Баловень судьбы - Владимир Гурвич

Я прислушивался к раздающимся внизу звукам, пытаясь определить, сколько времени им еще осталось ломать дверь. Поразительно, что никто из жильцов не вышел из своих квартир, никто не желал вмешиваться в чужие разборки.

– Как вы? – спросил я Таисию Прокофьевну.

– Что же это происходит, господи? – запричитала она.

– Ничего особенного. Я же вам уже говорил, эти ребята пришли меня убивать. Дело, можно сказать, обычное.

Я снова прислушался. Судя по радостным крикам, им удалось взломать железную плиту.

– Через несколько минут они будут здесь, – сказал я. – Нам надо что-то срочно придумать.

– Там снаружи есть лестница, – вдруг проговорила Таисия Прокофьевна. – Она спускается прямо с крыши.

– Что же вы молчали! Лезем на крышу.

Я направился к слуховому окну, затем обернулся к своей спутнице. Она нерешительно стояла на том же месте.

– Давайте быстрей, времени нет.

Старушка наконец сдвинулась с места, но в этот самый миг до моего слуха донеся топот сразу нескольких ног. Эти ребята, убедившись, что нас нет в квартире, теперь поднимались на чердак.

– Лезьте быстрей, я их задержу! – сказал я.

Таисия Прокофьевна стала вылезать с чердака, я же бросился к люку. Я поспел вовремя, так как первый из этой команды убийц уже поднимался по лесенке. Я дождался, когда он покажется в проеме люка и изо всех сил ударил ногой по его голове. Он покатился вниз, увлекая за собой остальных.

Я помчался к окну и через мгновение уже был на крыше. Таисия Прокофьевна уселась прямо на кровлю и поджидала меня.

– Где лестница? – крикнул я.

– Вон там, – показала она на противоположный край крыши.

– Так чего же вы тут расселись! – зло крикнул я. – Бегом!

Неожиданно старушка уже не первый раз показала совсем не свойственную ее возрасту стремительность и быстро пошла к лестнице. Еще секунда – и она исчезла из вида.

Я стал спускаться вслед за ней. Делала она это не очень быстро, в результате мы теряли драгоценные мгновения, каждое из которых могла стоить нам жизни. В любую секунду наши преследователи могли нас обнаружить.

На уровне третьего этажа я остановился, прислонился к лестнице и достал из-за пояса пистолет.

Интуиция уже не в первый раз спасла меня, едва я изготовился к стрельбе, как увидел, что на меня с крыши смотрит один из наших преследователей. В руке он держал пистолет. Я не стал ждать, когда он выстрелит, а сделал это первым. Пуля угодила ему в голову, раздался душераздирающий крик, и он полетел вниз. Через пару мгновений послышался характерный звук упавшего тела.

Желающих подвергать себя смертельному риску больше среди них не нашлось, и мы благополучно спустились на землю. Я едва не наступил на лежащее тело. Уличный фонарь освещал страшную картину: вокруг погибшего расползлась огромная лужа крови вперемежку с мозгами и грязью. Я почувствовал прилив тошноты.

– Куда идти, говорите? – спросил я у Таисии Прокофьевны. Мне показалось, что она довольно спокойно воспринимает это явно не для слабонервных зрелище.

– Пойдемьте за мной, – сказала она.

Оказалось, что в нескольких метрах от нас между двумя домами находится узкий, напоминающий каньон, проход. Мы едва протиснулись между стенами и вышли на соседнюю улицу.

Таисия Прокофьевна решила взять инициативу на себя.

– Остановите машину, – попросила она.

Я вышел на проезжую часть, поднял руку. И сразу же рядом со мной тормознули «Жигули».

– Куда ехать? – спросил водитель.

– Куда ехать? – переадресовал я вопрос старушке.

– В поселок Заречный, – сказала она.

– В поселок Заречный, – повторил я водителю.

– Пятьсот, – оценил свой труд хозяин машины.

Цена была сильно завышенная, но на мое счастье в кармане у меня был кошелек.

– Хорошо. Только с ветерком.

– За это не беспокойтесь.

Через полчаса мы уже были в поселке Заречном. Он представлял из себя нагромождение давно построенных деревянных развалюх. Не надо было проводить социологического исследования, чтобы определить, что здешние обитатели относятся к бедным слоям нашего замечательного общества.

По просьбе Таисии Прокофьевны машина затормозила возле одной из таких хибар. Вслед за ней вышел из автомобиля и я.

– Куда мы приехали? – спросил я.

– Здесь живет мой сын, – пояснила старушка.

Была уже ночь, и в доме, разумеется, спали. Пришлось долго стучаться. Наконец послышался металлический скрежет открываемого замка, и показалась всклокоченная шевелюра мужчины.

– Мама, это ты? – удивленно воскликнул он. Затем его взгляд переместился в мою сторону.

– Я – Ванюша. А это Евгений Викторович, я тебе о нем говорила. Ты знаешь, Ваня, нас сейчас чуть не убили. – В ее голосе послышалось нечто вроде гордости.

Это заявление смыло с сына Таисии Прокофьевны остатки сна. Он зашевелился значительно быстрее и через несколько секунд мы уже оказались внутри дома. Здесь было столь же бедно, как и снаружи.

– Ванюша у меня докер, – важно пояснила Таисия Прокофьевна. – В порту работает.

– Ваша мама просто молодец, – польстил я ему, – вела себя очень храбро. Если бы не она, не уверен, что мы бы спаслись.

– Она такая, – согласился с моей характеристикой Иван и обратился к матери: – Говорил же я тебе, что добром эта твоя работа не кончится. Вас покормить? – посмотрел он на меня.

– Уложите где-нибудь спать. Хочется отдохнуть, успокоится.

Остаток этой ночи я провел на раскладушке в чулане. Другого уединенного места в доме не нашлось. Впрочем, я готов был спать где угодно, лишь бы чувствовать себя в безопасности. Игра со смертью очень утомительное занятие, требующая к тому же полной самоотдачи. Тем более я отчетливо понимал, что она далеко еще не завершена. Все самое страшное только начинается. Противник открыто объявил войну. И щадить никого в ней не собирается.

Утром я застал Ивана дома. Сын и мать сидели за столом и пили чай. При виде меня, Таисия Прокофьевна обрадовалась.

– Я Ванюше рассказала про то, как вы меня спасли, – промолвила она.

– Ну это еще неизвестно, кто кого спас, – возразил я. – Если бы ваша мама вовремя не подсказала, что там есть лестница, не знаю, чем бы все это кончилось.

– Она никогда не теряется, – похвалил ее сын. – Только упрямая очень, никого не любит слушать. Я ей говорил, не лезь в эти дела, жила бы тут у меня. Хоть и тесно, да спокойно.

– Да где ж тут жить! – воскликнула Таисия Прокопьевна. – Я отвыкла от такой тесноты.

Я понял, что становлюсь свидетелем очередной серии сериала бесконечных споров на эту тему между матерью и сыном. И поэтому поспешил вмешаться.