Театр начинается с выстрела - Марина Серова

Воскресенье и потом

Утром я грустно заглянула в пустой холодильник, в котором от тефтелей не осталось даже запаха, и позавтракала одним кофе — ничего, как-нибудь обойдусь. В ожидании звонка Крона я исследовала сумку на предмет «жучка» и искренне обрадовалась, когда его там не обнаружила, — зря я, значит, Крона подозревала. Но тут я вспомнила о невыполненном обещании, и мне стало неловко — люди же как на пороховой бочке живут. Достав визитку Сандро Гогуа, я позвонила и, когда мне ответила, видимо, его секретарша, попросила соединить с ним.

— Сандро Томасович очень, — выделила она, — занят. Может быть, вам сможет помочь другой наш сотрудник?

— А вы передайте шефу, что с ним хочет поговорить девушка по имени Женя, с которой он встретился в больнице. Я уверена, что он найдет время и возможность пообщаться со мной. — Конечно же, нашел! Тут же! И я сказала: — Я привыкла выполнять свои обещания. Я убедилась, что пострадавший тогда человек не имеет никакого отношения к несчастью, произошедшему с моей сестрой. Поэтому я хочу отдать вам то, о чем говорила. Как это удобнее сделать?

— Я буду в офисе целый день, подъезжайте в любое время. Или вы хотите встретиться на нейтральной территории?

— Нет, лучше в офисе, потому что я жду звонок и не знаю пока, как сложится мой день. Адрес вашего агентства у меня есть, так что до встречи.

Для начала я удалила из ноутбука ту похабную запись, где Воронцов развлекался с Лукьяновой, а также снимок из своего смартфона. Моя работа явно подошла к концу, вот и нужно было убрать все, что имело отношение к происшествию с Анной. Я приготовила карту памяти для передачи Гогуа и начала потихоньку собирать чемодан, когда раздался звонок Крона:

— Ника! Твоя работа у нас окончена, и шеф велел поблагодарить тебя. Он сказал, что тебе не в чем себя упрекнуть — если учитывать нашу с тобой специфическую подготовку, ты сделала все, что могла, и даже больше. А выше головы, тут ты права, не прыгнешь. Теперь вот что. Вчера в Москву прилетел наш клиент, и он почему-то хочет с тобой встретиться, а его желание — закон. Он и подруга Ермаковой сегодня весь день будут у нее в больнице, так что ты можешь приехать туда в любое время.

— Конечно, съезжу — мне же надо с ней не только попрощаться, но и решить, как ей вернуть ключи от машины и квартиры, тогда и с клиентом поговорю.

— Как определишься с билетом, позвони мне — я тебя в аэропорт отвезу и заодно заберу все, что тебе выдавал для работы. И гонорар вручу, ты его честно заработала.

Я тут же забронировала себе место на последний рейс на Тарасов, перезвонила Крону, и мы договорились чуть позже определиться с местом встречи. Покончив с чемоданом, я собрала в один пакет все, что мне давал Крон, и, взяв ключи от машины, отправилась к Гогуа. Представляю себе, как он меня ждал!

Красную дорожку передо мной, конечно, не расстелили, но, судя по суетливому поведению секретарши, ее шеф был в величайшем нетерпении. Я вошла в кабинет, поздоровалась и, подойдя к столу, протянула ему карту памяти.

— Вот, возьмите. И проверьте, пожалуйста, при мне, чтобы потом не возникло никаких неясностей. А еще даю вам честное слово, что никаких копий или отдельных снимков не существует.

Он вставил ее в компьютер, посмотрел несколько секунд, передернулся, вынул и тут же разломал на четыре части.

— Желаю вашей сестре, чтобы она поскорее забыла все неприятности, которые у нее были в прошлом, а в будущем только светлых и радостных дней. Всего хорошего, — сказала я, повернулась и направилась к двери.

— Подождите, Женя! — воскликнул адвокат.

Я повернулась и увидела, что он вышел из-за стола и направляется ко мне.

— И это все? — удивленно спросил он, по-дойдя.

— А вы ждали каких-то объяснений? — не менее удивленно поинтересовалась я. — Их не будет.

— Да нет! Просто… — он достал из внутреннего кармана пиджака довольно пухлый конверт и протянул мне.

— Сандро Томасович, я ведь вам уже говорила, что делала все это не ради денег, а ради семьи, — напомнила я.

— Вот и примите этот небольшой подарок в благодарность от нашей семьи. — Он протянул мне конверт. — Деликатность и благородство в наше время встречаются настолько редко, что ценятся очень высоко. И еще помните, что отныне я ваш друг. Если у вас вдруг, не дай бог, случится беда, я всегда приду вам на помощь.

Я заколебалась — все-таки, как ни крути, а доля шантажа в моих словах тогда в больнице была, но Гогуа разрешил мои сомнения. Он просто положил этот конверт в карман моей ветровки и сказал:

— Берите и не сомневайтесь. Не всякий человек на вашем месте поборол бы искушение держать за горло одного из самых известных адвокатов Москвы.