Мастерица провокаций, или Одной ночью перечеркнуть все в жизни мужчины - Юлия Шилова

— Доченька, боже мой… Какой же хороший этот Зия. Какой он красивый, умный и, самое главное, добрый. Вот если бы наши мужчины могли быть такими. Им бы просто цены не было. У тебя с ним как?

— У меня с ним все нормально, — от души рассмеялась я и поцеловала маму в щеку.

— Вы хотите расписаться?

— Зачем? Мама, что за бред?

— Доченька, но ведь ты у меня так воспитана…

— Нет, мама, теперь я у тебя воспитана совсем по-другому. Долой то воспитание, которое ты мне дала. Больше я никогда в жизни не зарегистрирую свои отношения с мужчиной.

— Но почему?

— Потому, что это вообще никому не нужно. Милая моя мамочка, я хорошо уяснила: об этом все говорят, но никто не хочет в это верить. Брак убивает любовь, и от этого никуда не денешься. Никуда…

…Потом мне пришлось рассказать Ленкиным родственникам о том, что приключилось с моей подругой, и поведать им историю ее гибели. Как положено в таких случаях, устроили символические похороны, на которые собрались ее знакомые, одноклассники и друзья. Я стояла вместе со всеми и смотрела на заплаканные лица ее друзей. Горе было неподдельным. Почти все мужчины, пришедшие помянуть мою подругу, стояли рядом со своими спутницами, а на их руках блестели обручальные кольца. И среди них не было того одного, который бы скорбел больше всех и знал, что сейчас он потерял не только хорошего друга, сейчас он потерял любовь. Не было у Ленки половинки при жизни, не было… Быть может, она встретит эту самую половинку после смерти? На небесах?

Земля рядом с ее символической могилой была усыпана цветами, но я-то знала, что настоящая Ленкина могила осталась там, в горах Кемера, настоящих турецких горах… Я не смогла предать тело земле, но усыпала его травой и маленькими ветками. На той могиле не было ни одного цветка, да и откуда им было взяться…

…Люди начали расходиться. Я увидела на земле бутон алой розы. Он напомнил мне алые Ленкины губы, и слезы хлынули из глаз. Этот цветок самой судьбой был предназначен скорбно лежать на могиле очень красивой девушки, стараясь передать ее красоту, грацию и неповторимость… А затем на бутон розы наступила чья-то грубая, уверенная мужская нога в дорогом лаковом ботинке. Эта нога растоптала розу, и можно сказать, что убила ее окончательно. Точно так же, как и Ленкину судьбу… Красивая, грациозная, она упала в самую грязь, куда ее кинул, а впоследствии раздавил мужчина…

Я смотрела на маленький холмик и наблюдала за толпой, которая уходила с кладбища, пробираясь между могил, крестов, оградок и памятников. Зия стоял рядом со мной и внимательно смотрел на Ленкину фотографию.

— Красивая, — вздохнул он. — У вас женщины красивые.

— Только умерла слишком рано. Я ее с тобой не успела познакомить. Жаль…

— Ты говорила, что просто обязана отомстить за ее смерть.

— Да.

— Позволь, это сделаю я. Я же мужчина… Это настоящее мужское дело. Я за тебя кого хочешь на тот свет отправлю. За тебя, за всех твоих подруг…

— Нет, я должна это сделать сама, правда, не без твоей помощи.

— Хочешь, я найму киллера и он отправит этого выродка на тот свет хоть завтра? Мы не бедные люди и можем себе позволить буквально все.

— Ты предлагаешь его просто убить?

— Просто убить.

— Это слишком легкая смерть для него. Он умрет в страшных мучениях, но только немного позже.

— Что у тебя на уме?

Я посмотрела на Зию и тихо произнесла:

— Я не могу сейчас тебе это сказать. Я должна тщательно все обдумать.

Зия опустил глаза и растерянно пожал плечами.

Мне стало его немного жаль, и я захотела исправить положение.

— Зия, скажи, ты на меня обиделся?

— Я обиделся? О, нет!

— За то, что у меня есть от тебя секреты.

— А разве за это можно обижаться? Женщина без секретов — это не женщина.

Я обняла Зию за плечи, и мы пошли с кладбища.

— Господи, какой же ты у меня понятливый. Подумать только, как же мне с тобой повезло.

— Если я не буду понимать женщину, то я не имею права находиться с ней рядом.

…На следующий день мы съездили в Воронеж к Никиным родителям, рассказали им, как сильно она их любила — и родителей, и своего парня. Встреча была тягостной, и я держалась, как только могла. Я дала волю своим чувствам только потом, уже вернувшись в Москву.

Зия сыграл роль жилетки, и, приехав домой, я наревелась на его груди от души.

Зия умел успокоить женщину и всегда знал, как правильно и в какой момент это надо сделать. Он успокаивал женщину массажем. А под его умелыми руками разомлела бы любая, даже самая неприступная женщина. Вот и в этот раз он ласково вытер мне слезы и стал искусно массировать мое тело. Все плохое сразу забылось и ушло куда-то далеко-далеко… Осталось все самое хорошее, прочно связанное с надеждами на лучшее будущее. Я чувствовала сладкую, ни с чем не сравнимую истому и ощущала, как тело превращается в горячий воск. Зия применял такие ароматические масла, от запаха которых я просто теряла голову и уносилась вместе со своими мыслями в совершенно заоблачные дали…

Приехав в Коктебель, мы купили красивый особняк. Он стоял на берегу моря и был обнесен высоким забором.

— Вот это то, что нам надо! — радостно воскликнула я. — Останется только довести его до ума. Официально он будет значиться как моя частная собственность, и никто из властей никогда не догадается, что находится за этим забором.

На следующий день я купила «Мерседес» с открытым верхом и тут же ощутила себя хозяйкой собственной судьбы.

После ремонта, выполненного в восточном стиле, особняк заметно преобразился и стал напоминать дворец султана. Стены многочисленных комнат были драпированы разноцветным турецким шелком. На окнах красовались тяжелые, позолоченные занавески, а по всему дому теснились необычные, небольшие ковры-диваны с парчовыми пуфиками и множеством мягких, переливающихся атласных валиков, беспорядочно разбросанных. И, конечно же, тьма-тьмущая атласных подушек и подушечек… Бар с бутылками виноградного вина самых отменных сортов, фрукты на серебряных и позолоченных блюдах минувшего столетия…

Мы с Зией ходили по комнатам и придирчиво принимали работу мастеров и дизайнеров. Зия держал кубок с вином.

— Ну как, Зия, тебе нравится?

— Кажется, все получилось, — Зия утвердительно кивнул и поднес кубок к моему рту.

— И все же скажи: чего здесь не хватает? Что у нас не так? — Я пригубила вино и устало плюхнулась на первое попавшееся ложе, предназначенное для любовных утех.

Зия поставил кубок с вином на мраморный столик и сел рядом со мной.

— Скоро будут готовы бассейн, поющий фонтан, переливающийся разноцветными огнями. Завтра приедет садовник и посадит кустарники вокруг дома. Я заказал самые необычные экзотические кустарники, какие только нашлись.