Галера для рабов - Кирилл Казанцев

– Ну, ладно, хоть что-то, – резонно рассудил омоновец и пнул по ноге грудастую девицу, у которой возникли проблемы с подвижностью суставов…

– Кто этот добрый человек, заказавший музыку? – поинтересовался Панов, сыто срыгивая и перехватывая укоризненный взгляд Ксюши. – Впрочем, можешь не рассказывать, если это страшная антигосударственная тайна.

– Он не заказчик, – поправил Никита. – И не покровитель, как может показаться. Мы вольные люди и никогда не пляшем под чужую дудку, пусть нам и обещают золотые горы. Мы согласны только на взаимовыгодный гешефт. Простите, друзья, всех подробностей раскрыть не можем. Этот человек богат, но пару лет назад был еще богаче, пока не пострадал от действий властей, в частности господина Аркадьева и возглавляемой им компании местных стяжателей. Он с нами связался, уверил, что обладает информацией, деньгами, что жаждет отмщения. Просто убить своих врагов он считает недостаточным и к тому же позиционирует себя как законопослушный гражданин. Чужая жажда мести нас мало волнует, к тому же из той компании чиновников одного уже посадили, другой скончался от тромбоза, третий постарел и вышел на пенсию. Уверения, что бог их сам накажет, на господина не действовали. Он продолжал склонять нас к акции. В итоге, взвесив все «за» и «против», мы выдвинули встречные условия: ладно, пусть будет Аркадьев. Но не только. Еще как минимум семеро. Это Сочи, господа, сюда стекаются коррумпированные кадры со всей страны. Ваши деньги – наши идеи. Акция дорогая – даже баснословно дорогая, самостоятельно обставить такие декорации мы не можем, мы обычные люди. Миллионами не ворочаем. В результате переговоров стороны пришли к соглашению. Бизнесмен и вправду оказался порядочным человеком. Яхта «Ковчег» принадлежит некоему толстосуму из Кабаркуля, у толстосума проблемы с законом, активы арестованы, нужны деньги, и он охотно сдал яхту в аренду по привлекательной цене. При этом его устроили переговоры с неким анонимным «доверенным лицом», и толстосум передал в его распоряжение все документы и заверенную нотариусом доверенность на судно. Нотариус – свой человек. Большего рассказать не могу.

Никита медленно допил пиво и поставил кружку.

– Партнер остался доволен, потраченных денег не жалеет, толстосум в итоге вернет свою потрепанную посудину. А фигурантов, очень надеюсь, когда-нибудь посадят.

– Чем толще денежный мешок, тем меньше он получит срок… – задумчиво пробормотал Панов.

– Ну, ничего, ничего, – улыбнулся Никита. – Жизнь у них все равно покатилась под откос. Пора прощаться, мальчики-девочки, – он глубоко вздохнул. – Славный у вас город, но нужно уезжать. Можете спать спокойно. Ваших отпечатков в базе нет, все ниточки оборваны. Пожелаем лучшим следователям страны зайти в тупик. Проклюнется работа – звоните.

– Создадим проблемы из материала заказчика, – улыбнулась Ксюша.

– Примерно так, – согласился Никита.

– Не забывайте, вас повсюду ищут, – нахмурилась Алиса.

– Мы помним, – оживился Никита. – В этом плане наш партнер оказал еще одну услугу. Полиция идет по ложному следу, и, надеюсь, в данный момент ее основные силы стянуты к ресторану «Жмеринка» на Гагринской улице, расположенной в другом районе города. Если не зевнут, то получат небольшую, но приятную компенсацию за свой провал. Давайте обнимемся, что ли?

– Я очень надеюсь, дорогой, что мы умрем своей смертью… – прошептала Ксюша, когда, простившись с друзьями, они вышли на улицу.

– Я тоже на это надеюсь, – сказал Никита, обнимая девушку. – Но согласись, чтобы умереть своей смертью, до нее еще нужно дожить?

И стал подманивать свободной рукой вяло ползущее по улице такси…