Тонкий расчет - Сидни Шелдон

– Но каким образом?

– Прежде всего необходимо выяснить, кто автор этого послания.

Питер немедленно отправился в главное управление ФБР и обратился к Клею Джейкобсу, агенту по особым поручениям.

– Говорите, дело срочное, Питер?

– Более чем.

Тейгер открыл «дипломат» и вытащил бумажный листок. Клей начал читать вслух:

«…я слишком вас уважаю… дам о себе знать через несколько дней, когда вы хорошенько все обдумаете и решите».

Все остальное было стерто.

– И что это значит? – удивился Клей.

– Государственная тайна, – пояснил Тейгер. – Президент просил узнать, если возможно, кто это послал. И проверить отпечатки пальцев.

Клей повертел листок и, нахмурившись, буркнул:

– Все это очень странно, Питер.

– Почему?

– Носом чую: что-то неладно.

– У президента единственная просьба – узнать имя того, кто отправил письмо.

– Если, конечно, на нем сохранились отпечатки.

– Естественно, – кивнул Питер.

– Ждите здесь.

Джейкобс забрал письмо и вышел. Питер тупо уставился в окно, терзаясь мыслями о возможных непредсказуемых последствиях.

Клей почти сразу же вернулся:

– Вам повезло.

Сердце Питера бешено заколотилось.

– Вы сумели что-то обнаружить?

– Вот именно. Машина человека, которого вы ищете, год назад столкнулась с другой. Его зовут Карл Горман. Портье отеля «Монро Армз». Хотите узнать еще что-то?

– Нет, – облегченно вздохнул Питер. – Ничего.

– Фрэнк Лонерган на линии три, мисс Стюарт. Просит срочно соединить.

– Хорошо.

Лесли взяла трубку и нажала кнопку третьей линии.

– Фрэнк?

– Вы одна?

– Да.

– Слава Богу. Вот что удалось раскопать.

Следующие десять минут Фрэнк подробно излагал суть дела. Лесли выслушала, не перебивая, и поспешила к Мэтту Бейкеру.

– Нам нужно поговорить, Мэтт. Что, если бы я доказала причастность президента к убийству Хлои Хьюстон?

– Посчитал бы, что у вас начинается паранойя и едет крыша.

– Только что звонил Фрэнк Лонерган. Он беседовал с губернатором Хьюстон, которая не верит, что Пол Йерби убил ее дочь. Кроме того, он звонил родителям мальчика. Они тоже считают, что это невозможно.

– А чего вы ожидали? Что они назовут сына убийцей?

– Это только начало. Фрэнк отправился в морг и потолковал с коронером. Она заявила, будто ремень мальчика так впился в шею, что пришлось его разрезать.

– И… – заинтересовался наконец Мэтт.

– Фрэнк по просьбе родителей забирал вещи Пола из полицейского управления. Ремень был на месте. Совершенно целый.

Мэтт с трудом перевел дыхание.

– Хотите сказать, что все это инсценировка и парня убили в тюрьме?

– Пока я ничего не утверждаю. Просто излагаю факты. Оливер Рассел один раз пытался использовать «экстази», это я точно знаю. Во время избирательной кампании на пост губернатора какую-то женщину – секретаря суда – обнаружили мертвой в реке. Она погибла от сверхдозы «экстази». В бытность Рассела губернатором его секретаршу нашли в парке без сознания. Диагноз тот же самый. «Экстази». Девушка умерла, так и не выходя из комы. Лонерган узнал, что ранее Оливер звонил в госпиталь и предлагал им отключить ее от системы жизнеобеспечения.

Лесли взволнованно подалась вперед.

– Кто-то звонил из люкса отеля в Белый дом в ту ночь, когда Хлоя была убита. Фрэнк проверил книгу регистрации звонков. Страница за пятнадцатое число была вырвана. Секретарь президента, ведающая записью на прием, сказала Лонергану, что в тот вечер Рассел совещался с генералом Уитменом. Но тот все отрицает. Кроме того, Джеки Хьюстон утверждает, что Хлоя была на экскурсии в Белом доме и она лично договорилась о встрече дочери с президентом.

Мэтт долго молчал, прежде чем спросить:

– А где Лонерган сейчас?

– Пытается разыскать Карла Гормана, портье, который сдал суперлюкс пятнадцатого октября.

– Простите, – вежливо ответил Джереми Робинсон, – мы не разглашаем сведения о наших служащих.

– Но я всего-навсего просил его домашний адрес, чтобы… – настаивал Фрэнк.

– Вам это ничего не даст. Мистер Горман взял отпуск.

– Жаль, – вздохнул Лонерган. – Я надеялся с его помощью заполнить несколько пробелов.

– Пробелов?

– Совершенно верно. Мы собираемся дать целый подвал об убийстве дочери губернатора Хьюстон в вашем отеле. Придется обойтись без Гормана. – Он вынул блокнот и ручку. – Как давно существует этот отель? Я хочу знать все о его владельце, постояльцах и…

– Погодите! – нахмурился Робинсон. – Что вы там затеяли? Эта девушка… она ведь могла погибнуть где угодно.

– Понимаю, – сочувственно отозвался Лонерган, – но все произошло именно здесь! Ваш отель станет таким же знаменитым, как «Уотергейт»!

– Мистер…

– Лонерган. Фрэнк Лонерган.

– Мистер Лонерган, я был бы крайне благодарен, если бы вы… то есть я хочу сказать… такого рода известность весьма сомнительна. Нельзя ли как-нибудь…

Лонерган на секунду задумался.

– Что же, если бы удалось поговорить с мистером Горманом, я смог бы подать все под другим углом.

– Вот именно, мистер Лонерган, вот именно. Я готов сделать все… сейчас разыщу его адрес.

Фрэнку становилось все больше не по себе. По мере того, как накапливались факты, становилось все яснее, что в этом деле существует заговор молчания, а убийцу покрывают, причем на самом высоком уровне. Ему самому грозит смертельная опасность. И перед тем, как отправиться по указанному адресу, репортер решил заглянуть домой. Рита, жена Фрэнка, маленькая рыжеволосая женщина с блестящими зелеными глазами и очень светлой кожей, как раз готовила ужин. Заслышав шаги мужа, она удивленно обернулась.

– Фрэнк? Что ты делаешь дома в такое время?

– Соскучился по тебе, вот и забежал по дороге.

– Нет, – покачала головой Рита, вглядевшись в лицо мужа, – Что-то случилось. Лучше признавайся.

Лонерган неловко переступил с ноги на ногу.

– Ты давно виделась с матерью, крошка?

– На прошлой неделе. А что?

– Почему бы тебе немного не погостить у нее?

– У тебя неприятности?

– Неприятности? – ухмыльнулся Фрэнк. – Наоборот! Протри-ка получше каминную полку! Скоро здесь встанут Пулитцеровская премия и премия Пибоди.