Отель на краю ночи - Евгения Грановская

Подойдя к окну, Влад сорвал штору и тщательно укрыл ею свою подругу. Затем, машинально расправив складки, медленно отошел к стене и устало опустился на пол. Влад чувствовал себя потерянным и беспомощным, как ребенок, забытый родителями на вокзале в чужом городе.

«Что же теперь делать? — мучительно думал он, обхватив голову большими ладонями. — Что же теперь делать?»

И вдруг он понял — что. Вернее — вспомнил.

Кольцо!

Влад открыл глаза и уставился перед собой.

— Кольцо! — взволнованно проговорил он вслух.

Он принялся судорожно рыскать по карманам, пока не наткнулся на коробочку из красного бархата, лежавшую во внутреннем кармане пиджака. Крышка с легким щелчком открылась, и бриллиант засверкал, преломляя свет ламп.

Несколько секунд Влад смотрел на кольцо, затем перевел взгляд на стол. Ева по-прежнему была накрыта шторой, но ее правая рука свесилась со стола, и хрупкие бледные пальцы казались сделанными из белого стекла.

Влад поднялся с пола и, пошатываясь, двинулся к столу. Сердце его сжалось от любви и тоски. Дрожащими пальцами достал он из коробочки кольцо с бриллиантом и надел его на палец Еве.

— Навсегда… — беззвучно прошептали его губы. — Вместе…

За окном сверкнула ослепительная молния. Лампы дневного света на потолке замигали. Раздался негромкий хлопок, и все лампы, кроме одной, потухли. Комната погрузилась в полумрак, освещаемый тусклым, синеватым светом единственной уцелевшей лампы.

Влад взял холодную руку Евы и прижал ее к своим губам. Рука эта казалась сделанной из мрамора.

— Прости, что не сделал этого раньше, — пробормотал он.

Затем опустил руку на стол и прикрыл ее краем шторы. Пора было уходить. Влад выпрямился и хотел повернуться к двери, как вдруг услышал рычание.

У стены стоял здоровенный черный пес. Вместо того чтобы испугаться, Влад, совершенно неожиданно для себя, обрадовался его появлению. Рука сама легла на рукоять ножа, кровь забурлила. Владу хотелось убивать. Этот пес — откуда бы он ни взялся — был живым олицетворением беды. И Влад был полон решимости разделаться с тварью.

Пес стоял у стены, пригнув голову и глядя на Влада исподлобья. Шерсть у него на загривке поднялась дыбом.

— Ну, давай… — тихо проговорил Влад, глядя псу в глаза и доставая нож. — Давай, скотина… Нападай!

И пес напал. Влад взмахнул тесаком — он вложил в удар всю силу, всю ненависть и всю свою злобу. Лезвие полоснуло пса по шее. А в следующую секунду пес сбил Влада с ног, и они оба повалились на пол.

Падая, Влад выронил нож. На лицо ему полилась теплая собачья кровь, в нос ударил отвратительный запах псины. Влад приготовился к борьбе, но пес дернулся и обмяк.

— Падаль, — хрипло проговорил Влад и сбросил с себя тяжелое мохнатое тело.

Он оперся рукой об пол, чтобы встать, но ладонь скользнула по испачканному кровью полу, и Влад, потеряв равновесие, снова повалился на спину. В этот момент незнакомый мужской голос громко произнес:

— Ты убил мою собаку!

Влад вздрогнул, поднял взгляд и увидел высокого молодого мужчину, одетого в длинный прорезиненный рыбацкий плащ. В руке у незнакомца был его нож-тесак.

Влад посмотрел на тесак, перевел взгляд на лицо незнакомца, бледное, искаженное судорогой, качнул головой и хрипло пробормотал:

— Нет…

— Эта могила будет твоей, — сказал незнакомец бесстрастно.

Тесак со свистом рассек воздух, и свет навсегда померк у Влада в глазах.