Нимфа с большими понтами - Дарья Калинина

— Нет у нас этого часа! И маринад готовить уже некогда!

— Тогда вот еще! Разрезаем телятину на тонкие пластинки, в которые будем заворачивать фарш. Отбиваем их. Для фарша берем гусиные потроха, рубим их с луком, белыми грибами и…

— Стой! Стой! — запротестовала Кира. — Нет у нас гусей. И потрохов их тоже нет. Про белые грибы я вообще молчу.

— Для фарша можно взять любую начинку, — сказала Леся, в которой тоже пробудился кулинарный интерес.

Она окинула разделочный стол оценивающим взглядом, и ее руки запорхали. Пока Кира разрезала телятину на пластинки для рулетов, стараясь резать мясо поперек волокон, чтобы вышло помягче, а потом отбивала получившиеся тонкие пластинки, Леся колдовала над фаршем для начинки.

Туда пошел обжаренный репчатый лук, соленые огурцы, зелень с огорода и даже обнаружившийся пакет старого чернослива. После того как его подержали минутку в кипятке, он расправился и стал выглядеть очень аппетитно. Его тоже положила в фарш. Разделив на половинки.

Затем мясо свернули рулетиками, которые закололи за неимением специальных шпажек обычными зубочистками. Вышло ничуть не хуже. В общем, ужин одобрили все. Кира устроилась поближе к Коле. И как только тарелка у того пустела, подкладывала ему новую порцию. Кроме тушенных в сметане кабачков с помидорами и телячьих рулетиков подруги отварили целую кастрюлю излюбленных Кириных макарон.

И очень удачно, что отварили. Правда, оказалось, что их все равно мало. Под кабачки со сметанным соусом макароны смели в считаные минуты.

— Да-а! — лениво ковыряясь в зубах зубочисткой, произнес Коля. — Вкусно-то как было!

И пока Кира сидела возле благодушествующего Коли, подливая ему компотик, Леся пыталась отловить кого-нибудь, чтобы помыли после ужина посуду. Желающих не нашлось. У каждого были какие-то отговорки.

— У меня маникюр! — с суеверным ужасом воскликнула Оксана, показывая длинные, нарядно раскрашенные ногти. — Целый час возилась. Сама!

У Виолетты Викторовны тоже нашлось чем откреститься. Ее здоровье. Вернее, нездоровье. Виктор и Тимофей даже слушать не стали, заявив, что мытье посуды исключительно женское дело. Они этого и не умеют вовсе. Только все перепортят и разобьют.

— Я помогу, — вдруг услышала Леся ласковый голос рядом с собой.

— Спасибо тебе, Глеб! — обрадовалась Леся, почувствовав в душе искреннюю признательность к парню.

Глеб в самом деле пошел с девушкой на кухню. И в самом деле загрузил посуду в посудомоечную машину. И даже залил в соответствующий отсек моющее средство и нажал на нужную кнопку. После этого он целиком и полностью сосредоточил свое внимание на Лесе.

— Чайком угостишь? — весело подмигнул он ей.

Разумеется, Леся угостила его чаем. И уже после второй чашки поняла, что более привлекательного парня ей в жизни встречать не приходилось. Какая жалость, что он женат! Впрочем…

— Оксанка становится совершенно невозможна! — печально понурясь, сообщил Глеб девушке до ужаса несчастным голосом.

— Да? — без особой уверенности в его искренности переспросила Леся.

Сколько она уже слышала на своем веку подобного рода жалоб. Однако же все жалующиеся на жестокость, черствость и глупость своих половин мужчины обычно, излив душу, уходили к ним. От добрых, умных и понимающих их любовниц. Зачастую еще и красавиц в придачу.

— Она тратит на свои шмотки больше, чем я успеваю заработать! — сообщил Лесе несчастный муж. — И с каждым днем проматывает все большие и большие суммы.

Это сообщение, вместо сочувствия к Глебу, пробудило в душе Леси почему-то неслыханную злость и зависть. Вот бы ей тоже так! Молодец Оксанка! Черт возьми, какая же она молодец! А Глеб просто лопух!

Вслух Леся этого не сказала. Она еще, слава богу, с ума не сошла. Просто вежливо улыбнулась и фальшиво доброжелательным голосом произнесла:

— Если любишь человека, можно простить ему некоторые мелкие недостатки.

— Не только это! — вскричал Глеб. — Мне кажется, в последнее время она мне еще и изменяет!

— Ты уверен?

Глеб мрачно кивнул.

— И тебя это расстраивает? — уточнила у него Леся.

Глеб уставился на нее как на ненормальную.

— Разумеется!

Леся вздохнула. Ей тоже всегда казалось, что мужей это должно расстраивать. Особенно тех, кто любит своих жен. Однако оказалось, что некоторым мужьям по фигу, где и с кем болтается их жена. Лишь бы денег не просила, обед был бы вовремя приготовлен, белье выстирано, а ему бы не мешали лежать на обожаемом диване перед телевизором.

Но Глеб был не из тех.

— Разумеется, меня это расстраивает! — заявил он. — И не просто расстраивает, а бесит! Иногда я готов ее поколотить. Потом собрать свои вещи и уйти!

— Но не можешь?

— Не могу, — грустно признался ей Глеб.

— Вот видишь, — попеняла ему Леся. — Значит, ты ее все же любишь.

— Да не люблю я ее! Никогда не любил! Просто…

Прокричав это признание, Глеб неожиданно примолк. Словно прикусил язык, сболтнув лишнего. Но Леся была так поглощена своими мыслями, что толком не обратила внимания на вопль исстрадавшейся души.

— Если не любишь, надо расставаться, — произнесла Леся.

— Ладно, — неожиданно заторопился Глеб. — Пойду, пожалуй. Вижу, что от тебя сочувствия не дождешься.

И он в самом деле ушел! Леся ошеломленно посмотрела ему вслед. И чем она его обидела? Они так славно сидели и болтали. Во всяком случае, она точно сидела и к тому же слушала, как он тут ей заливает о том, как надоела ему родная жена. Ясное дело, надоела. Попробуй найди мужчину, который скажет другое. И какого это он от нее, интересно знать, сочувствия дожидался?

За этими мыслями ее и застала Кира.

— Чего пригорюнилась? — пропела она.

В отличие от подруги она была в превосходном расположении духа. Разомлевший от вкусного и обильного ужина Коля почти признался ей в своих чувствах. Во всяком случае, руку жал явно со значением. И в глаза заглядывал многозначительно.

— Кроме того, он и про Виктора все обещал выяснить! — заявила она Лесе. — Вообще-то он сказал, что Кушаков уже проверяет всех родственников, так сказать, на вшивость. Но теперь Виктору уделят особо пристальное внимание.

— Рада за тебя, — кисло произнесла Леся. — А я вот только и узнала, что у Оксанки есть любовник. И все шмотки, которые на ней, вовсе не дешевая подделка. Они куплены в лучших бутиках.

— Постой, что ты сказала? — спросила у нее Кира.

— Сказала, что Оксана в бутиках себе вещи покупает.

— Нет, перед этим?

— Что у нее любовник!

— У кого?