Нет жалости во мне - Владимир Колычев

Он взялся за поясок ее халата, развязал узелок, развел полы. Взору открылась обнаженная грудь, упругий плоский животик с поясом на нем. Были на ней и чулки на подвязках, но больше ничего. Как раз то, что ему нравилось.

– Кого же ты тогда ждала? – спросил он, примяв рукой приятно прохладную выпуклость внизу спины.

– Тебя и ждала...

Не женщина, а сама невинная жертвенность, только почему-то без трусов.

– Никуда от тебя не денешься, – вздохнула она.

– А может, ты Игорька ждала? – спросил он, толкнув ее на широкое кожаное кресло, настолько удобное, что Сашка могла принимать на нем самые изощренные позы.

– У меня с ним ничего нет, – закрыв глаза, мотнула она головой. – И быть не может...

– А со мной?

– Я же говорю, с тобой как на подводной лодке...

– Ну, тогда поплыли...

Они вместе погрузились в глубины удовольствия, достигли самого дна, бросили якорь, но долго удержаться там не смогли, стремительно и шумно вынырнули на поверхность скучного бытия. И, глядя на ее блаженную улыбку, которую сейчас она даже не пыталась скрыть, трудно было усомниться в том, что ждала она именно Алика, а не кого-то другого...

Две недели он наведывался к ней – то днем, то ночью. И на протяжении всего этого времени наблюдал за ней и со стороны. Следил, прослушивал разговоры, но так и не обнаружил Игорька, который мог кружить где-то в ее фарватере.

К тому же две недели – это довольно большой срок для киллера. Если у Игорька был заказ на Касатона, он бы или уже исполнил его, или как минимум с треском провалил бы задание. Но призрак из прошлого ничем не давал о себе знать. То ли он не объявлялся вовсе, то ли убрался обратно в Москву, решив, что не сможет исполнить заказ.

Касатон почти не следил за Сашкой. Охранник приезжал за ней, чтобы отвезти ее в театр и доставить обратно, а в остальное время она была целиком предоставлена себе. И к себе домой за все две недели Касатон звал ее всего один раз.

А вот о собственной персоне Касатон заботился с особым рвением. Два кольца охраны – внутреннее из телохранителей и внешнее из малозаметных наблюдателей. По городу он перемещался на трех совершенно одинаковых автомобилях, и не понять, какой из них бронированный. Дом – неприступная крепость. Словом, подобраться к нему на расстояние верного выстрела было невероятно трудно. Возможно, именно потому Игорек и убрался восвояси. Если, конечно, он вообще существует...

– Вот и приплыли, – сказала она с благостной улыбкой на измочаленных губах.

Чего-то в этом роде Алик и ожидал. Наигранная неприязнь «до» и обожание «после».

– Ничего, еще заплыв будет, – расслабленно улыбнулся он.

– Только не сегодня.

– Ну, в общем-то, я мог бы повторить, – неуверенно пожал он плечами.

– И не завтра...

– Не понял!

– Может, вообще ничего не будет, – сказала она, невидяще глядя в потолок.

– С тобой все в порядке?

– Не совсем. Я Илье изменяю, а это непорядок. Если он узнает, могут возникнуть неприятности. Меня он, может, и простит, но что с тобой станет, не знаю... Может, как Костю, в землю...

– Кто тебе сказал, что его в землю?.. – занервничал Алик. – И что значит вообще ничего не будет... Он что, догадывается?.. Или знает?

– Может, догадывается. А может, и знает... Сегодня утром звонил, про тебя спрашивал...

– Что конкретно спрашивал?

– Не важно, что спрашивал. Важно, что у меня искал.

– Ну да, ну да, – Алик нервно потеребил кончик носа.

– Тебе страшно?

– Да нет.

– А мне кажется, да, – с насмешкой посмотрела на него Сашка.

– За Касатона страшно... Не стоит ему со мной связываться...

С одной стороны, это была бравада. Но с другой – Алик чувствовал в себе силы расправиться с законным вором. Охрана у него, конечно, супер, но нет невыполнимых заданий, есть недостаток решимости. А его не зря зовут Наган. Главное, поставить себя на боевой взвод, а цель он сам найдет и на спуск нажмет. И горе Касатону, если необходимость взведет его курок... Хотя, конечно, лучше обойтись без крайностей.

– Ты, наверное, иди. А то вдруг Илья приедет, – сказала она.

– Да мне вообще-то пора, – кивнул он. – Я всего на часок заглянул, дела...

– Ну-ну, – насмешливо и вместе с тем грустно посмотрела на него Сашка.

– Про Игорька он ничего не говорил? – спросил он уже в прихожей.

– Если это намек, то я про тебя ничего не сказала. Но его трудно провести... И не надо меня своим Игорьком пугать, надоело.

Алик сделал движение – хотел помахать ей рукой, но переборщил с эмоциями, и вышло, будто отмахнулся от нее.

Он отправился домой. Если вдруг Касатон позвонит, пусть знает, где он проводит время. Дома перед компьютером балдеет, в стрелялки гоняет – готовит себя к новому заданию.

Но позвонил ему Митроха. Он подходил к лифту, когда в кармане завибрировала трубка.

– Да, братан!

– Ты где? – с тревожным напряжением в голосе спросил парень.

– Дома. А что такое?

– Да тут Шишел звонил, тебя спрашивал.

Шишел был посредником, через которого поступали и контролировались заказы, исходящие от Касатона или как минимум от его ближайшего окружения. Алик терпеть не мог эту рыжую морду с продувным взглядом, но вынужден был подчиняться ему.

– А мне он позвонить не мог?

– Ну, не знаю...

– Я ему сам сейчас позвоню...

Алик нажал на кнопку лифта, но в кабинку заходить не стал: его удержало на месте предчувствие скорой беды.

Неспроста Шишел спрашивал его. И этот утренний разговор Сашки с Касатоном. Последовательность из двух случайностей – это уже закономерность. Алик нужен был Касатону, потому Шишел и выискивал его.

Он вспомнил свое первое свидание с Касатоном после отсидки. Вор, не застав его дома, спокойно вскрыл замки, прошел в квартиру, а эффект неожиданности – как мешком со стекловатой по голове... Но сейчас такой эффект не пройдет. Алик знал, на что способен хозяин города. И если он вдруг находится сейчас в его квартире, то к нему можно зайти с тыла.

Алик гостил у Ритки, когда к нему наведался Касатон. Но вор думал, что он просто находился на балконе, дул на воздух табачным дымом. Что ж, если он снова забрался к нему в дом, Алик откроет ему свою тайну. А заодно откроет и тайник на балконе своей квартиры. Там у него ствол с глушителем – на всякий пожарный. Возможно, сегодня ему придется потушить чей-то огонек. И плевать, если он заглушит самого Касатона. В его положении удрать за кордон проще простого – и загранпаспорт есть, и виза в Грецию. А Катька отправится хоть на край света, лишь бы с ним. Заграничный счет в инвалюте у нее солидный, на всю жизнь хватит...