. Только она была пегая. Но буквы на ее боку были те же самые. И складывались они в надпись: «Конный спорт для любителей и начинающих». Там же стоял адрес, который принадлежал Машиной конюшне.

— Этот брелок мне подарила Манька. Когда мы были у нее в гостях на конюшне.

Некоторое время Кира молча переводила взгляд с одного брелока на другой. С того, что в руке ее подруги, на другой, в окне машины Игната.

— Выходит, они были знакомы? — произнесла она. — Маня и Игнат?

— Или, во всяком случае, Игнат хотя бы раз побывал на конюшне у Маньки.

— Так в этом нет ничего странного! — воскликнула Кира. — Наверное, его Ниночка туда возила.

Лесино лицо просияло.

— Ну, конечно! — воскликнула она с заметным облегчением. — А я уже напридумывала себе разной чепухи.

— Ну и зря!

— Конечно, зря! А ты правильно догадалась, откуда тут брелок.

— Ниночка ведь не скрывала, что некоторое время она с Игнатом тесно общалась.

— Конечно, она просто не могла не показать ему любимое детище своей ближайшей подруги.

— Ему конюшню показать, а самого Игната — Мане.

И придя к такому заключению, подруги радостно поспешили к Машке. Та открыла им не сразу.

— Сижу, трясусь от страха, — призналась она подругам. — Наверное, скоро не выдержу. Плюну на всех убийц и начну жить обычной жизнью.

— Подожди немного!

— Не стоит тебе пока высовываться.

— Почему?

— Игнат вот у тебя на конюшне был, — туманно пояснила Кира.

— Димин убийца тоже там был, — добавила Леся.

— Кто знает, кто еще побывал у тебя там или еще побывает, — закончила свою мысль Кира.

Маша при этих словах здорово побледнела. Да что там, она буквально позеленела. Подруги даже пожалели, что так напугали девушку.

— Нет, не стоит тебе никуда выходить, — продолжала Леся, с сочувствием глядя на несчастную Машку. — Ты еще не в безопасности.

— Вот поймаем преступника, тогда и гуляй себе на здоровье.

К Маше медленно возвращался природный цвет лица. Но до нормального состояния было все еще очень и очень далеко.

— В с-сам-мом д-деле, — пролязгала она зубами. — Ведь поймаете же вы его когда-нибудь! Лучше подождать!

Подруги хотели уходить. Но Маша задержала их. Ей, видите ли, было скучно в изоляции и к тому же хотелось знать, как движется расследование.

— А то сижу тут, словно сова в дупле. Никого не вижу, ничего не знаю. Есть какие-нибудь зацепки?

Кира с Лесей переглянулись. Говорить или не говорить, что сейчас они собираются искать любовницу Димы? Нет, даже не так. Говорить или не говорить, что эта любовница у Димы вообще существовала? Обычно жены очень негативно реагируют на подобную информацию. Даже если мужья давно умерли. И правильно, ведь покойнику скандал не устроишь, претензий не предъявишь и не выскажешь ему, подлюке, всего, что накопилось на сердце обманутой женщины!

И все же подруги рассказали Мане. Они всегда считали, что самая неприятная правда лучше, чем самая сладкая ложь. Ведь ложь рано или поздно обязательно выплывет. И тогда обманутому человеку будет в десятки раз горше. Ведь столько времени он прожил, наивно полагая, что розовые очки — это и есть его настоящий мир.

Но все равно девушкам было приятно убедиться, что их позиция правильна. Маня, услышав, что затевают подруги с поиском любовницы Димы, как-то сразу повеселела. И, слушая подруг, кивала головой с заметным облегчением.

— Вот это я понимаю, — говорила она. — Хотя следователь и утверждает, что убийцей Димы был человек физически очень здоровый, мужчина или женщина непонятно, но точно не я. Все равно я думаю, что Димкина подружка может знать что-то такое о нем, чего я — его законная жена — не знала.

— Хочешь поехать с нами, чтобы взглянуть на нее?

— В смысле, когда вы ее найдете?

— Да.

Манин ответ изумил подруг. Девушка проявила недюжинную выдержку. И, не изменившись в лице, даже как-то равнодушно ответила:

— Не стоит, я думаю.

— Ты не хочешь ее увидеть?! — поразилась Кира. — Свою соперницу?

— Не хочу, — подтвердила Маня. — Не хочу из-за нее рисковать и высовываться из убежища. Спасибо, что навестили. Спасибо за книжки. Пока.

Что оставалось делать подругам? Только попрощаться.