Высокий блондин на белой лошади - Наталья Андреева

Видимо, случилось нечто чрезвычайное, потому что он слегка напуган. И беспрекословно пропускает тебя туда, где работа еще и не начиналась, зато сотрудники милиции уже все в поту. Ты видишь знакомые лица. Это те двое, что занимались Даной. Один чуть выше тебя, другой заметно ниже. Зато он начальник. Наполеон ведь тоже был маленького роста.

Увидели тебя, и лица у них стали кислые.

– А… свидетель… – тянет тот, что ростом повыше. – Оказывается, не только убийцу тянет на место преступления. У вас нюх, товарищ журналист!

– Кто? – хрипло спрашиваешь ты.

– Мария Васнецова, бухгалтер. Ты понимаешь, что не успел.

– Хотите понятым, Тарас Иванович? – усмехается высокий оперативник. И скалится: – Ан нет! Опоздали! Долго спите, пресса! И, как говорится, без комментариев!

В его голосе откровенное злорадство. Их с коллегой в качестве консультантов не нанимали. Значит, пронюхали!

– А… что с ней случилось? – спрашиваешь ты.

– Задушена. Ночью, – охотно поясняет он. – По словам ее шефа, у Васнецовой была запарка. Обычное дело перед рождественскими каникулами. Конец года, она баланс сводила. Вот и пришлось задержаться на работе. Поскольку живет Васнецова одна, никто ее не хватился. Утром охранник пришел на работу и увидел, что дверь офиса открыта. А когда заглянул в бухгалтерию, увидел ее. Давно уже остывшую. Всю ночь тело пролежало.

– Значит, дверь была открыта…

– Думаете, кто-то из сотрудников?

– Возможно.

– Вам-то уж точно здесь делать нечего! Проходите.

Ты спешишь убраться. Но недалеко. В офисе царит паника. О работе не может быть и речи. Сотрудники сбиваются в стайки, кучкуются в углах. Некоторых из них уводят, других приводят. Ты невольно вглядываешься в лица: кто? Маша Васнецова была человеком скрытным. Но, с другой стороны, ей наверняка надо было подстраховаться. Кому она открыла тайну?

Наконец маленькая девушка в очках, «нижняя ресепшен», обращает на тебя внимание. Лицо у нее жалкое. Кругом разговоры о маньяке. У нас ведь чуть что, сразу – маньяк! Душитель-потрошитель. Сотрудники перепуганы, ведь им тоже приходится задерживаться на работе. Ты ласково трогаешь ее за плечо:

– Ну, ну, успокойтесь.

– Боже мой! – она испуганно смотрит на тебя. – Машу убили! Подумать только! Еще вчера она…

– А как она вела себя вчера? Нервничала? Волновалась?

– Что вы! Напротив! Была так счастлива! Просто сияла! Собиралась в путешествие!

– В путешествие? У нее что, появились деньги?

– А как же? Ведь премия…

– Но раньше Маша таких трат себе не позволяла. Ведь так?

– Ну, в общем-то…

– Она ведь квартиру снимала.

– Ну да.

– И вдруг: путешествие!

– Что тут странного? Может, наследство получила?

– Все может быть. Скажите, сотрудники часто задерживаются на работе допоздна?

– Конечно!

– Поодиночке или порознь?

– Когда как. Дана одна сидела. Поговаривали, что она влюблена в шефа, потому и… Ой! – и девушка испуганно закрывает ладошкой рот.

– Ничего, – успокаиваешь ты ее. – Это секрет Полишинеля. Допустим, если в офисе оставался один человек, входная дверь была открыта?

– Нет, что вы! Конечно, мы запирались изнутри! Здесь, внизу.

– А наверху? Где сидела Дана?

– Лифт отключался, и можно было попасть туда только через черный ход, – охотно пояснила девушка. – Там есть железная дверь. На втором этаже. Если подниматься пешком. Дана ее запирала изнутри.

– А ключей от нижнего этажа у нее не было?

– Нет, конечно! А зачем?

– А когда сегодня утром пришел охранник, дверь была открыта. Кому Маша могла открыть дверь? Чужому могла?

– Нет, что вы!

– А если бы в нее стали ломиться?

– Под столом главного бухгалтера есть кнопка. Если чрезвычайная ситуация, ее надо нажать, и через пять минут, максимум через десять, приедет милиция. Дверь такая, что я не думаю, будто ее можно за это время выломать.

– Меж тем она не нажала на кнопку, – задумчиво говоришь ты. – Значит, человека, который пришел, она не опасалась.

– Вы думаете что… – До нее наконец доходит! Она испуганно зажимает ладошкой рот.

– Кто-то из своих. Не хочу вас пугать, но у вас в офисе убийца.

– Какой кошмар!

– Я, пожалуй, поднимусь наверх, к вашему шефу. Можно?

– Да, наверное, – не слишком уверенно говорит она. И тут за ней приходят. Дошла очередь и до секретаря.

Ты же идешь к лифту. На втором этаже паники нет. Волна сюда или не дошла, или же уже отхлынула. Охрана допрашивает тебя с пристрастием. Прежде чем допустить до девушки, которая теперь работает на месте Даны. Та улыбается тебе, словно хорошему знакомому:

– Здравствуйте!

– Взаимно! – улыбаешься в ответ ты. – Не могли бы вы справиться, барышня, не примет ли меня шеф?

– Конечно!

Она соединяется с кабинетом генерального.

– Андрей Николаевич, к вам…

– Тарас Иванович Волхонский, – подсказываешь ты, потому что девичья память коротка.

– Тарас Иванович Волхонский.

В ее милых устах это звучит гораздо лучше. И тут ее лицо мрачнеет.

– Да. Хорошо. Поняла.

Положив трубку, она вздыхает:

– К сожалению…

– Что, совещание?

– Он занят.

– Понимаю. Ждать имеет смысл?

– Судя по тону… – И она разводит руками.

– Ну а милиция его еще не допрашивала?

– Был тут один. Андрей Николаевич сказал, что, разумеется, ничего не знает.

– Ну разумеется! А скажите, барышня, не собирается ли Андрей Николаевич в кругосветное путешествие?

– Собирается, – кивает она. – Но не в кругосветное. В экзотическое.

– Вот как? И куда же?

– На Шри-Ланку.

– Хороший выбор! Один или как?

– С женой.

– Любят друг друга, значит.

– О да!

– И когда же отбывают?

Она на секунду задумывается. Ты понимаешь, о чем. Относится ли эта информация к разряду коммерческих тайн? Наконец она решает, что нет, и с легким вздохом говорит:

– Они собрались встретить там католическое Рождество.

– Они что, католики? – слегка удивляешься ты. Слегка, потому что с богатыми людьми и не такое случается.