Вечная Золушка, или Красивым жить не запретишь. Свадьба с риском для жизни, или Невеста из коробки - Галина Куликова

– А мы как будто нет, – пробормотала она, повесив трубку. – Ну что, набираю номер Луканова?

– Наверное, он уже разделся и лежит с газетой на диване, – предположил Мартынов. – Трудненько будет выманить его из дому.

– Я запугаю его, – пообещала Женя, стараясь казаться тертым калачом.

Сверяясь с бумажкой, она отважно набрала номер красавчика-кроссвордиста.

– Хэлло! – почти сразу же ответил он приятным тягучим голосом.

– Хэлло! – передразнила его Женя. – Слушай сюда, придурок!

Присутствовавший тут же Мартынов закатил глаза.

– Что за шутки? – возмутился Луканов на том конце провода.

– Это не шутки, а вполне серьезное предупреждение.

Женя надеялась, что ее голос звучит достаточно грозно. Однако Мартынов почему-то отвернулся в другую сторону, поэтому она не могла следить за выражением его лица.

– Когда ты забрался в видеопрокат и включил компьютер, мы тебя засекли!

– А! – оживился Луканов. – Так это вы кричали: «А-у-у!»

– Теперь-то вы шутите! – язвительно сказала Женя. – А тогда хлопнулись в обморок.

– Я упал от предательского удара. Кроме того, зачем поминать старое? – осторожно спросил кроссвордист. – Скажите лучше, с какой целью вы позвонили? У вас ведь есть цель, не так ли?

– Нам нужно встретиться и кое-что обговорить.

– Что, например?

– Например, как сделать так, чтобы Вован Юханов ничего не узнал о вашей ночной вылазке.

Кроссвордист покашлял, вероятно выгадывая время, после чего неохотно сказал:

– Уговорили. Мы встретимся. Где и когда?

– Сегодня. Сейчас. Приезжайте в бар «Круглый апельсин», мы к вам подсядем.

– Господи, где это? – всполошился кроссвордист.

– Двигайте в сторону кинотеатра «Прага», там найдете.

– Я не знаю, где «Прага»! – запротестовал было Луканов, но Женя безжалостно повесила трубку и довольным голосом сообщила Мартынову: – Он приедет.

– Собственно, мы можем отправляться домой, – сказал тот. – Теперь, надеюсь, Скобкина его не упустит.

– Нет, – не согласилась Женя. – Нам надо отследить процесс. Все-таки Ира в настоящее время работает, мало ли что? Вдруг придется его задержать на некоторое время?

– Слушай, а тебя пускают в бары в таком виде? – небрежно спросил Мартынов, усаживаясь за руль.

– Конечно! – махнула рукой Женя. – Меня принимают за парня. А мужчинам, как ты знаешь, прощается самый убогий внешний вид.

«Значит, она в курсе, что выглядит убого, – подумал Мартынов. – В чем же дело? Даже если у нее мужские наклонности, можно иметь гардероб совершенно другого качества». Впрочем, распространяться на эту тему вслух он не стал. В голову ему пришла новая мысль: «Откуда, интересно, Венька узнал, что его подруге не нравятся мужчины? Возможно, он сам это проверял?» Мысль ему не понравилась, поэтому он постарался от нее отмахнуться.

– Вон бар, видишь? – подпрыгнула на сиденье Женя. – Поворот проехали!

– Не беда, вернемся. Все равно мы явились раньше жертвы.

– Это Луканов-то жертва? – возмутилась Женя.

– Правильнее сказать, дичь. На него ведь Скобкина собирается охотиться.

– Только потому, что мы ее попросили! – вступилась за Иру Женя.

– Ах, ну да, прости! Она ведь почти твоя родствен ница!

– Это не так. – Женя скорбно опустила уголки губ. – Дядя Георгий ни за что ее не признает.

– Это тот самый дядя, который устроил мне выволочку?

– Тот самый. Кроме того, у Яна есть официальная невеста.

– Почему она его не ищет вместе с тобой?

– Кто, Шмелева?! Да глаза б мои ее не видели!

– А у невесты не было желания избавиться от женишка? Может быть, она влюблена в другого, а злой папа заставляет ее сделать хорошую партию?

– Да ты что! С такой-то внешностью и отказаться от Яна?!

– Любовь зла, – предупредил Мартынов. – Возможно, ваша Шмелева положила глаз на своего шофера или телохранителя. Папаша ведь у нее богат?

– Да-а…

– Богатые наследницы обожают путаться со своими шоферами и телохранителями.

– Ты думаешь, Яна убили из ревности?! Какой-то вшивый шофер или не менее вшивый телохранитель?

– А что, тебе такой вариант не приходил в голову? Ведь ты сама говорила, что к бизнесу исчезновение твоего двоюродного брата не имеет никакого отношения!

– Версию со Светой Шмелевой надо хорошенько обдумать, – пробормотала Женя. – Напомни мне заняться этим завтра.

Они одновременно выбрались из машины и плечом к плечу двинулись в направлении «Круглого апельсина».

– Мне как, держать тебя под руку, или ты изначально будешь изображать мальчика? – спросил Мартынов, глядя на Женю сверху вниз.

– Можешь держать меня под руку, – разрешила Женя. – А там пусть нас принимают за кого хотят.

– Ну уж нет, – возмутился Мартынов. – Еще не хватало, чтобы на меня косо смотрели!

Он демонстративно засунул руки в карманы и первым протиснулся в дверь. В баре оказалось на редкость уютно и вкусно пахло кофе.

– Хочешь есть? – поинтересовался Мартынов.

Женя, которая по пьянке отдала Пончику все свои сбережения, неопределенно пожала плечами. Ей не хотелось заводить разговор о деньгах и извиняться за то, что платить придется Мартынову. Однако тот мгновенно обо всем догадался.

– Я угощаю, – примирительным тоном сказал он. – Нам ведь надо как-то маскироваться! Не можем же мы просто пялиться друг на друга!

Женя ничего не имела бы против подобного времяпрепровождения. Она могла пялиться на Мартынова сколь угодно долго, и это вполне заменило бы ей ужин. «Кажется, я начинаю понимать, отчего влюбленные худеют, – подумала она. – Им просто не до еды».

Впрочем, когда принесли заказанный Мартыновым кофе и целое блюдо сладостей, у Жени мгновенно потекли слюнки.

– Я сладкоежка, – призналась она. – Теперь меня вряд ли остановишь.

– Я не собираюсь тебя останавливать! – покровительственно улыбнулся Мартынов. Кажется, ему нравилось выступать в роли благодетеля.

– Тогда прошу тебя: лишь только почувствуешь, что я не отвечаю на вопросы, бей меня по рукам.

В тот момент, когда впервые тренькнула гитара и Ира Скобкина появилась на сцене, в зал как раз вошел красавчик Луканов. Сейчас он был в вельветовых брюках и темно-коричневом свитере.

– Внимание! – предупредил Мартынов. – Объект занимает столик неподалеку. Надеюсь, музыка помешает ему нас слышать.

Ира Скобкина начала первую песню, не сводя глаз с порученного ей кроссвордиста. Он же как назло вообще не смотрел в ее сторону. Курил и то и дело поглядывал на часы.