Суперклей для разбитого сердца - Елена Логунова

– Что надо? – нарочито хриплым и оттого весьма пугающим голосом спросил неопознанный спецназовцами Ваня Горин, осторожно выглядывая поверх закрытой калитки.

– Водички бы попить! – просительно пискнул рядовой Агапкин, до предела округляя невинные васильковые глазки и хлопая ресницами, как дорогой гуттаперчевый пупс.

Увидев в поводу у Агапкина велосипед, любитель экстрима Горин расслабился и расцвел улыбкой.

– Спортсмены? – обрадовался он.

– Сборная Южного округа, – не без гордости подтвердил лейтенант Бякин, любовным отеческим взором окинув нестройные ряды своих бойцов.

Он не стал уточнять, что имеет в виду Южный военный округ, в подразделениях которого и в самом деле ребяток для спецкоманды «Икс-Эль» отбирали почти так же придирчиво, как балерин в труппу Большого театра.

– Заходите, парни! Небось пить хотите, как лошади! – посочувствовал «иксам» добродушный Ваня.

Обманутый выраженной спортивной внешностью и профессиональной экипировкой «велосипедистов», Горин потерял бдительность и широко распахнул калитку.

– Спасибочки! – вежливо сказал умилительный Агапкин и, проходя в калитку мимо посторонившегося Вани, незаметно и аккуратно провел спецприем нейтрализации.

Горин согнулся пополам быстро и беззвучно, как хорошая раскладушка. Агапкин ловко переставил его в сторону, сложенный Горин пошел по рукам выстроившихся в цепочку бойцов и закончил путь в орешнике. Ему залепили рот скотчем, связали руки и уложили на травку под кустом, предварительно засунув в спальный мешок.

Тихим, почти неслышным свистом Бякин собрал свою команду у калитки и кивком задал направление движения группе захвата.

В калитку постучали гораздо раньше, чем я ожидала.

– Все-таки к шести явились, идиоты! – в сердцах обругал Горин тупоголовых бандитов, не способных запомнить время назначенной встречи.

– Ничего, мы ведь уже готовы! – Я прыгнула к окну, слегка раздвинула плотно задернутые шторы и выглянула в образовавшуюся щелочку.

Над калиткой торчала чья-то коротко стриженная белобрысая макушка.

– Ну, я пошел? – мужественно пробасил Ваня.

Мы заранее решили, что ответственная роль привратника достается ему. Нас с Зямой бандиты знали в лицо, а Ванина личность была им незнакома.

– Ни пуха! – напутствовал друга Зяма.

Горин ощупью нашел в темном доме дверь, вышел на залитое солнцем крыльцо и немного постоял, то ли привыкая к яркому свету, то ли собираясь с духом, чтобы встретить бандитов. Через полминуты под ногами Вани тяжело заскрипел гравий дорожки, а потом я услышала хриплый окрик:

– Что надо?

Ответной реплики я не разобрала, и даже Ванькины следующие слова услышала частично, самое начало и самый конец фразы:

– Заходите… Лошадь!

– Заходите и заводите лошадь! – расшифровал Зяма. – Индюха, это точно они, наши конские бандиты!

– Уже идут! – сообщила я, увидев молодых мужиков, ручейком вливающихся в калитку. – Раз, два, три, четыре… Так и есть, их четверо! Зяма, приготовься! Я наверх!

Я отпрыгнула от окна и с проворством мартышки полезла по приставной лестнице на помост, наскоро сооруженный над дверью на менер козырька. Зяма, уже сидевший на этом не очень прочном насесте, подвинулся к правому краю, я замерла на левом.

Помост подо мной опасно задрожал. Я присмотрелась и увидела, что Зяма трясется, как в лихорадке. Судя по доносящемуся до меня придушенному кудахтанью, причиной этой дрожи был не страх, а смех. Приступ истерического веселья одолел смешливого братца в тот момент, когда он посмотрел на меня. Я могла это понять, меня и саму разбирал дикий хохот. Скорчившись на досках над дверью, мы с Зямой выглядели так, что химеры и горгульи на фронтоне собора Парижской Богоматери рядом с нами показались бы финалистками конкурса красоты «Мисс Вселенная».

Зяма добавил к своему наряду колхозного сторожа холщовую торбу на длинной, через грудь, веревке и дырчатый шлем фехтовальщика, проложенный изнутри толстым слоем ваты и марли. Дышал братец в этом ватно-марлевом наморднике трудно, с натужным хрипом и походил на глубоко провинциального Дарта Вейдера из малобюджетной пародии на «Звездные войны». У меня на голове была шляпа пасечника, под густой вуалью которой пряталось вафельное полотенце, сложенное по длине втрое и намотанное на нижнюю часть лица. Мы с братом приготовились пережить химическую атаку, которую сами же спланировали. Наша маленькая война предполагала два мощных удара. Первый должен был осуществить Зяма, второй – я. Но сначала мы предполагали пустить в ход орудия повседневно-бытового назначения: в моем случае это была миленькая деревянная скалка, Зяма же вооружился прелестной чугунной сковородой.

Я погрозила некстати развеселившемуся братцу своей дубинкой, и волнение досок подо мной быстро сошло на нет. Показывая, что он готов к битве, Зяма, как рыцарский меч, приветственно поднял сковородку. Я отсалютовала ему скалкой, и мы замерли в ожидании начала штурма.

– Двое вперед, мы с Агапкиным прикрываем! – прижавшись к шершавой стене обочь двери, шепотом скомандовал лейтенант Бякин.

Бойцы Семенов и Козельчук, оба в вытянутых и приплюснутых велосипедных шлемах на головах и с оружием в руках, одинаково кивнули.

– Пошли! – шепнул Бякин.

Семенов в высоком балетном замахе страшно грохнул в дверь ногой, Козельчук, пригнувшись, нырнул в темный проем. Семенов прыгнул следом. В помещении было тихо и темно, лишь в распахнутую дверь мраморной плитой со скрипом упал четко очерченный прямоугольник розового вечернего света. Козельчук и Семенов синхронно шагнули вперед и, сами того не ведая, подставили свои головы под удар.

Увидев под собой фигуры захватчиков, мы с Зямой синхронно взмахнули увесистыми предметами кухонной утвари и крепко шарахнули ими по вражеским головам. Я услышала, как под моей скалкой что-то жутко треснуло, и подумала, что перестаралась, проломила бандиту череп, но испугаться содеянному не успела, потому что место одного павшего врага тут же занял другой. Краем глаза я заметила, что такая же рокировка произошла у Зямы, и тут же услышала сдвоенный крик:

– Руки вверх!

Мы с Зямой не заставили себя уговаривать, вскинули руки над головой, переглянулись и одновременно разжали кулаки. Мелкая рыболовная сеть, отягощенная свинцовыми грузилами, полетела вниз, накрыв собой бандитов. Этот прием мы с братцем отрепетировали заранее, часа полтора тренировались, и получилось даже лучше, чем мы планировали, потому что оба бандита очень удачно получили грузилами по черепушкам. Я тихо порадовалась тому, что не поленилась вдобавок к основным свинчаткам беспорядочно привязать там и сям к узлам сетки чугунные гирьки, обнаруженные на чердаке. В доме, который наши родители несколько лет назад купили как дачу, прежде хозяйничал деревенский аптекарь и ветеринар. Кое-какие его инструменты и материалы благополучно сохранились и очень пригодились нам в эту суровую пору партизанской войны с организованными бандитами!