Мост исполнения желаний - Марина Серова

– Вот те раз! – всплеснул руками Сергей Дмитриевич. – А зачем же тогда ты и твоя храбрая подружка показания давали?

– Понимаете, дядя Сережа, там кругом были наши отпечатки пальцев. Мы не хотели, чтобы на нас покушение на Кудряшову повесили.

– Да, наверное, вы правильно поступили. Но что я могу?

– Да вы очень многое можете. Перед вашей конторой все стараются выслужиться, а тут, наоборот, ментам можно дать слабинку...

– Ментам... Ну что за сленг? Ладно, я попробую что-нибудь сделать. Но ты впредь береги себя. Слышишь?

– Конечно, дядя Сережа, я всегда себя берегу, просто в этом «Экваторе» отморозки собрались, по понятиям которых до сих пор девяностые годы длятся.

* * *

На следующий день мне позвонил Курбатов и сказал:

– Значит, так, Полина, просьбу я твою выполнил. Ребята учли мои пожелания. Вас будут беспокоить по минимуму. Есть еще одна новость. На квартире у своей любовницы, Лилии Якуниной, задержан Петр Кудряшов. Пока он отказывается от дачи каких-либо показаний. Очень многое будет зависеть от того, придет ли в себя его супруга.

– Ну что ж, это хорошие новости. Спасибо, дядя Сережа!

* * *

Через два дня Татьяна Кудряшова пришла в себя. Врачи опасались, что она может потерять память, но во время утреннего обхода больная отозвалась на свое имя.

– Когда меня выпишут? – строго спросила она людей в белых халатах. – Мне на работу надо. Там без меня все загнется.

– Не торопитесь, голубушка, лежите, отдыхайте, а я к вам попозже зайду.

Лечащий врач, как и обещал, зашел в палату к Кудряшовой через час. Сначала он сообщил больной ее диагноз – перелом шейки бедра, а потом сказал, что с ней хочет побеседовать следователь.

– Какой еще следователь? Зачем? В чем меня обвиняют? Не пускайте никого ко мне! – заволновалась Татьяна. – Я еще очень слаба.

– Успокойтесь, голубушка, это же в ваших интересах. Никто ни в чем вас не обвиняет. Следователь хочет задать вам несколько вопросов по поводу того, что с вами случилось, кто этому, так сказать, поспособствовал.

– Никто. Я сама упала.

– А вот у нас другое мнение по этому поводу, – раздался голос откуда-то сверху. Татьяна подняла глаза и увидела мужчину в наброшенном на плечи белом халате.

– Прошу вас, недолго, – сказал лечащий врач и вышел за дверь.

– Здравствуйте, я следователь прокуратуры Толмачев. Я прошу вас ответить на несколько вопросов. – Следователь красноречиво посмотрел на соседку Кудряшовой по койке, та взяла костыли и вышла из палаты...

* * *

– Извините, девушка, – сказала мне эта больная, – оставаться дольше там было неприлично.

– Ладно, я из другого источника все узнаю. У меня будет к вам еще одна просьба...

– Какая?

– С ваших слов я поняла, что Кудряшова еще не осознала, что такое перелом шейки бедра. Наверное, она думает, что пройдут три недели и ее выпишут.

– Как бы не так, тут тремя месяцами даже не отделаешься. У меня соседка с таким вот диагнозом только через год на ноги встала, а бывает, что и не встают...

– Вот, именно это вы Татьяне и расскажите. Желательно в цвете.

– Сделаю, – с готовностью кивнула мне женщина на костылях и скосила глаза на мою сумку.

– Вот, – я положила в карман ее пестренького халата несколько купюр, – это вам на фрукты. Я еще к вам зайду.

– Буду ждать.