Он все видит! - Марина Серова

– Татьяна Владимировна, это Соловьев, – шепотом сказал он. – Я не понимаю, что происходит, вы же уверяли меня, что ваша невестка больше никогда не войдет в мой кабинет!.. Представьте себе, она пришла, да еще и с адвокатом… Нет, с ним этот номер не пройдет… Исключено! Ничего мне об этом не говорите. В справке указан срок, она забеременела, находясь в браке… Нет, нет и еще раз нет! Мне слишком дорого мое место! Я звоню вам для того, чтобы предупредить… Да, я даю задний ход… Не кричите на меня! Я вам все верну, не сомневайтесь.

Услышав это, я почувствовала сильное облегчение. Не зря я пошла на риск, забрав сегодня Засухину из клиники! Теперь будущее Даши и ее ребенка будет обеспечено с материальной стороны. А Ковалевы получат на двоих не больше двадцати пяти процентов от всего наследства сына. Им и этого, конечно, много, но ведь они могли заграбастать абсолютно все.

Нотариус вызвал по телефону свою секретаршу.

– Да, Леонид Алексеевич, – сказала она, войдя в его кабинет.

– Сядь, Таня, посиди, – негромко предложил ей босс. – Я сейчас начну на тебя кричать, угрожать тебе увольнением…

– За что?! Я ничего такого не сделала!

– Я знаю, но… так надо. Понимаешь?

– Нет, не понимаю…

– Дура! – рявкнул Соловьев. – Почему я тебя до сих пор не уволил? Ты вообще представляешь, где ты работаешь?!

– Леонид Алексеевич, да что же это такое?!

– Таня, ты допустила непростительную ошибку! Скорее всего, нам придется расстаться. Вон! Вон из моего кабинета! – прокричал нотариус, а затем пояснил шепотом: – Это все понарошку. Так надо! Поняла?

– Ага…

– Иди, мы вечером все детально обсудим! И пригласи ко мне эту Засухину… с Крючковым.

– Хорошо, Леонид Алексеевич, – секретарша процокала каблуками до двери. – Заходите!

– Присаживайтесь, – снова предложил им Соловьев. – Я все выяснил. Тут, знаете ли, вышла небольшая ошибочка…

– Небольшая? – уточнил адвокат.

– Вы правы, большая и досадная ошибка, – тут же поправился нотариус. – Роман Викторович Ковалев действительно составлял завещание, но потом он его аннулировал, а моя секретарша засунула этот документ в дело совсем другого Ковалева!

– Ах, вот как? – не без сарказма уточнил Евгений.

– Да, к сожалению, вот такая нерадивая помощница у меня оказалась. Вы не сомневайтесь, я ее накажу!

– Ближе к делу, пожалуйста, – поторопил его Крючков.

Хозяин кабинета прокашлялся и со всей серьезностью продекламировал:

– Дарья Александровна, я, нотариус Соловьев, объявляю, что ваш муж не оставил завещания! Наследование будет проходить по закону. Кроме вас и вашего будущего ребенка, о своих правах заявили еще два наследника…

– Я в курсе, – сказала Даша.

– Моя обязанность – официально сообщить вам об этом факте. Итак, кроме вас, наследниками по закону являются Ковалев Виктор Николаевич, отец покойного, и Ковалева Татьяна Владимировна, мать покойного. Наследованию подлежат… – Я сняла наушники. То, что начал перечислять дальше нотариус, не предназначалось для моих ушей…

Вскоре в мой «Мини-Купер» уселись Даша и Евгений. Они рассказали мне в мельчайших подробностях о своем визите к нотариусу. Крючков, кажется, даже не предполагал, что я знаю уже практически все и даже немножко больше, чем он сам.

– Когда вы вышли делать ксерокопии, Соловьев позвонил Татьяне Ковалевой и отказался от сделки с ней, – заметила я как бы между прочим.

– Откуда ты это знаешь? – удивился Крючков. – Гуляла под его окном?

– Я «жучок» ему под столешницей посадила, – призналась Даша, – поэтому Полина все слышала. Я только о деталях кое-каких хотела ей рассказать, чтобы она поняла, какой он неприятный тип.

– «Жучок»?! – опешил Женька. – А я ничего такого не заметил!

Продолжая его впечатлять, я рассказала, как нотариус попросил свою помощницу подыграть ему. Но Женька ничуть этому не удивился. Зато Засухина сказала:

– А я подумала, что секретарша действительно что-то напутала.

– Нет, Соловьев орал на нее лишь для проформы, – пояснила я, – пытался таким образом косвенно убедить вас, что сам он ни в чем не виноват.

– Полина, ты уверена, что хочешь лично заняться этим нечистоплотным нотариусом? – спросил у меня Крючков.

– Конечно!

– Я ничуть не удивлюсь, если Соловьев не только Дашу пытался одурачить. Твой «жучок» может много интересной информации передать! Но, Полина, прослушивание-то ведь несанкционированное, – сумничал адвокат.

– Я и не собираюсь пускать в ход никакие записи, – усмехнулась я. – Напротив, я в самом скором времени намерена забрать свой «жучок», мне совершенно неинтересно, о чем Ленчик там треплется.

– А как ты его заберешь? – спросила Засухина.

– Запишусь к нему на прием, к примеру, чтобы заверить копию паспорта, и незаметно отлеплю его.

Даша объяснила мне, в каком именно месте под столешницей она прикрепила «жучок», и я приняла эту информацию к сведению.

– Тогда я совсем не понимаю, как именно собираешься ты его наказать, – не на шутку озаботился Крючков. – Это практически невозможно.

– Еще как возможно! – возразила я. – Но я расскажу тебе об этом, когда все проверну. А сейчас я предлагаю нам всем где-нибудь пообедать. Я рано утром выпила чашку кофе и съела один бутерброд, а скоро ужинать пора.

– Честно говоря, я тоже умираю от голода, точнее, мы умираем, – поправилась будущая мать.

– Здесь есть неподалеку кафе «Полиглот», предлагаю отправиться туда.

– В отличие от вас, девочки, я успел пообедать, – признался Женька, – да и дела у меня еще кое-какие имеются. Я вас покину, ладно?

– Конечно, – сказала Засухина, – мы не будем вас задерживать.

– До свидания, – сказал Крючков и пересел из моего «Мини-Купера» в свой стоявший поблизости автомобиль.

…Когда мы насытились, я спросила у Даши, готова ли она возвратиться в больницу. Она ответила:

– Меня отпустили до завтрашнего утреннего обхода.

– А во сколько у вас обход?

– В десять часов.

– Тогда есть два варианта – сесть в машину и тотчас поехать в областной центр, или переночевать у Алины и отправиться в путь рано утром.

Засухина призадумалась над этой альтернативой. Я лично склонялась ко второму варианту. Сегодня я уже вдоволь накаталась по мокрым дорогам! Но все-таки последнее слово оставалось за Дашей. Сверкнула молния, грянул гром, предупреждая нас, что вот-вот вновь начнется гроза. Мы едва успели дойти от кафе до машины, как на землю упали первые крупные капли дождя.

– Я думаю, что лучше мне поехать туда завтра утром, – сказала Засухина. – Полина, если у тебя какие-то дела на завтра запланированы, то я могу прокатиться в областной центр на рейсовом автобусе.