Забирая жизни - Нора Робертс

– Этим и занимаемся…

Когда расходились по машинам, Ева в четвертый раз услышала, как он бормочет «сукин сын».

Пибоди устроилась с Макнабом на заднем сиденье.

– Волшебный плащ? – затараторила она. – Ты подарила Фини волшебный плащ? О-о-о!

– Что за плащ? – осведомился Баннер. – Почему волшебный?

– Это полный улет! Смотрите! – Пибоди распахнула розовое пальто и показала подкладку.

С некоторым облегчением Ева завела мотор и предоставила им трепаться о броне.

Макнаб приподнялся и прошептал ей на ухо:

– Для него это очень ценный подарок! Из ваших рук…

Тронул ее за плечо, снова сел и произнес громко:

– Кому горячего шоколада?

Или понимает, что она будет рада, если их внимание переключится, или хочет такой же, подумала Ева.

Она высадила Баннера с Макнабом в управлении и подождала, пока Пибоди перелезет на переднее сиденье, чтобы ехать в лабораторию.

По дороге позвонил Сантьяго.

– Мы в мастерской. Хэнкс уехал по вызову, скоро вернется. Прощупали пока его механика, только из него слова не вытянешь. Можно обработать парочку других – у тетки, которая сидит в конторе, при виде нас глаза на лоб полезли. Нажмешь – все выложит!

– Если Хэнкс не вернется, нажмите. Хотя лучше, чтобы все тихо да гладко.

– Микроавтобус не засветился?

– Пока нет. Я сообщу. Узнай имя, Сантьяго. Имя!

– Работаем. О, Хэнкс подъехал! Перезвоню!

– Рушится стена, – заметила Пибоди. – Кусок за куском.

– Для тех двоих все равно медленно.

Что угодно, лишь бы это ускорить, подумала Ева, торопливо шагая на нужный ей этаж по «муравейнику», в котором работала Девинтер.

Трое врачей в халатах сгрудились вокруг стола. У Девинтер – халат цвета бронзы, почти того же оттенка, что и прямые волосы, которые зализаны назад, открывая эффектное лицо.

Как и Мира, она в туфлях на тонких, словно скальпель, каблуках. Только темно-зеленых, в тон облегающему платью, которое выглядывает из-под халата.

У Девинтер их, наверно, сотня, подумала Ева, – платьев и лабораторных халатов.

Моррис сегодня предпочел мышино-серый халат поверх пиджака и брюк того же цвета, а косичку перевязал маково-красным шнурком. Мира облачилась в синий, как ее глаза, костюм и традиционный белый халат.

Интересная троица вокруг костей покойного.

– Чистенькие! – заметила Ева.

– Поступил сильно разложившимся, – пояснила Девинтер. – Моррис поработал с тем, что осталось от мягких тканей.

– Разумеется, провели реконструкцию, – вступил Моррис, прежде чем коллега углубилась в детали. – И кое-какие анализы, про которые я лучше рассказывать не стану. Заключение тамошнего судмедэксперта не подтверждаем. Умер не в результате падения – явные следы пыток.

– Налицо вопиющая профессиональная халатность! – В голосе Девинтер звучал металл, глаза светились презрением. – Есть раны, которые, безусловно, нанесены с помощью инструментов, несколько пальцев на руках раздроблены тупым предметом, вероятно, молотком. Найдешь орудие – могу провести сравнение.

– Кроме того, он был обезвожен, – добавила Мира. – Не пил минимум тридцать шесть часов до смерти. Если бы получил все эти повреждения в результате падения, умер бы мгновенно.

– Хорошо, это я и хотела услышать. – Ева опустила взгляд на останки Малыша Мела и подумала, что правосудие все-таки свершится. – Что по второму?

– В соседнем кабинете. Провели с доктором Мира визуальный осмотр и приступили к анализам. – Моррис посмотрел на Мира. – Для окончательных результатов и выводов рано, но мы оба считаем, что история похожая.

Обдумывая услышанное, Ева обошла вокруг стола. Малыш Мелвин, ветеран войны, заплутавшая безобидная душа…

– Вот что я сделаю: дождусь от вас окончательных выводов и подробного отчета и только потом поставлю в известность ФБР. Иначе они сунут свой нос и замучают нас проволочками. В бумагах можно потонуть, поэтому мы лучше сами их напишем.

Подняла глаза. Моррис едва заметно улыбался, Девинтер хмурилась.

– Если б под их руководством дело двигалось быстрее и помогло тем двоим, кто еще, возможно, жив, я бы слова не сказала. Но будет по-другому. Возражения?

Мира скрестила руки.

– Природа зверя – бюрократия, вмешательство еще одной структуры замедлит ход. Но как только окончательные выводы будут сделаны, выводы для суда, ты обязана поставить их в известность.

– Обязательно, ничего не скрывая. Дело здесь не в лаврах, а в том, как скоро у нас будет все необходимое, чтобы упечь этих говнюков до конца их поганой жизни. Согласны?

– Хотелось бы закончить начатое без перерывов на бесконечные отчеты, – отозвался Моррис. – Так что согласен.

Когда Девинтер, все еще колеблясь, хмуро посмотрела на стол, Ева слегка наклонила голову.

– Ты, между прочим, украла собаку…

– Перестанешь ты меня когда-нибудь этим попрекать?! Согласна. Но следуем правилам во всем, до мелочей!

– Я не против. Держите меня в курсе. У ФБР нет специалистов вашего уровня – помогут вам только останки тех, кого мы не спасли. А я сделаю все, чтобы спасти тех, кого еще можно. И вместе засадим ублюдков за решетку.

– Кстати, – добавила Мира, – отчет я прочитала. Да, могли перейти на двоих, и тогда Кемпбелл с Маллиганом оба живы. Эскалация жестокости. Чем дольше не находим труп Кемпбелл, тем выше шансы. Сомневаюсь, что они изменят тактику и станут прятать тело, веских причин нет.

– В таком случае, если не всплывет ничего нового, буду считать, что оба живы.

Ева направилась к выходу, и Пибоди прибавила шаг, чтобы не отстать.

– Что скажешь Уитни?

– Все. Если он прикажет вмешать федералов, так тому и быть. Хотя думаю, согласится со мной. Они не сделают с останками больше, чем Мира, Моррис и Девинтер, особенно учитывая, что уже однажды от них отказались. Что до оперативных мероприятий, передам агенту все, что имеем: про пикап, микроавтобус, тех, кого вычеркнули из списка. Чтобы спасти Кемпбелл и Маллигана, важна любая помощь.

– Я полностью за.

Eва решила сэкономить время и позвонила Уитни по дороге, из машины. Он выслушал, почти не прерывая.

– Сегодня утром детектив Пибоди не отправила ФБР копию отчета.

– Нет, сэр, я сама дала ей список. Хотела, чтобы сначала с ходом дела ознакомились вы.

– Что у Кармайкл и Сантьяго с этим Хэнксом?

– Сейчас с ним разговаривают, сэр. Пока не перезванивали.

– Сразу мне сообщите. Независимо от результата я информирую ФБР о текущем состоянии дел. Что до лаборатории, ФБР отказались включать те жертвы в данное расследование и потому подождут.