Отступники - Владимир Колычев

Настоящий ковбой теряет интерес к объезженной кобылице; приручив одного мустанга, он уже рвется в прерию за дикой лошадью. Вот и Мирон поступал с женщинами подобным образом – подчинив одну, он искал другую. Так и с Юлей. Эта девчонка ему больше не нужна. С ее же матерью ситуация другая. Вроде бы и объезжена Вероника, но привлекательности своей не теряет. Пройдет время после выездки, и его снова тянет к ней. Она вроде бы и упирается, но все-таки отдается во власть ковбоя.

Так и в этот раз. Неделю назад он подъехал к ней, предложил встретиться, терпеливо выслушал в ответ все, что она о нем думает… А сегодня она с ним. Сама пришла. Почему? Именно об этом он и спросил, глядя, как она одевается.

– Тянет меня к тебе… – с осуждением к самой себе сказала женщина. – Ненавижу тебя, а тянет… И тебя ненавижу, и себя…

– Это любовь, – усмехнулся вор.

– Всего лишь химия, – отрезала она. – Грязная половая химия.

– Грязная?

– Такая же грязная, как и ты… И как я… Ты даже не представляешь, как меня от себя тошнит.

– Застрелись, – усмехнулся он.

– А если нет, сам застрелишь?

– Если не заткнешься, то да. Иди, хватит на сегодня, – Мирон устало махнул рукой в сторону двери.

Не нужна ему больше Вероника. Сейчас она для него – отработанный материал. Но это сейчас, а через недельку ему снова захочется так же, как и Веронике. Нет, не станет он ее сейчас убивать, чтобы потом не жалеть…

– Век бы тебя не видеть, – сказала женщина, переступая порог.

– Привет мужу!

– Да пошел ты! – донесся из прихожей возглас.

Мирон закусил губу, сдерживая себя. За такие слова она могла жестоко поплатиться, но в доме никого не было, и это ее спасло. Если нет свидетелей, значит, никто никого не посылал. А то, что у Вероники язык острый, так с этим он уже давно смирился.

Вероника ушла, и Мирон тоже поднялся с постели. Не успел он надеть брюки, как появился Ряба. Этот худосочный мужичок с круглым, не по возрасту сморщенным лицом отвечал у него за разведку. Он выследил Солончака, установил за ним наблюдение. Не складывается у вора. Карлос его на подмосковный город поставил, но Солончак не смог договориться с местной братвой. Стреляли в него – не убили, но ранили, в больнице он сейчас. Вроде бы планы строит, как беспредельщикам отомстить. Не до Мирона ему сейчас, не до Тиходольска, но все равно его под присмотром держат. Это нетрудно – заплатили сестричке, поставили палату на прослушку и проглядку. Ряба, он только внешне на дебила похож, но голова у него реально варит, и в технике он чуток соображает.

Ряба втянул в себя воздух, расправляя плечи и раздувая щеки.

– Цукат с Солончаком встречался! – выпалил он.

– Когда? – вскинулся Мирон.

– Вчера, – вздохнул Ряба.

– И я узнаю об этом только сейчас?

– Там же в записи, мы по утрам разматываем, смотрим…

– О чем они говорили? – У Мирона не было никакого желания выслушивать жалкие оправдания.

– Не знаю. Цукат из палаты его вывел…

– А как Солончак связался с ним?

– Без понятия. Из палаты он ему не звонил, может, когда из палаты выходил? Он же ходячий…

– Может, Цукат сам с ним связался?

– Вряд ли. Он когда в палату зашел, Солончак ему сразу на выход показал. Цукат ему ничего не объяснял… Ждал его Солончак, реально ждал…

– Что, зашел в палату и ничего не сказал?

– Поздоровался, и все.

– Запись давай! – потребовал Мирон.

Просмотр записи показал, что Солончак с Цукатом не братался. Не было между ними ничего общего, кроме деловых интересов. Чтобы понять это, Мирону достаточно было посмотреть, с каким выражением лица Цукат зашел к Солончаку. И поздоровался он сухо, с непроницаемым спокойным выражением лица.

– Как Солончак связался с Цукатом? – в раздумье проговорил Мирон.

Ряба в ответ лишь пожал плечами.

– Как он нашел Цуката?

Мирон озадаченно поскреб затылок. Цукат завел счет в банке, на него и сбрасывался процент со сборов на общак. И эти деньги Цукат не обналичивал, возможно, потому, что не хотел светиться. Шифруется Цукат, и Мирон не может его найти. Связаться с ним он может, а найти – нет.

– А как мы его находим? – спросил Ряба.

– Номер телефона у нас.

– А кто его знает?

– Я знаю… Колотарь знает… Нет, Колотарь не мог слить, – покачал головой Мирон. – Я тем более… Тут у Солончака какой-то другой выход на Цуката…

Возможно, Солончак получил выход на Цуката через Гармака. Но и это маловероятно. Гармак имел свою выгоду с Мирона, и он бы не стал помогать его недругу. А Цукат мог держать связь с Гармаком, потому что работал или до сих пор работает на него. Но если так, то Цукат мог работать и на Карлоса, и связь мог держать с ним. Может, это Карлос и свел Солончака с Цукатом. Но зачем?..

– Я не знаю, о чем говорил Солончак с Цукатом, знаю только, что играют они втемную. И, скорее всего, против меня.

– И что делать? – спросил Ряба.

– Клизму.

– Не понял.

– Поймешь, – коварно усмехнулся Мирон. – Обязательно поймешь.

Солончак в законе, и убивать его нельзя, но есть и другое оружие, с винтом…

* * *

Сырокопченая колбаса, сало, тушенка, консервы, галеты, чай, сахар, соль – все это сложено было в большой ящик. Игорь не собирался жить с Юлей в лесу, но взял с собой в дорогу и палатку, и спальные мешки, и все, что нужно для выживания в диких условиях природы. Мало ли что. Он собирался увезти ее в Крым. Украина хоть и ближнее, но все-таки зарубежье, и тем сложнее Мирону будет их найти. К тому же там теплое Черное море, и надвигающаяся зима не будет суровой…

Новенькая «девятка» у него. Не «Мерседес», конечно, как у Сантоса, но Игорю хватит и этого. Да он и пешком готов ходить, лишь бы с ним была Юля. Багажник набит битком. И неприкосновенный запас здесь, и туристическое снаряжение, и теплые вещи. Но ехать еще рано. Надо бы купить сервелата и сыра для бутербородов – в дорогу это самое то. Соки, йогурты и тому подобное.